Я выбираю свет - Ксения Комал

class="p1">– Денег дам, – сухо буркнул Лепатов. – Выбирай: или по-хорошему идёшь с нами и получаешь приличное вознаграждение, или остаёшься здесь, и мы возвращаемся с ментами.

Сивка скорчил забавную физиономию, означающую длительные размышления, хотя думать тут вроде было не о чем, потом согласно кивнул и засобирался.

– Только сюртук захвачу.

– Сюртук, – покачав головой, уважительно протянул Роберт. – Смотри, цилиндр не забудь.

Вопреки обещаниям, рассказывать о второй жертве экстравагантного маньяка Сивка не торопился. Он ловко уходил от вопросов, говорил о своей нелёгкой жизни, соседях, коллегах по цеху и годах, проведённых за решёткой. К концу поездки Александра знала о нём кучу ненужной информации и совсем ничего – о том, что её действительно интересовало. Роберт тихо скрипел зубами, но, видимо, надеялся, что в гостинице Сивку удастся разговорить или хотя бы использовать по прямому предназначению – не зря же высшие силы послали его именно тогда, когда потребовалось открыть сейф.

Гриша приезду специалиста по-настоящему обрадовался. Всё время, что друзей не было рядом, он безуспешно ковырялся в замке и уже порядком отчаялся. Выглядел он ещё хуже, чем раньше: синяки расплылись и налились тёмными оттенками, взгляд стал тусклым, каким-то сумрачным и совершенно больным.

– Это его сейф? – прозорливо осведомился Сивка, заподозрив, что его снова пытаются использовать в чём-то незаконном. – Имейте в виду, я на это не подписывался…

– Вскрывай давай, – приказал Роберт, продемонстрировав несколько крупных купюр.

Сивка покорно пожал плечами и приступил к работе, за которой все следили очень внимательно. Александре было просто интересно, а вот Гриша явно старался извлечь какие-то уроки на будущее. Роберт наблюдал за ними с покровительственной полуусмешкой, с какой взрослые обычно смотрят на возню малышей.

Спустя минут двадцать внутри сейфа что-то щёлкнуло, и Сивка победно выпрямился.

– Прошу.

Гриша в два прыжка приблизился к сейфу, любовно взял его на руки и медленно потянул дверцу на себя. Остальные замерли, стараясь разглядеть, что находится внутри. Блаженная улыбка, на секунду озарившая избитое лицо младшего Лепатова, мгновенно сменилась отвращением, а сейф полетел на кровать.

– Что за чёрт?!

– Что там? – напрягся Роберт.

Сивка первым ухватился за сейф и тоже его выронил.

– Говорила мне матушка – учись на слесаря, руки у тебя золотые, а вот голова…

– Да в чём дело? – Роберт раздражённо подошёл, заглянул внутрь и, слегка побледнев, повернулся к Александре. – Думаю, тебе не стоит это видеть.

– Расчленёнка? – заинтересовалась девушка.

– Можно сказать и так, – залепетал Сивка, хотя спрашивали не его. – Матушка права была, ну к чему мне это…

Устав от причитаний слабонервных мужиков, Александра, не ожидая от жизни ничего хорошего, заглянула в сейф, заранее готовясь завизжать, как и полагается девицам, но вместо этого только отпрянула и с возмущением уставилась на Гришу.

– Это что?!

– А что ты у меня спрашиваешь? – огрызнулся он. – Я не виноват, что мне такое прислали.

– А по-моему, как раз виноват. Ты что-то натворил, и вот результат. Признавайся, чем досадил старушке.

– Это не её, – вмешался Роберт, с отвращением поглядывая на розоватую вставную челюсть, – у Евдокии зубы свои, я точно знаю.

– Откуда? – прищурилась Александра.

– Просто она периодически этим хвастается. Ты что, старушек не знаешь? Их хлебом не корми, дай посплетничать о том, что в их организме ещё не развалилось.

– Тогда у кого она стащила вставную челюсть и зачем решила презентовать её Грише?

– У меня с зубами всё в порядке, – на всякий случай сообщил младший Лепатов. – Может, там ещё что-то есть?

Увы, тщательное исследование внутренностей сейфа ничего нового не дало. Челюсть извлекли на свет, положили на простыню и принялись осматривать, с азартом друг другу мешая. Гриша откровенно надеялся обнаружить что-то вроде тайника с бриллиантами, но ничего подобного видно не было. Ровные зубы, сделанные, похоже, из керамики, светились своей белизной; отверстий, подозрительных выступов или щелей нигде не было.

– Да что же это такое? – разочарованно вопросил младший Лепатов. – На кой чёрт мне чужая челюсть?

