Парадокс лося - Антти Туомайнен

Я вспоминаю о вечере в Растила, прокручивая в мозгу недавние события и свой разговор с Юхани. Пытаюсь связать воедино время, место и всех участников. И не нахожу ничего, что не вызывало бы вопросов. Даже не знаю, что и думать о собственном брате, Юхани. Вечером я сам удивился, с какой выдержкой пожелал ему спокойной ночи в завершение нашей короткой беседы. А может быть, все намного проще, чем мне кажется, – как в таблице умножения…

К Парку приключений я подъехал со стороны служебного входа на двадцать шесть минут позже обычного. Поставил машину на парковку для работников. Заглушил двигатель и остался сидеть в автомобиле.

Дождя не слышно, но он виден. Окружающий мир как будто заполняется легкой влагой, чем-то, что не обладает плотностью и массой обычной воды, но тем не менее делает все мокрым, пропитывает землю, заполняет каждую канавку и трещинку, образует большие и маленькие лужи в каждом углублении, выбоине или ямке. У меня больше нет сил поправлять себя, напоминать себе о вещественности и плотности окружающего мира, о его константах. Я не знаю, является ли этот временный сбой самой серьезной из моих проблем. Собственно, я не знаю, какая из них самая серьезная. Я не умею сравнивать проблемы, решать, какая из них больше – первая или вторая, а может быть, третья. Я даже не в состоянии расположить их в порядке увеличения сложности. Я берусь за ручку двери, и перед моими глазами возникает картина, отвечающая на эти вопросы новым вопросом.

Могут ли мои дела обстоять еще хуже?

Передо мной «Утиный туннель», и я понимаю, что все действительно хуже некуда. Ярко-желтое строение возвышается на том месте, где только что была демонтирована «Крокодилья река». «Утиный туннель» представляет собой длинную трубу около двух метров в диаметре, при продвижении по ней нужно уклоняться от столкновений с утками, которые подпрыгивают, ныряют, летают, падают и всячески мешают добраться до конца трубы. Утки мягкие. Но это в теории. На самом деле ни один ребенок ни разу не вышел из «Утиного туннеля», не обливаясь слезами. Утки жесткие и на удивление злобные. «Утиный туннель» – еще более устаревший аттракцион, чем «Крокодилья река». Он более опасен и совершенно никому не нужен. «Утиный туннель» – это пример того, как можно все испортить, проектируя оборудование для парков приключений без надежных испытаний.

Но на «Утином туннеле» плохие новости не заканчиваются.

Рядом с туннелем стоят и разговаривают с Кристианом Кари Лийтокангас и Йеппе Саувонен из «Финской игры». Невысокий Кари Лийтокангас, по-видимому, лет пятидесяти. У него широкая грудь, но тонкие ручки и ножки. Подбородок кинозвезды контрастирует с красным носом любителя выпить. Йеппе Саувонен рядом с ним выглядит тонкой крепкой жердью. Он в футболке с надписью на груди: FOLLOW ME. Лично мне не очень понятно, что он хочет сказать этим текстом, к кому обращается, кого призывает следовать за собой.

Поскольку они заметили меня, мне ничего иного не остается, как направиться прямо к ним. Подхожу, смотрю на Кристиана. У него немного усталый вид. Видимо, вставать в три часа ночи не так уж полезно для здоровья. При ближайшем и более внимательном рассмотрении Лийтокангас и Саувонен производят впечатление людей, пребывающих не в лучшем расположении духа. Но, судя по их поведению, Отто Хяркя все еще не найден. В этом я практически уверен. В противном случае они были бы не просто в плохом настроении, не привезли бы «Утиный туннель» и не смонтировали бы его без моего разрешения. А также не стояли бы сейчас перед желтой трубой, поджидая меня.

– Оборудование доставлено, – без всякого приветствия обращается ко мне Лийтокангас, показывая рукой на желтую трубу «Утиного туннеля». – Установлено и здесь останется.

– Да уж, никуда оно отсюда не денется, – вторит ему Саувонен.

– Вот у нас тут документы, заказ, накладные. – Лийтокангас вынимает из кармана пиджака пачку сложенных листов формата А4. – И счет, конечно же.

– Срок оплаты, – добавляет Саувонен, – уже наступил.

Я беру пачку бумаг из руки Лийтокангаса. Смотрю на счет и цену в самом низу. Она совершенно безумная. Бланк заказа оформлен не столь аккуратно, как в прошлый раз. Сразу видно, что это подделка. Складываю бумаги и пихаю в карман.

– Мы опробуем оборудование и вернем его, если не найдем ему применения.

– Охолони, – говорит Йеппе Саувонен, – применение уже найдено.

– То, что я слышал об «Утином туннеле»…

– Мало ли что болтают, – вступает Лийтокангас. – Это все равно что интернет читать и верить в любую чепуху. Земля сразу окажется плоской.

– Оплатишь гребаный счет, – говорит Саувонен. – Чего тут непонятного?

– Оплата этого счета представляет серьезные сложности.

– С чего бы это? – спрашивает Саувонен.

Ловлю его взгляд. Прямая черная гадюка над его карими глазами подчеркивает их бешеный блеск.

– Потому что сумма завышена, – говорю я, – и это изделие ни на что не годится.

Саувонен делает шаг в мою сторону.

– Мы не можем отменить поставку, – говорит он, – поскольку ты, похоже, куда-то сбагрил наших крокодилов.

Мы с Саувоненом смотрим друг другу прямо в глаза. Я окончательно убеждаюсь, что Отто Хяркя все еще в своем каноэ.

– Йеппе имеет в виду, что возврат товара юридически невозможен, – говорит Лийтокангас, – и что мы предпримем меры, если оплата не поступит к нам на счет на этой неделе.

Мне не нравится, что Кристиан присутствует при этом разговоре и я из-за этого не могу высказаться более свободно. Саувонен, вероятно, сказал все, что хотел, он отступает назад, и они с Лийтокангасом, судя по всему, собираются уходить. Тем не менее я предпринимаю еще одну попытку.

– «Прыжок лося», – говорю я.

Лийтокангас и Саувонен впиваются в меня взглядом.

– И что с «Прыжком лося»? – спрашивает Лийтокангас.

– Я хочу купить «Прыжок лося».

– Его нет в продаже, – говорит Лийтокангас.

– Я оплачу этот счет, – отвечаю я, – вместе со счетом за «Прыжок лося». Но только в том случае, если я его действительно получу.

То, что я сейчас пообещал, возможно только теоретически. Но я вижу, что у меня не остается других вариантов. Я почти физически ощущаю себя астронавтом в космосе, у которого порвался трос, связывающий его с космическим кораблем. Я понимаю, что этот образ остался у меня в памяти после просмотра каких-то фильмов, но это не меняет сути дела: кислород и вправду заканчивается, а ближайшая подзарядка возможна только на маленьком голубом шарике, находящемся невероятно далеко.

Саувонен делает движение в мою сторону, будто собираясь броситься на меня, но Лийтокангас выставляет перед ним руку.

– «Прыжка лося» нет в продаже, – снова говорит Лийтокангас и добавляет: – Для тебя. И никогда не будет.