Двуликая правда - Евгения Игоревна Державина

ежедневники и расписал по минутам все известные ему передвижения Лики. Единственный пробел, который оставался загадкой, – это то, куда она направилась после отеля и где находилась до своего возвращения в поселок поздним вечером воскресенья. И Марк собирался это проверить.

Вбив в поисковую строку браузера «Отель Лесные поляны», он получил несколько страниц ссылок. Скромная гостиница затесалась в списках среди одноименных домов отдыха, раскиданных по всему Подмосковью и Золотому кольцу. В отличие от более звездных тезок, она предлагала дешевые номера с самым необходимым: кровать, санузел, wi-fi. Фотографий на сайте было мало – лишь зона ресепшн и маленькая столовая с ярко-морковными стульями.

Марк открыл в навигаторе адрес отеля и присвистнул про себя: четыре с половиной часа езды из Южного Бутова. Слишком рискованно, чтобы добираться туда на машине: если его поймают так далеко от места подписки, он неминуемо загремит под арест. Придется поискать другой способ и уповать на то, что следак не вызовет его к себе именно в этот день…

Назавтра ближе к полудню Марк трясся в автобусе на обтянутом голубой тканью сиденье и жевал тощий сэндвич с намеком на буженину, который купил на автовокзале перед выездом. Попивая остывший американо из бумажного стаканчика, он смотрел в пыльное окно и слушал пятый студийный альбом Rammstein. Его мрачная лирика как нельзя лучше подходила дождливому дню и паршивому настроению.

В Переславле-Залесском Марк нашел частника на потрепанном «Рено Логан», и тот подбросил его до отеля.

Выйдя из машины, Марк посмотрел на трехэтажное светло-зеленое здание у самой трассы со светящейся вывеской «СТОЯНКА». Над белой пластиковой дверью висела более скромная надпись: «Отель».

Под звон колокольчика он зашел в небольшой холл и огляделся: дутый диван и два кресла из бордового кожзама, фальш-камин, отделанный искусственным камнем, и множество ухоженных растений в напольных кадках. В воздухе витал лимонный запах моющего средства, усиливая ощущение чистоты.

Седовласая женщина-администратор оторвалась от книги в мягкой обложке и через толстые стекла очков с удивлением посмотрела на Марка. Вероятно, потому, что он, одетый в серую футболку, джинсы и черную ветровку, все равно не походил на дальнобойщика.

Марк изобразил обаятельную улыбку.

– Добрый день! Я журналист, пишу статью про старейшие отели Золотого кольца и их знаменитых постояльцев. – Он продемонстрировал свое удостоверение. – Уделите мне пару минут?

Администратор отложила книгу.

– Попробую, – ответила она, слегка окая.

– Как давно вы здесь работаете?

– Лет пятнадцать.

Марк прочитал на приколотом к ее выдающейся груди бейдже «Зинаида Гаврилова. Старший администратор».

– Значит, Зинаида, можно сказать, вы стояли у истоков этого места? – как можно искренне восхитился он.

На ее широком лице появилась робкая улыбка.

– Дык да.

– И наверняка на ваших глазах разворачивались самые интересные и даже загадочные события?

– А то! – оживилась Зинаида. – Уж столько повидала за это время – никому и не снилось!

– Расскажете?

Она подалась вперед:

– Конечно! Например, один здешний постоялец видел привидение в ванной. Явился сюда, на ресепшн, чуть ли не в чем мать родила и потребовал немедленно переселиться. Я даже боялась в его номер подняться, но ничего такого там не нашла. Кроме пустых бутылок. – Она усмехнулась и махнула рукой. – Ой, да всего и не вспомнить: то кто-то напьется, то скандал с проституткой… А однажды горничная ко мне прибегает – бледная вся, губы дрожат. Оказалось, какие-то сатанисты духов в номере вызывали, представляете? Все стены разрисовали крестами да звездами, свечи пожгли. Сволочи! Горничная потом в церковь месяц ходила, так перепугалась, бедняжка…

– Да вы настоящий кладезь историй! Я тоже кое-что поискал в архивах, – понизив голос, произнес Марк, – и нашел один случай, который произошел именно в этом отеле лет десять назад с пропавшей девушкой. Не знаю, в курсе ли вы…

– Как же, помню! – закивала Зинаида и тоже понизила голос: – Эта дамочка сперва заселилась, а потом внезапно исчезла. Про нее даже в газете написали и отель наш упомянули. У нас был всплеск продаж!

– Ничего себе! – покачал головой Марк. – Значит, вы видели эту девушку?

