Я во всем виновата - Элизабет Кей

шоссе, никогда бы не смеялась так безудержно, ведя машину с опущенными окнами, никогда бы не стояла неподвижно в коридоре, не давая волю мыслям, никогда бы не влюбилась и не убежала, требуя, чтобы другие меня выслушали.

Я всегда и все держу под контролем… Хотя вряд ли человек, который все контролирует, швырнул бы кастрюлей в стену. На самом деле я так же непредсказуема, как моя сестра. Я просто предпочитала не видеть этого.

Я завидовала ее способности ничего не контролировать и ломаться внутренне, а не внешне.

Сожгла проект, разбила форму.

Я вдруг потеряла самообладание и потянулась к сестре – как в прямом, так и в переносном смысле; моя рука скользнула на несколько дюймов по столу, поближе к ее руке.

Эмбер скомкала окровавленное полотенце и бросила его в раковину.

Я всегда считала ее спокойной и сдержанной. Я знала, кто она, и пусть она не всегда была приятной – бывала она и агрессивной, и беспощадной, – но всегда была предсказуемой. Я чувствовала, что теперь меня больше тянет к другой сестре, и мне это не нравилось.

Я не хотела сомневаться в себе.

Я хотела все контролировать.

– Она лжет, – сказала Эмбер.

– Нет, – проскулила Лидия.

– Я устроила пожар, – сказала я.

– Знаю, – ответила Лидия, – но это было еще до того.

Из тех, кто сидел в кухне, только я не знала, что произошло. Довольно странно, если учесть, что я собрала их тут, думая прямо противоположное.

– Ну? – настаивала я.

– Эмбер? – спросила Лидия.

– О, не буду тебе мешать, раз уж ты выдумала какую-то хрень.

Эмбер вытащила стул из-под стола, отодвинула его на несколько футов от остальных, опустилась на него и закинула ногу на ногу.

– Дамы, – встрял Чарли. – Думаю, если мы просто…

Полагаю, его остановили три одновременно повернувшиеся головы, три хмурых взгляда.

– Давай уже, – сказала Эмбер.

Лидия сломалась – как всегда, молча. Она уронила голову на стол, и ее тело затряслось от рыданий.

– Ты такая же, как твой отец, – сказала я.

Глава 40

Лидия рыдала и тряслась всем телом, прижимаясь к столу. Эмбер медленно покачала головой – хвост волос мотнулся туда-сюда, – вытерла окровавленную руку о штаны. Я не поняла, что происходит, – ни сразу, ни спустя несколько секунд, когда она прошла мимо меня, а затем мимо моей сестры. Чарли вскочил, когда Эмбер вылетела за дверь.

Я вышла за ней. Она остановилась в коридоре, прямо перед дверью, и присела на нижнюю ступеньку лестницы. Стремительно натянула кроссовки, схватила куртку с вешалки, открыла входную дверь и выскочила на улицу.

– Эмбер?

Я растерялась. Я не понимала, куда она собирается, зачем и почему она не хочет со мной говорить. Я видела, как она бежит по подъездной дорожке и как раскачивается незакрытая дверь.

– Что случилось? – спросила Лидия.

– Кажется, она убежала, – сообщила я. – Вон она, у забора.

Я наклонилась натянуть ботинки. Я даже не стала завязывать шнурки, просто заправила их внутрь. Толстая зимняя флиска куда-то делась, но на перилах висел плащ. Я накинула его на плечи и остановилась у двери.

– Ты идешь? – спросила я.

– Хм. – Лидия смотрела на меня.

Трудно вспомнить, о чем я думала в тот момент. Я чувствовала себя оголенным проводом, дрожащим на ветру. Я немного боялась, что она убежала к скалам, чтобы сделать то, что делали многие до нее. Не знаю, откуда взялась эта мысль, потому что поверить в такое по-настоящему я не могла, но внезапная перемена в ее поведении вселила в меня тревогу. Еще я боялась, что она просто уйдет, сбежит и никогда не вернется, найдет другой путь обратно в город. Теперь я понимаю, что ее машина осталась стоять у дома, но я не могла позволить ей унести свои секреты. Мне нужно было узнать, что произошло тем летом; мне нужен был чистый холст, чтобы написать на нем новую жизнь.

– Да, – сказала Лидия.

Наклонилась к своим ботинкам, натянула их на босые ноги. Накинула длинное пальто, из-под которого виднелись черные легинсы и шерстяной свитер.

– Это не…

Я не стала дослушивать.

Эмбер действовала быстро.

Я моргала, когда редкие капли дождя падали мне на ресницы и скользили по щекам. Ощущение было странно освежающим. Дикое напряжение пружиной сжалось где-то за глазами, сдавило лоб, и холодная влага бодрила. Мне пришлось несколько раз вытереть лицо – дождь становился все сильнее. Бежала я быстро, как не бегала уже лет пять, и мне приходилось хватать ртом воздух. Я пыталась бежать быстрее, но даже трусца вверх по холму меня выматывала.

Эмбер бежала вдоль изгороди, к скалам. Лидия топала где-то позади, громко дыша и окликая меня по имени.

Эмбер замедлила шаг, остановилась и повернулась ко мне:

– Что ты делаешь? Зачем ты за мной гонишься?

Есть так много способов быть честным.

Хотела ли она, чтобы я отговорила ее от какой-нибудь глупости? Хотела ли, чтобы я сказала, что нам не следовало встречаться, что иногда родным лучше жить раздельно? Хотела ли она, чтобы я признала, что не существует единственно правдивой версии нашего прошлого? Чтобы я просто приняла ее версию, согласилась, что моя сестра лжет? Или чтобы я напомнила ей, что скалы опасны даже в хорошую погоду и смертельно опасны зимой?

– Нам нужно поговорить, – сказала я вместо этого. – Нам всем нужно поговорить.

Я оделась не по погоде. Под непромокаемым плащом на мне был тонкий свитер, под который задувал ветер. Я чувствовала, как дождевая вода стекает по шее. Я застегнула пуговицы.

– Нет, – сказала она. – Нам нужно…

– Вернись в дом, пожалуйста. Тут слишком холодно.

– Она сука. Так говорить о моем отце… ты…

– Эмбер, пожалуйста.

Я медленно, но уверенно шла вперед. Ботинки вязли в грязи.

– Мне нужен свежий воздух. Мне нужно побыть одной. Это не запрещено. Я хочу побегать. Если тебе холодно, возвращайся.

– Я не могу уйти без тебя.

Наконец Лидия подошла к нам, хрипло и тяжело дыша. Она остановилась, упершись руками в колени и опустив голову. Потом вытащила из карманов шерстяные перчатки и натянула. Пот начал остывать на коже, и она дрожала от холода.

– Я не собираюсь делать глупостей, – сказала Эмбер. – Ты это имеешь в виду?

Я моргала – сильный дождь падал на лицо косо, с моря дул ветер.

– Эмбер, мы не можем оставить тебя одну! – крикнула Лидия.

Из-за погоды.

Потому что мы не хотели причинять новые страдания. Потому что еще нужно было кое-что обсудить.

– Дайте мне час, – попросила она. – Я побегаю по пляжу.

– Мы не уйдем, – сказала Лидия.

– Мне нужно знать, что случилось, –