Наталия Левитина - Она что-то скрывает

– Надо было двигаться постепенно, а я давила на газ. Ты и так перерабатываешь в день огромный объём информации, а я хотела одномоментно протолкнуть в твою голову ещё и гигантскую порцию английского. Кто справится?

– Правда?

– Да! Я навалилась на тебя, требуя и то, и это… Слова – переводить, фильмы – смотреть, глаголы – зубрить! А ты физически не могла выполнить все мои требования.

– Ну-у… Вообще-то да.

Значит, я не такая уж и тупица? Просто была выбрана некорректная стратегия обучения?

– Предлагаю начать всё сначала. С самого-самого начала! – воодушевлённо предложила Лиза. – Мы пойдём другим путём. Да, конечно, мы так и не определились с мотивацией. Ты до сих пор не можешь точно объяснить, зачем тебе нужен английский. Ну и ладно! Подумаешь! Будешь учить его просто для удовольствия. Пусть это станет твоим хобби.

– Хобби?

– Угу. У тебя есть хобби?

– Работа – моё самоё главное хобби. Вернее, три работы: газета, информационное агентство, глянцевый журнал.

– Довольно однообразно, согласись? Пусть будет ещё и английский. Теперь будем двигаться не торопясь – сегодня выучим словечко, завтра – две фразы. И так далее. Давай сократим количество часов. И платить придётся меньше.

– А что… Интересная идея…

– Только не бросай занятия! Я не хочу с тобой расставаться.

– Лиза, – удивилась я. – Ты что? Мы с тобой в любом случае не расстанемся. Даже если я покончу с курсами, мы можем просто дружить.

– О, классно! Значит, решено? Ты остаёшься?

– Ладно, уговорила.

– А сегодня позанимаемся?

– Почему нет?

– Ну-у… Боюсь показаться бестактной… Но, Юля, сможешь ли ты заниматься сегодня? Если честно, ты выглядишь… м-м-м… ужасно!

А-а-а-а!!! 

Глава 30

А теперь познакомьтесь с убийцей!

Облетели яблони, усыпав весь город белыми и розовыми лепестками, а я дождалась Никиту из долгой командировки. Снова отправилась в аэропорт – но теперь уже не утром, а поздно вечером.

– Тебе это надо? – удивилась Ева. Мы столкнулись у двери подъезда. – Ждала бы дома, свежая, нарядная. А так – попилишь к чёрту на рога, там будешь маяться от скуки в ожидании рейса. А рейс ещё и задержится.

– Ева! – изумилась я. – Ты ли это? Не узнаю тебя! Смотри. Прокатиться по вечернему городу, сверкающему огнями, когда дорога перед тобой совсем пустая, а асфальт отливает золотом… Потом стремительно мчаться по трассе, обгоняя фуры. Затем – ждать приземления самолёта, замирать от нетерпения, предвкушать встречу… А потом вместе возвращаться домой, целуясь на красных светофорах. Ведь это из разряда утончённых удовольствий, разве нет?

Лицо Евы превратилось в застывшую маску.

– Да, ты права, – едва выдавила она. – Конечно, это кайф. Просто я забыла, как это бывает. А вы с Никитой целуетесь на красных светофорах? – с тоской пробормотала подруга.

Мне стало стыдно за допущенную бестактность. Ева уже давно одна. Незачем хвастаться перед ней своим семейным счастьем.

– Вообще-то, когда мы будем возвращаться, все светофоры будут выключены, – ответила я и быстро сменила тему: – Как там Мишутка?

– Болеет.

– Надеюсь, утром ты не отправишься на работу?

Утро в принципе уже началось, за окном светало и раздавались соловьиные трели. Но мы с Никитой игнорировали рассвет, допивая пьянящие капли восхитительной ночи. Из аэропорта приехали в два и сразу упали в постель. Все проблемы и неприятности тут же отодвинулись на второй план, а через некоторое время я и вовсе превратилась в самую счастливую женщину на земле…

– Почему? – удивился Никита. – Конечно, поеду!

– Тебе положен выходной после утомительной дороги.

– Не записывай меня в дряхлые развалины, – улыбнулся Никита, игриво шевельнув бровью и кубиками пресса.

Его кубики снова на месте, и он безумно ими гордится, хотя и пытается маскировать своё помешательство.

– Сгоняю в контору, пообщаюсь с боссом и вернусь. Может быть.

– Вот именно. Скорее всего, так и застрянешь там до вечера.

Никита влюблён в начальника не меньше, чем в собственные кубики. Генрих Николаевич отвечает взаимностью. Они оба горят идеей безостановочного расширения компании «Юниа-Транс» вплоть до рубежей соседних галактик. Если мальчикам удастся сегодня встретиться, они будут долго обсуждать производственные вопросы, начнут строить новые планы и так далее…

Это, конечно, хорошо, что работа в «Юниа-Трансе» всецело захватила Никиту и доставляет ему удовольствие. Однако мы уже имеем печальный опыт самопожертвования во славу АО «Фростком» – предыдущего места работы Никиты. Чем всё закончилось? Его выкинули на улицу, едва грянул мировой финансовый кризис. И даже не вспомнили о былых заслугах.