– Нет, тогда другой администратор дежурил… Но мы между собой все очень подробно обсудили! – поспешила заверить она. – Да и полиция всех расспрашивала, знамо дело.

– Поделитесь подробностями?

– А вы точно про нас напишете?

– Собираюсь, – улыбнулся Марк.

Зинаида встала и одернула синий жилет, гармошкой собравшийся у нее на животе.

– Пойдемте на диванчик сядем? – Она засеменила возле Марка. – Вы уж постарайтесь, пусть про нас снова узнают. А то постояльцев мало, вокруг столько гостиниц понастроили…

Зинаида грузно плюхнулась на диван. Марк сел рядом и достал мобильный из кармана ветровки.

– Не возражаете? – спросил он, включая диктофон. – Итак, Зинаида, расскажите все, что вы знаете о том случае с таинственной гостьей.

– Можно просто Зина. – Она застенчиво заправила седую прядь за ухо. – Так вот, парень этот, администратор. Не помню, как его… Пашка вроде? Да не важно, он потом быстро уволился, пусть будет Пашка. Так вот, он рассказал милиции – тогда еще милиция была, – что эта дамочка приехала ближе к полудню. И вела себя очень странно. Как будто боялась чего-то, все по сторонам озиралась. А сама вся из себя лицеватая такая: в золоте да на «Мерседесе» или на чем-то таком… на дорогой машине, в общем. Неудивительно, что она сразу сбежала. Это теперича у нас красота, – с этими словами Зинаида показала рукой в сторону камина, вероятно, предмета особой гордости. – А до ремонта так себе было. В общем, больше она не вернулась, несмотря на оплаченный номер. Видать, не понравилось: у нас, понимаете ли, не «Марриотт»! – усмехнулась она.

– Эта девушка бронировала номер заранее?

– Дык да, за неделю! Ладно бы по дороге заехала, а то ведь как-то нашла нас…

– О чем она говорила с администратором, случайно, не знаете?

– Точно знаю, что эта дамочка просила никому о ней не сообщать. Немалые чаевые ему за молчание отвалила! Но какое там – стоило милиции приехать, сразу по фото ее опознал и все рассказал: и то, как горничная шмон у нее в номере устроила, и как под дверью подслушивал…

Марк приподнял брови:

– И что же он услышал?

– Что, если ее найдут – ей крышка! – Зинаида выжидающе посмотрела на Марка. Вероятно, на его лице отразилось неподдельное удивление, потому что она удовлетворенно кивнула: – Совершенно точно вам говорю – «крышка»! И милиции Пашка то же самое сообщил.

– Ну а горничная – нашла что-нибудь интересное?

– Да так, просто шмотье какое-то… Ее турнули потом. И правильно! Нечего по чужим сумкам лазать. Может, и сперла чего, да кто теперь скажет?

– А какой номер снимала эта девушка? Наверное, люкс?

– Не-е, точно не люкс, – протянула Зинаида. – Мы еще подумали: с чего так? Ведь явно могла себе позволить. Вроде как она «улучшенный стандарт» взяла: душ, телевизор, маленький холодильник. И еще недавно провели этот, как его… – Она пощелкала пальцами. – Вайфай, вот! Хотите посмотреть?

– Конечно!

Зинаида тяжело поднялась и подошла к неприметной двери возле стойки ресепшн. Просунув голову внутрь, она кому-то сказала:

– Поди-ка сюда.

Из подсобки появилась худенькая девочка лет восьми.

– Здравствуйте, – пролепетала она, с любопытством глядя на Марка.

– Это Катя, моя внучка, – пояснила Зинаида и снова посмотрела на девочку. – Посиди тут. Только смотри у меня, не бурагозь. Кто зайдет – пускай обождут, я быстро!

Катя молча залезла на администраторский стул.

Взяв ключи, Зинаида повела Марка на второй этаж. Ковровая дорожка кроваво-красной рекой устремлялась в глубь коридора, по обеим сторонам которого тянулись коричневые двери. Половицы протяжным стоном отзывались на каждый шаг.

Зинаида остановилась возле одной из дверей с номером двести один и вставила ключ в замочную скважину.

– Вот – «улучшенный стандарт», – гордо объявила она.

Марк зашел в тесную комнату. Вдоль стен стояли две односпальные кровати с пестрыми покрывалами, разделенные единственной тумбочкой из светлого ДСП. Зеленые шторы с охристой бахромой обрамляли маленькое окно с видом на пустую, не считая двух «Газелей», парковку. За железным забором чернело вспаханное поле.