Олег Логинов - Янкелевич в стране жуликов

- А, выспались. Ну, поднимайтесь, сейчас жрать будем. Я в лавку сбегала, закуски купила. Мне, Рублевая, дай бог ей здоровья, деньжат отвалила и наказала получше вас кормить.

- Что там за шум был в коридоре? - спросил Венька.

- А, это сосед Колян-мореман выступал. У него позавчера получка была, он грузчиком где-то устроился, ну мы и оторвались. Погуляли всласть. Водки выжрали немеряно. Колян только сегодня очухался. И обнаружил, что кто-то клифт его помыл. Вот он и тянул на меня будто я

это сделала.

- Клифт - это что? - поинтересовался Янкелевич.

- Это пиджак.

- Пиджак грязный был? - снова проявил любопытство Николай.

- Да нет, не особенно, - засмеялась Рая. - Помыла - это значит слямзила, стибрила, ну украла, одним словом. Удачно я от Коляна отбрехалась. Правда, на опохмелку ему пришлось взаймы дать. Не отдаст, конечно, зараза. Да и бог с ним. Пиджачок-то на самом деле я подтянула. Пока Колян-мореман в гальюн ходил, я его клифт в окошко выкинула. Потом подобрала и на "уголке" возле гастронома загнала. А, он, видишь, пропажу только через два дня обнаружил. Все потому, что пил, не просыхая. Вот что пьянка с людьми делает!

Аня закончила рассказ на высокой нравоучительной ноте и осталась довольна слушателями. Николай и Венька внимали ей, открыв рот. Так

легко рассказывать о собственном воровстве, да еще и похваляться этим, было для них дико.

Впрочем, взгляды имеют свойство меняться. Через два дня Янкелевич и Морев-младший уже вполне терпимо относились к мировоззрению и словам хозяйки. Конечно они не обратились в ренегатов, моральные ценности Ани были для них непривлекательны, но убедились, не выходя из комнаты, что существуют и другие формы жизни. Акустика в комнате была хорошая, и из общего коридора постоянно доносился мат-перемат. По вечерам весь дом ходил ходуном от вспыхивающих в разных концах его драк, порой с поножовщиной. А для полноты картины болтливая хозяйка комнаты то и дело потчевала их историями из жизни соседей. И хотя никого из них они не видели в глаза, так как старались не показывать носа из комнаты, ограничивая выходы короткими набегами в общий туалет, но скоро были в курсе дел большинства обитателей дома. Это здорово подорвало их веру в прогресс и культуру человечества, поскольку в данных делах присутствовали все мыслимые и немыслимые людские пороки.

Венька и Николай имели удовольствие окунуться в мир следственного изолятора, жестокий и гадкий. Но там люди вынужденно оказывались в скотских условиях и под давлением обстоятельств зверели. Здесь свободные "хомо сапиенс" намеренно делали свою жизнь по образу и подобию зоновской. Впрочем, это было объяснимо. Обитатели дома, в который судьба забросила Веньку и Николая, перманентно пребывали то здесь, то в пенитенциарных учреждениях, поэтому не строили далеко идущих планов и не особо заботились о быте. Весь их образ жизни сводился к удовлетворению примитивных насущных потребностей: пожрать, напиться, трахнуться. В порядке вещей было сподличать, подгадить ближнему своему, обмануть, обворовать, избить, изнасиловать, а то и убить кого-нибудь по пьяни. Нормальные люди шарахались от них, боясь подхватить какую-нибудь заразу, но те плевали на все и на всех, не желая знать никакого иного мира, кроме своего зловонного "дна".

Г Л А В А XXXIV

Самый известный из предсказателей Нострадамус в 16 веке в письме к королю Генриху II предсказал Великую Октябрьскую революцию, сопряженную с возникновением нового Вавилона, мерзостным растлением и духовной опустошенностью, и что продлится сие 73 года и 7 месяцев. С октября 1917 по август 1991 года прошло 73 года и 9 месяцев. Нострадамус не знал о существовании большей части небесных светил, известных в наше время, поэтому погрешность в 2 месяца пророку можно простить. Но вот то, что он не предсказал что же с нами в России случится после распада Нового Вавилона, то бишь СССР, это с его стороны непростительное упущение. Никому из нынешних предсказателей веры нет никакой. Они со своими гороскопами и пророчествами попадают впросак также часто, как метеорологи с прогнозом погоды.

Низкая квалификация горноуральских предсказателей лишний раз получила свое подтверждение. Они снова проспали все тревожные предзнаменования сверху, поэтому резкая вспышка криминальной и антикриминальной активности, случившаяся в Горноуральске в этот день, была непрогнозируемой и очень неожиданной для всех. Кроме привычного изобилия рядовых краж и хулиганств, этот день ознаменовался рядом неординарных событий, начало которым положило убийство никчемного бомжика без имени и фамилии, а потому фигурирующего даже в милицейских протоколах не иначе, как "Шелуха".