Другими словами, надеюсь, любимый не будет забывать о том, что Генрих Николаевич, пропадая на работе, вносит вклад в собственное процветание – ведь он владелец фирмы. А Никита всего лишь отрабатывает зарплату.

Но нет, он так не может.

Поэтому в семь утра любимый трудоголик съел фирменный омлет, приготовление которого удаётся лишь одной-единственной женщине на свете (но в крайнем случае Никита способен соорудить его и самостоятельно – думаю, минуты за две), и отправился на работу. А я выключила телефоны и упала обратно в кровать.

На подступах к редакции «Стильной Леди» меня настиг звонок мобильного. После получаса лихорадочных геологоразведочных работ удалось извлечь из сумки телефон. «Егор», – увидела я на дисплее, и по спине пробежали мурашки.

– Да, Егор.

– Юля, у меня к тебе разговор. И, видимо, уже заключительный.

Сердце ухнуло вниз.

Заключительный разговор?

И что это значит?

– Хорошо, давай встретимся, – безжизненным голосом промямлила я. – А где?

– Сможешь подъехать к нам в офис?

Вот как!

Наверное, нужно ждать официального оглашения приговора – иначе зачем Егору заманивать меня в контору? Мы столько раз встречались с ним на улице или в кафе, и ничего, ему нравилось.

– Через час устроит?

– Вполне.

…Главный редактор «Стильной Леди» замерла на мгновение, увидев меня в своём кабинете. Я успела пристроить на вешалке плащ, а она вылезла из-за стола, подошла ближе, схватила за руки и стала поворачивать из стороны в сторону, внимательно рассматривая.

Нет, она не всегда так делает!

– Ю-у-у-уля, – изумлённо промурлыкала Марина Аркадьевна. – Неужели это ты? У меня просто нет слов от восторга! Ты в тренче и в платье. И в каком! Юля, я думала, проще купить оружейный плутоний, чем увидеть тебя красиво одетой! Где, где ты раздобыла этот божественный наряд?

Все годы моего сотрудничества с глянцевым журналом «Стильная Леди» я подвергалась нападкам со стороны главного редактора за неумение одеваться. Она хвалила мои статьи и ругала гардероб. Я смирилась с данной ситуацией и продолжала носить летом джинсы и футболки, а зимой – джинсы и свитера. Но сегодня заявилась в необычном виде.

– Подумаешь, платье, – махнула я рукой. – Вот, статью принесла! А это мне свекровь привезла из Лондона. Что, Марин, удачное платье?

– Юля, – главный редактор строго посмотрела поверх очков. – У тебя нет свекрови. Ты не замужем.

– Ну, Никитина мама.

– И она сама выбирала?

– Угу.

– У неё отличный вкус. В каком магазине она его купила?

– Я не в курсе.

– Платье исключительное.

– Спасибо.

– И великолепно на тебе сидит.

– Ну и славно.

Мне было приятно услышать комплимент из уст Марины Аркадьевны, но я волновалась из-за предстоящей беседы с Егором, да и вообще не понимала, зачем тратить десять минут на обсуждение какого-то платья, пусть даже «исключительного». Лучше бы просмотрела статью и вынесла вердикт.

– Вообще-то она мне три чемодана одежды привезла.

У Марины остановился взгляд и замерло дыхание. Через пару минут я забеспокоилась, но главный редактор, к счастью, задышала вновь – причём достаточно бурно.

– Юля, – простонала она. – А что в них?

– Да всё то же самое. Платья, кофты, брюки, пиджаки… Целый воз тряпок.

– О! – задохнулась Марина Аркадьевна. – У тебя не свекровь, а бриллиант чистой воды!

– Ты думаешь? – засомневалась я, припомнив, какую истерику закатила Ланочка из-за штор.

– Однозначно.

– Возможно, ты права. Жаль только, не купила ни одной пары джинсов. Ведь могла бы привезти мне из Англии умопомрачительные джинсы, разве нет?

– Пойдём в другое место, – сказал Егор, встретив меня в офисе.

Мы оставили его аквариум и перебрались в кабинет директора (если судить по блестящей табличке). Хорошенькая секретарша кивнула Егору. Сам директор «Атланта» отсутствовал, мы расположились за столом. Я было присела на краешек кресла, держа на коленях сумку и плащ, но в этой позе сразу представила себя бедной родственницей, пришедшей за подаянием. Но в «Атлант» я пришла не за подаянием, а за моими деньгами! Поэтому встала, повесила тренч и сумку на вешалку, одёрнула платье и устроилась поудобнее, закинув ногу на ногу.