– Как знала Евдокия, что быть тебе битым…

– Давай, глумись, только имей в виду, что это – и твоя проблема тоже. Если бабка свихнулась, заботиться о ней придётся нам обоим.

– Ты о себе-то позаботиться не в состоянии, – неподдельно взгрустнул Роберт. – Ладно, вернёмся к насущному, – он посмотрел на притихшего Сивку, которому новое окружение явно было не по вкусу, – что там с твоей подругой, убиенной год назад?

– А что с ней? – окончательно сник взломщик. – Думаю, она в царстве небесном…

Роберт вытащил ещё несколько купюр, но на этот раз особого впечатления они не произвели. Чувствовалось, что Сивке известно нечто важное, однако, понимая ценность своей информации и, видимо, чего-то опасаясь, он собирался хранить её в тайне, несмотря ни на что. Александра понаблюдала за тем, как кузены пытаются заставить взломщика сказать хоть что-нибудь, и поняла, что пора брать дело в свои руки.

– Оставьте нас, – приказала она, вызвав изумлённые взгляды всех троих. – Оставьте, говорю.

Роберт молча поднялся и направился к выходу, потянув за собой брата, который порывался высказаться по поводу некоторого самоуправства и несправедливого отношения к собственной персоне. Оставшись с Сивкой наедине, девушка села на кровать рядом с челюстью, поджала ноги и с сочувствием посмотрела на взломщика.

– Она вам очень нравилась, да?

Сивка замялся, потом понуро кивнул и перевёл взгляд за окно. Взор его затуманился от воспоминаний, и Александра поспешила привести его в чувство.

– Неужели она не заслужила справедливости? Ну, хотя бы возможности быть похороненной под собственным именем? У неё ведь есть родственники, друзья, они даже не знают…

– Нет у неё никого, – поморщился Сивка. – Потому и прибилась к нему.

– К кому?

– К тому, кто её убил. Лерка из детдомовских была, мы все друг друга так или иначе знаем… Но она не хотела жить, как мы, хотела всё изменить. Внешностью природа наградила – дай боженька каждому, вот она и решила ему на глаза попасться.

– Боженьке? – слегка запуталась Александра.

– Он богат, – не слыша её, продолжал Сивка, – конечно, думает, что можно всё… Но не до такой же степени! Почему она выбрала его, почему меня не послушала?..

Александра ощутила, как в животе образуется тугой горячий комок мрачного предчувствия, и, всё ещё не веря в свою догадку, коротко произнесла:

– Тимур?

Сивка нервно дёрнулся, заёрзал на месте и взглянул на неё с почти суеверным ужасом. Всё стало ясно, ответ больше не требовался. Александра судорожно вздохнула и принялась теребить рукав свитера. Молчание затягивалось, однако никто не торопился его нарушать – Сивка откровенно боялся даже упоминать убийцу вслух, а девушка пыталась смириться с мыслью о людском коварстве и собственной недальновидности. Наконец она подумала, что уже достаточно долго занимается самобичеванием, и решительно потребовала:

– Рассказывай. В мельчайших деталях.

– А чего рассказывать… Я на старом кладбище раньше частенько бывал, особенно по праздникам церковным – нет-нет да оставит кто-нибудь водочки, хлебушка кусок или там кулич…

– Охренеть, – не выдержала Александра. – И ты всё это воровал?

– Не воровал, а употреблял в пищу. А чего такого? Понятно же, что усопшие из земли не поднимутся, чтобы позавтракать. Чего добру пропадать? Ну, так вот…

– И не стыдно?

– А чего стыдиться? Люди должны помогать друг другу. Сегодня они мне, завтра, может, и я на что сгожусь. Вот вам же сгодился. – Он выразительным взглядом окинул сейф и вставную челюсть, одиноко лежащую на простыне. – Тоже, кстати, не повод для гордости.

Проглотив намёк, Александра нахмурилась и вежливо попросила вернуться к теме.

– Задерживаюсь я там до глубокой ночи – народ обычно после работы заходит, а мне всё равно заняться нечем, вот сижу, жду… В общем, он просто принёс их, одну за другой…

Почувствовав, что Сивка начинает сбиваться, девушка глубоко вздохнула и взяла его за мозолистую руку.

– Значит, Тимур был на кладбище. Он принёс убитых девушек, правильно? Одна – Анжела, а вторая – ваша Лерка. Как вы их вообще узнали без голов? Или тогда они ещё были на месте?

– Не были, – понуро буркнул Сивка. – Про Анжелу я не в курсе, а Леру сразу узнал – я её столько раз видел… Да и потом,