Евсюков без всяких гороскопов знал, что у него сегодня напряженный день. По графику ему предстояло быть дежурным опером УР в следственно-оперативной группе, что заведомо означало крутиться, как белка в колесе с 9 утра часов до 3 ночи, а дальше как повезет. Если в дежурные сутки удавалось покимарить на стульях в кабинете часа 3 - очень хорошо. Сразу после завершения развода на пульт в дежурную часть поступило сообщение краже со взломом в магазине "Бизон", потом

о разбойном нападении на коммерческий киоск, потом об обнаружении мины на стройке, и следственно-оперативная группа включилась в привычную карусель, гоняя с одного места происшествия на другое. Около 12 часов по телефону 02 передали о пропаже в автосервисе машины, сданной в ремонт. В автосервис вызвался съездить другой опер. Данное предприятие располагалось в обслуживаемой им зоне, и по слухам он злоупотреблял в автосервисе льготной починкой собственного автомобиля. Евсюкову эти нюансы были по барабану, он обрадовался замене и решил, что сможет позволить себе спокойно сходить на обед. Однако когда он заглянул в дежурку, чтобы предупредить об отлучке, выяснилось, что обед придется отложить на неопределенное время. По 02 позвонил некий гражданин, раздраженно отказавшийся представиться, и сообщил об убийстве.

- Давай, Евсюков, сходи - разберись в чем дело. Тут совсем рядом, недалеко от горотдела, на трамвайной остановке мужик в телогрейке лежит, а у него нож из спины торчит. Группе я сейчас передам, чтобы побыстрее закруглялись в автосервисе и выехали к тебе. А ты пока осмотрись там на месте. Ну, сам знаешь, что нужно делать в таких случаях. Прими меры, чтобы следы не затоптали, труп не трогали, очевидцев происшествия поищи, - сказал дежурный.

- Дубинку дай, - попросил Евсюков.

- Зачем? - удивился дежурный.

- Если это Денисов с ОБЭП опять прикалывается, я его этой дубинкой так по хребтине огрею, чтобы всех граждан Кондратий хватил от вида, как трупак бегает.

Дежурный отпрянул назад и, пристально вглядываясь в зрачки опера, осторожно спросил:

- Евсюков, у тебя с головой все в порядке?

Тот немного подумал и ответил:

- Не бойся, нормально у меня все с головой. Ты когда к нам перевелся? Полгода назад? Поэтому можешь не знать, что до тебя было. Это в прошлом году было. Дежурил я, значит, так же, как сегодня. Аналогично поступает звонок, что возле трамвайной остановки лежит мужик в телаге с топором в спине. Как положено, срочно группу на выезд. Подъезжаем и видим: точно, лежит мужик, из спины топор торчит. Мы из машины выходим, мужик встает. Смотрим - так это же Денисов! "Спасибо,- говорит,- мужики, успели. Я с друзьями на бутылку текилы поспорил, что вы за 15 минут приедете, а вы в 12 уложились". Значит, он что, гад, сделал. Положил доску, на нее накинул телагу старую и топором это все сверху пробил. Потом телагу на себя натянул и, пока никого из прохожих рядом не было, на газон улегся. А дружки его, обэповцы рядом в машине сидели и ржали.

- Дела! - покачал головой дежурный. - Ладно, возьми дубинку у помощника и давай на место происшествия.

Евсюков, вооружившись изделием под названием "Палка резиновая",

отправился выполнять поставленную задачу.

Расследование всякого убийства начинается с установления личности погибшего. Личность оказалась знакомая, но отнюдь не денисовская. Человек лежащий с ножом в спине возле трамвайной остановке был известен в районе под кличкой "Шелуха". Прозвище во многом определяло социальный статус этого гражданина. Иначе как "Шелуха цивилизованного общества, категорию людей, к которой он принадлежал, назвать было нельзя. Но свою кличку данный индивидуум получил не по этой причине, просто потому, что постоянно щелкал семечки, остатки которых застревали в его усах и бороде. "Шелуху" часто можно было видеть на "уголке" возле гастронома, где тот пытался продавать всякую сломанную и вышедшую из употребления ерунду, собранную на помойках. У него мало что покупали, зато менты часто прогоняли с насиженного места, но он возвращался на "уголок" снова и снова. Только посвященные знали, что утиль это ширма, на самом деле "Шелуха" выгодно приторговывает дурью и шли к нему именно за этим товаром.