Дом лжи - Дэвид Эллис

кажется, что она и ее дружок трахались так, что у обоих глаза на лоб лезли. А на самом деле она не говорила ни о нем, ни о том, что у нее роман, вообще ни о чем таком, и, самое главное, не говорила ничего своим подружкам. Они убеждены, что Лорен была верна Конраду.

– Так что добавьте это к тому, что мы уже выяснили, – продолжает Джейн. – Женщина скрывает свою интрижку от ближайших подруг. Она врет своему бойфренду в эсэмэсках – по крайней мере, в той, где говорит ему, что Конрад спит с ней и храпит, в то время как мы выяснили, что он уже не жил тогда дома.

– Короче, она никому не раскрывала свои карты, – говорит шеф и делает гримасу. – Похоже, у этой женщины был план.

Джейн кивает:

– Да уж. Тайная жизнь Лорен Бетанкур становится все интереснее и интереснее…

* * *

Выйдя из кабинета шефа, Джейн и Энди встречают сержанта Мэтью Муни, который решительно направляется к ним с какой-то бумагой в руке.

– Привет, Мэтт.

– Вы хотели информацию по жертве.

– Да. Что, у Лорен были приводы?

– Не совсем, но кое-что все-таки было. Взгляните-ка вот сюда…

Джейн берет у него бумагу и видит пэдээфную копию старого полицейского отчета. Она читает, а Энди Тейт заглядывает ей через плечо.

– Черт меня побери, – шепчет Джейн.

– У этой истории может оказаться продолжение, – говорит Энди. – Хотя дело давнее… Кто знает, может, этот парень давно переехал и живет где-нибудь в другом месте?

– Не переехал, – отвечает Джейн. – По крайней мере, в последний раз я видела его именно здесь.

– В последний раз… ты что, знакома с ним, Джейни?

Джейн поднимает глаза к потолку.

– Ну, не то чтобы прямо знакома… Выпуск две тысячи третьего года, «Грейс консолидейтед». Он говорил торжественную прощальную речь от нашего класса. Тихий такой парень, скромный, необщительный… Да, еще он хорошо бегал – отлично даже. Пять лет тому назад у нас была встреча одноклассников, я там была, видела его, но мы с ним и пары слов друг другу не сказали.

Энди берет из рук Джейн отчет и снова пробегает его глазами сверху донизу.

– Что ж, сержант Бёрк, похоже, вскоре тебе предстоит внеочередная встреча с бывшим одноклассником. Саймоном Добиасом.

До Хэллоуина

Октябрь

51

СУББОТА, 22 ОКТЯБРЯ 2022 ГОДА

Ты взяла на раздумья выходной, и у меня тоже было время подумать. Я решил показать тебе, насколько ты важна для меня, Лорен. Я сделаю так, как ты просишь. Подам на развод сейчас, до 3 ноября. И лишу Вики прав на супружеские деньги.

Скорее бы рассказать тебе об этом. Жаль, что нельзя сделать это сейчас… Но я знаю, что ты уехала в Висконсин на выходные, а розовый телефон не взяла. Так что придется ждать до понедельника. Скорее бы мы уже начали жить вместе!

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 23 ОКТЯБРЯ 2022 ГОДА

Нет, не могу. Как бы я ни уговаривал себя, но стоит мне представить лицо Вики, когда я скажу ей о разводе, и я понимаю, что не могу ее предать. Ведь это будет символично, если я поставлю точку в наших с ней отношениях за считаные дни до годовщины. Слишком уж это похоже на злостный, прямо-таки дьявольский умысел. Не могу я так поступить. Не могу раздавить Вики.

Я знаю, ты все поймешь. Надеюсь, что ты поймешь. Или ты не та, кем я тебя считаю.

ПОНЕДЕЛЬНИК, 24 ОКТЯБРЯ 2022 ГОДА

Ты назначила мне встречу на нейтральной территории, на краю парковки в «Грейс кантри клаб», что я счел дурным знаком.

Я приехал туда первым, намного раньше тебя, и, несмотря на холодное утро, сидел там, обливаясь по́том, сердце у меня колотилось. И все же я надеялся. В глубине души я верил, что ты поймешь меня и примешь мое решение, даже если оно тебе не по нраву. Я знаю, что для тебя не так важны сами деньги; к тому же если я отдам Вики половину, нам ведь останутся целых десять миллионов долларов! А это куда больше, чем нужно человеку.

Но вот ты подъехала, остановила машину рядом с моей, вышла. Вид у тебя был усталый. Точнее… не такой, как всегда, не знаю, как объяснить точнее.

Я молчал. Ждал, когда ты сделаешь первый шаг. А ты… ты так смотрела на меня, как будто вот-вот заплачешь.

– Что бы ты ни сказала сейчас, я приму любое твое решение, – сказал я, тронув тебя за руку.

Ты невесело рассмеялась, смахнула слезинку со щеки и спросила:

– Точно?

– Конечно. – Я был в себе уверен. Или, по крайней мере, считал, что уверен.

– Я беременна.

52. Саймон

Раннее утро. Ночью мне не спалось: все вот-вот закончится, край пропасти приближается стремительно… Я решил встать и самостоятельно составить прошение о разводе. В конце концов, это не ракету в космос запустить – я, как-никак, юрист, обстоятельства дела мне известны, а причины, по которым позволяют прерывать брак, придумать не сложно. Допустим, человек женат, но больше в этом состоянии оставаться не хочет, потому что его брак не работает и не заработает никогда, сколько бы он ни пытался. Я делаю глоток кофе и просматриваю написанное:

ОКРУЖНОМУ СУДУ ОКРУГА КУК,

ИЛЛИНОЙС, ДЕПАРТАМЕНТ ОКРУГА,

ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ СЕМЕЙНЫХ ОТНОШЕНИЙ

О браке:

САЙМОНА ПИТЕРА ДОБИАСА,

Заявителя, №

ВИКТОРИИ ЛАНЬЕР ДОБИАС,

Ответчицы.

ПРОШЕНИЕ

О РАСТОРЖЕНИИ БРАКА

Заявитель, Саймон Питер Добиас, в прошении о расторжении брака с ответчицей, Викторией Ланьер Добиас, заявляет:

1. Заявитель, Саймон Питер Добиас, 37 лет, постоянно проживает в поселении Грейс-Парк округа Кук штата Иллинойс.

2. Ответчик, Виктория Ланьер Добиас, 35 лет, постоянно проживает в поселении Грейс-Парк округа Кук штата Иллинойс.

3. Стороны вступили в брак 3 ноября 2012 года в Плайя-дель-Кармен, Мексика.

4. Непримиримые противоречия, возникшие между супругами, привели к безвозвратному разрушению брачных отношений. Все имевшие место попытки примирения потерпели неудачу, ввиду чего все последующие попытки примирения представляются невозможными.

«Непримиримые противоречия», риф, о который разбилась не одна тысяча семейных лодок, юридическая формулировка, описывающая то множество различных осложнений, возникающих в отношениях пары, из-за которых двое людей, некогда любивших друг друга, с определенного момента предпочитают продолжать свой жизненный путь разными путями.

– Я не подхожу тебе, – сказала Вики, когда я сделал ей предложение в первый раз. Оглядываясь теперь назад, я думаю, что она хотела сказать: «Ты не подходишь мне». «Наши противоречия будут непримиримыми» – вот что еще она могла бы сказать тогда.