Испеки мне убийство - Юлия Владиславовна Евдокимова

Понятно, что и без любовных зелий не обходится.

Сначала «Отче наш», потом «Аве Мария», потом «Символ веры», а затем магическая формула, звучащая примерно так: «двое оскорбляют вас, но трое защищают вас, во имя Отца и Сына и Святого Духа, кто положил глаз, остановится на этом месте». Таким заклинанием, произнесенным трижды, местные колдуны снимают порчу с женщин, у которых пропало грудное молоко.

И это лишь один из множества обрядов и поныне существующих в Базиликате. Вернее, в Лукании, ведь местные жители называют свой регион именно так. Церемониальной, или обрядовой, магии Лукании сотни лет.

Хотите, чтобы объект воздыханий влюбился в вас без памяти? Все просто! В ход идет капля крови из пальца, пыль, собранная в церкви, и некоторые другие ингредиенты, сопровождается все особым заклинанием, и стоит бедной жертве выпить бокал вина с добавлением колдовского зелья – берите тепленьким.

Кроме канонического крещения ребенок проходит здесь обряд «крещения семи фей». Помните сказку о спящей красавице и волшебницах, пришедших поздравить с рождением ребенка? Здесь это не сказки, а традиции, не зря изучением луканских обрядов всерьез занимается Национальный музей народных искусств и традиций в Риме. В борьбе за выживание луканская магия приходит на помощь, предлагая защиту и поддержку. Луканские женщины владеют магическими формулами, которые передаются от матери к дочери в Рождественскую ночь, это особые заклинания и знаки креста.

Трудно поверить, но для Базиликаты это реальная жизнь!

* * *

– Для Пепе Франкони все это плохо кончится. Это же его зона ответственности! Закрой он дорогу на десять метров ближе и синьора Раваллино была бы жива. Как он мог не осознавать риски?

– Это странно, он обычно довольно дотошен. Да и после закрытия были сильные дожди, нельзя же проверить всю гору!

– Карабинеры его допрашивают, как бы не арестовали!

– А вы слышали, нашли труп Пьетро? Говорят, его убила та, пришлая, что заняла старую кондитерскую.

– А я всегда говорила, что чужакам нельзя доверять!

– А вдруг это было самоубийство?

– Все равно она виновата, говорят, ему обещали этот магазин, а она перешла дорогу. Вот он и расстроился.

Хоть уши затыкай! Сплетни заползали в каждую щель, просачивались в окно, делали жизнь Алессия абсолютно невыносимой. Если мужчина покончил с собой, могло то произойти из-за потерянного магазина? Об этом не хотелось думать. В каком-то смысле это делало бы ее соучастницей, и даже виновницей. И придется жить с этой виной вечно.

Но все стало еще хуже, когда ей пришлось идти на станцию карабинеров. Через всю деревню, под осуждающими и любопытствующими взглядами.

* * *

Пока карабинер старательно печатал ее заявление, Алессия посмотрела на часы. Прошло всего тридцать минут с тех пор, как она вошла в кабинет, но они показались вечностью. Как долго ей придется здесь оставаться? Неожиданно она зевнула.

– Вас ждет что-то более важное, чем дача показаний?

– Нет. Извините. Я просто… не думаю, что смогу вам помочь.

– Предоставьте судить об этом мне. Расскажите мне еще раз, что произошло вчера вечером.

– Я рассказывала и вчера и сегодня, а вы все подробно записали!

– Придется рассказать еще раз.

– Но я понятия не имею, что произошло! Когда я пришла, он был мертв.

– Во сколько это было?

– Не могу сказать точнее, я не смотрела на часы.

– Вы проверяете время только во время допроса? Я думаю, вам следует отнестись к этому немного серьезнее, синьорина. Человек погибает при подозрительных обстоятельствах и…

– Подозрительных? Вы имеете в виду… Ну, то есть вы думаете, что он…-девушка произнесла последнее слово неожиданно тоненьким голоском, – убит?

– Сильный удар по голове это предполагает.

Алессия внезапно почувствовала тошноту. Для карабинеров это, возможно, обычное дело, но она не привыкла сталкиваться с подобным. Убийца бродит по их живописной деревне? И она думала, что ей не везет! Не повезло совсем другому человеку!

– Вы знали жертву?

Алессия заколебалась. Их стычка считается? Но ведь она даже не знает, как его зовут! И решила ответить «нет». Неразумно говорить карабинерам, что она поссорилась с мертвецом за пару часов до его смерти.

Но она недооценила деревню. Карабинер ехидно ухмыльнулся:

– То есть ваша бурная ссора в магазине не причем? Почему вы решили не упоминать, что у вас с жертвой произошла стычка в тот же день, когда его нашли мертвым в фонтане? Вместо этого вы заявили, что не знали его.

– Потому что я его правда не знала! Я видела его только раз, я даже не знала его имени! Если бы вы спросили, встречалась ли я с ним, ответ был бы другим.

– То есть это проблема формулировки. – Усмехнулся карабинер. – Расскажите, зачем вы пошли в верхнюю часть деревни к фонтану поздним вечером. Надеюсь, я правильно задал вопрос?

Алессия покраснела. – Я гуляла. У меня был не очень удачный день и мне захотелось подышать воздухом перед сном, чтобы успокоиться.

– Как интересно. Вы часто совершаете вечерние прогулки в одиночестве?

Алессия нахмурилась. Она не могла понять, к чему клонит офицер, но ясно, что не к добру.

– К сожалению я живу одна. Некому составить мне компанию.

– И вы всегда поднимаетесь на гору?

– Нет…

– Именно в этот день вам захотелось пройти той дорогой?

– К чему такие вопросы? Да, именно в этот день. Я… хотела пройти там, где никого не встречу.

– Вы договорились о встрече с Пьетро Берлини?

– Что? С кем? Нет! Конечно, нет! Я же сказала, что даже не знала его имени.

– И не помнили, что встречались с ним в тот день.

– Но я… не подумала…

– А нужно было подумать. Вы понимаете, что у вас единственной есть мотив? Кондитерская – ваше средство существования. А Пьетро Берлини обвинил вас в воровстве. Он претендовал на это помещение и вы могли остаться без работы.

– Это не правда!

– Даже если он не имел права на магазин, его обвинения отпугнули бы покупателей. И вы потеряете доходы.

– Потому что он местный, а я чужая? Даже если моя выпечка всем нравится?

Карабинер вздохнул. – Получается, что так. Насколько сильно вы на него обиделись? Настолько, чтобы ударить камнем по голове?

Голос упал. – Но я не… Вы меня… арестуете?

– Нет. У нас нет улик. Пока. Но вам придется оставаться в деревне и никуда не уезжать.

– Я… – Алессия не представляла, что сказать. Да что же такое происходит с ее жизнью? Неужели все может перевернуться с ног на голову за один день? – Надеюсь, вы не собираетесь обвинить меня еще в смерти синьоры Раваллино? Да я бы в