Шесть из восьми - Вера Ард

– Это он попросил вас соврать, что вы ночевали вместе?

Александра замялась и покачала головой.

– Нет, это предложила я. Я не хотела, чтобы его задергала полиция. А тут у нас у обоих алиби. Провели всю ночь вместе. Я всем в лагере сказала, что утром убежала в палатку, чтобы привести себя в порядок, потому что там осталась вся косметика. Мне поверили.

– А Надежда? Она сказала, что ночевала в палатке одна.

Саша демонстративно глубоко вздохнула.

– Я попросила ее подтвердить мои слова в обмен на то, что не скажу, что она легла спать позже меня, и я не знаю, во сколько она на самом деле вернулась в палатку.

– То есть вы и ее заставили лгать?

– Я не заставляла, – огрызнулась Саша. – Хоть я и говорила, что у нее были поводы ненавидеть Лилю, но я уверена, что Надя никакого отношения к этой истории не имеет. Лиля нам всем нервы попортила, поэтому я не хотела, чтобы кого-то подозревали. Тем более когда выяснилось, что Марк пропал, все подумали на него. Вот мы с Надей и решили: каждая спала в своей палатке. И все.

– Почему вы так уверены, что Надежда не имеет отношения к этой истории?

Александра нахмурила брови и посмотрела на Вику, будто та сморозила откровенную глупость.

– Да она и мухи не обидит. Сказала, что, когда возвращалась с прогулки с Матвеем, Лиля опять привязалась к ней и довела до слез. Из-за чего она убежала в туалет, хотела успокоиться.

– Сидела в темном сортире в два часа ночи? Вам не показалось, что это звучит странно?

– Нет, не показалось. Она очень эмоциональная. Могла запереться там и плакать.

– В то время как поблизости кого-то убивали?

– Надя сказала, что вернулась быстро. И у костра никого не было. Возможно, это произошло раньше, чем было убийство. Я не знаю. Спрашивайте у нее сами.

– Хорошо, – вздохнула Вика. – Значит, в невиновности Надежды вы уверены. А в невиновности Евгения?

Саша резко подняла глаза на следователя.

– Он никого не убивал.

– Откуда вы знаете? Алиби у него теперь нет…

13 мая. Ночь

– Ну что, нагулялась?

Надя вздрогнула, увидев, как из-за палатки вышла Лиля. С одной стороны, ей вроде бы и хотелось с ней встретиться, пусть посмотрит, что у них с Матвеем все хорошо, и поймет, что осталась ни с чем. Но этого желала лишь одна часть ее души, спрятавшаяся где-то глубоко внутри. Та, что просыпалась, когда Надя на уроках взахлеб рассказывала ученикам о самых интересных исторических моментах, та, что готова была спорить и доказывать, ну и, конечно, та, что твердо знала, что она достойна любви. Но эта искра всегда пряталась слишком глубоко, как и сама Надя сейчас, не желавшая показать Матвею, что просто очень хочет в туалет. И потому придумавшая отговорку про то, что хочет еще подышать воздухом и умыться. Она надеялась, что он уже ляжет спать, пока она решит свои проблемы с так некстати разболевшимся животом.

Надя увидела, что Матвей скрылся в палатке, и подождала пару минут, чтобы быть уверенной: он уже лег, а не ведет долгую беседу с Лилей. На счастье, они даже словом не перемолвились. Выдохнув, она наконец направилась к нужному ей месту. Но Лиля, заметившая движение в темноте, чуть ли не выбежала ей навстречу.

– Это тебя не касается, – пролепетала Надя.

– Что, уже бежишь в палатку, будешь его там ждать, так? – злобно усмехнулась Лиля. – Не лезь к нему, предупреждаю тебя. Он мой.

Надя задрожала, она впервые почувствовала, что от Лили исходит не просто злоба, но опасность. В ней таилась жестокость, которую она и прежде замечала, но не думала, что та может вырваться наружу. В ночном холоде на долю секунды ей стало страшно. Ведь ей придется спать сегодня одной. Кто знает, что придет в голову обиженной ревнивой женщине? Может, позвать Матвея? Но нет, это выглядело бы слишком глупо. Да и в палатке он не один, а с Владимиром, а его она побаивалась.

Не говоря ни слова, Надя попыталась пройти мимо Лили. Но та, издевательски улыбаясь, преградила дорогу. Надя сделала шаг в сторону, Лиля повторила за ней, в другую – снова она. Надя побагровела, ей хотелось просто оттолкнуть нахалку, но ее воспитание и прошлая жизнь хорошей девочки не позволяли этого сделать. Она отвернулась и попыталась обойти Лилю, сделав небольшой круг, но в этот момент заметила какое-то движение. Из палатки для влюбленных, рядом с которой они стояли, выскочил Евгений. Лиля тоже его увидела и демонстративно пропустила Надю.

Учительница тут же бросилась к туалету, слыша, как за ее спиной начинается ссора. Евгений почему-то начал оскорблять Лилю, но в деревянную кабинку, где заперлась Надя, доносились лишь обрывки фраз. Она не понимала, что происходит, но, кажется, ссорящихся стало больше. Надя отчетливо слышала помимо интонаций Лили и Евгения еще один женский голос. Судя по всему, Саша тоже участвовала в разборках. Что же там случилось? Любопытство разбирало, но, с другой стороны, ей не хотелось становиться участницей новой ссоры. Лишь когда все голоса затихли, она вышла. Около костра сидела одна Лиля, она переменилась в лице. Было ощущение, что девушка вот-вот расплачется. Надя поборола в себе злорадство и подошла к ней:

– Что случилось?

Лиля взмахнула рукой и сказала:

– Отстань.

– Я просто хотела помочь…

Но Лиля вновь ее оттолкнула, да так, что Надя с ее неуклюжестью сделала неудачный шаг назад и не смогла удержать равновесие. Девушка плюхнулась на землю, едва успев подставить руку. Лиля на секунду замерла, видимо, думая, не стоит ли помочь и извиниться, но решила, что Надя не заслуживает внимания. Вместо этого она воскликнула:

– Идите вы все! И ты, и твой Матвей!

Она развернулась и ушла куда-то в сторону от лагеря, продолжая бормотать оскорбления, но ее фигура, как и противный злобный голос, растворилась в темноте за отсветами костра.

Надя поднялась, отряхнула руки и наконец успокоилась. И эту дрянь прошибло. Поняла, что ничем не лучше других, а может, и хуже. Вон, одна осталась! Ну и поделом. Надя посмотрела на часы: они показывали без десяти два. Хотела было пойти к себе в палатку, чтобы поспать, как вдруг услышала за спиной шум. Она обернулась и увидела, что из тамбура вылезает Марк. Он был растрепан и с интересом смотрел на Надю.

– Ну и что здесь за разборки? Спать никто не собирается?

Несмотря на рассерженные нотки в голосе,