Лес нас найдет - Мэтью Лайонс

Нэйт демонстративно смерил ее взглядом.

– Ты мне просто завидуешь, – ответил он, облизнув губы.

В зеркале заднего вида Хлоя увидела, что Ники залилась краской и смущенно опустила взгляд на свои коленки.

– Иди в жопу, Нэйт.

– В чью, в твою? Я не против, если Джош не возражает.

– Что? Тьфу. Господи помилуй.

Ники изобразила омерзение и невольно хихикнула, а Нэйт ухмыльнулся. Сидящий рядом с Ники Джош густо покраснел и повернулся к окну, сделав вид, будто ничего не слышал.

– Эй, Паркер, – позвала Хлоя. – Ты не мог бы подойти? Мне надо понять, куда нам ехать дальше. – Навигатор у нее заглох.

Двигаясь на удивление легко и проворно для своей комплекции, Паркер прошел через салон, опустился на колени в узком пространстве между Хлоей и Адамом и посмотрел вперед, на дорогу.

– Съезд должен быть где-то здесь, – сказал он, всматриваясь в окрестности в том тусклом свете, который просачивался сквозь деревья. Мгновение спустя он взмахнул рукой и показал пальцем на отходящую от дороги ухабистую грунтовку: – Вон там. Поворачивай давай.

Хлоя склонила голову набок, не отрывая глаз от дороги:

– Ничего себе. Это точно?

Адам повернулся и посмотрел на Паркера:

– Ты уверен? Вообще-то не похоже, чтобы этот проселок куда-то вел.

– Говорю вам, это и есть наш съезд. Что, ты мне не веришь?

Адам примирительно вскинул руки:

– Послушай, я не пытаюсь выделываться, правда, просто это… Когда ты был здесь в последний раз?

– Несколько лет назад.

– Несколько – это сколько?

– Не знаю. Несколько значит несколько. Какая разница?

– Думаю, никакой, – ответил Адам.

Паркер повернул голову и пристально посмотрел на Хлою. В его больших карих глазах читалась мольба.

– Я помню, Хлоя. Доверься мне. Нам точно туда.

Мгновение поколебавшись, Хлоя сказала:

– Ну, раз ты считаешь…

– Я точно знаю. – Паркер произнес это почти шепотом – так тихо, что Хлоя подумала: наверняка только она одна его и слышит.

Кивнув, она сняла ногу с педали газа, поставила на педаль тормоза и крутанула руль, чтобы свернуть с двуполосной асфальтовой дороги. Как только минивэн съехал на проселок, колеса начали вибрировать и гудеть, а в днище полетели камни, но Хлоя теперь видела, что Паркер не ошибся – проселок вился между могучими деревьями и пока что беспрепятственно уходил вдаль.

– Доведи свою колымагу до конца проселка, ладненько? Это где-то еще минут двадцать. Там мы припаркуемся и остальную часть пути пройдем пешком.

– Пешком? Никто ничего не говорил насчет того, что мы пойдем в пеший поход, – закричал Нэйт. – Этот гребаный марш смерти не по мне. Я собирался ходить здесь в сланцах, а не в ботинках.

– Мы тебе говорили, – возразил Адам. – Где-то неделю назад, да и вчера тоже. Так что мы не виноваты, что ты не слушал.

– Это недалеко, – сказал Паркер, не отрывая глаз от дороги. – Всего-то пара миль, и мы окажемся на месте. – По его голосу Хлоя поняла, что он произносит это с чуть заметной улыбкой.

– Пара миль? [1]Ты что, шутишь?

В зеркале заднего вида Хлоя увидела, как на лице Нэйта промелькнуло возмущение, после чего он погрузился в мрачное молчание. Ничего, не беда. Хорошо уже и то, что эти двое не вцепились друг другу в глотки, а ограничились перепалкой.

Она ехала по проселку, держа на спидометре безопасные двадцать миль в час, лавируя на поворотах, подъемах и спусках и все дальше углубляясь в Пайн-Бэрренс. Деревья здесь подходили к дороге ближе, чем она привыкла, так что минивэн оставался в тени, но время от времени она все-таки могла видеть солнечный свет, пробившийся сквозь кроны деревьев и похожий на вонзающийся в землю золотой клинок.

Площадка для парковки, о которой им говорил Паркер, представляла собой небольшой, посыпанный гравием тупик в конце проселочной дороги, на котором могли уместиться только две или три машины – ну хорошо, четыре, если бы они встали тесно, – но сегодня здесь не было других машин.

Хлоя выбрала для парковки дальнюю сторону площадки, заглушила мотор и, поставив стояночный тормоз, объявила:

– Ну все, мы на месте. Выходите.

Они выгрузили свои рюкзаки и поровну разделили припасы и снаряжение. Ники и Джош взяли большую часть кухонной утвари и воду, а Адам и Паркер приготовились тащить сумку-холодильник, тяжелую от банок пива и купленного на автозаправке льда. Нэйт взял палатки, так что на долю Хлои достались пластиковые пакеты с едой, которую купил ее брат.

Паркер заверил их, что путь не будет слишком уж трудным – может, придется подняться на небольшой холм, но о том, чтобы карабкаться на настоящую гору, и речи не идет. Всех все устраивало, за исключением Нэйта, который ворчал себе под нос, украдкой поглядывая на сланцы, которые он нацепил на свои шишковатые, как у хоббита, ноги.

Каким же влажным был здешний воздух… Все говорили, что летом погода будет полный отстой, что будет ужасно жарко с июня по конец сентября, но и май был совсем не фонтан. Еще пару недель назад температура приблизилась к тридцати, и здесь, в окружении деревьев, душная влажность была почти невыносима. Воздух был наполнен конденсатом, окутывающим их, как одеяло, так что футболки сразу прилипли к телу, а по спинам потек пот, скатываясь в джинсы.

Передвинув рюкзак выше, Хлоя поправила нейлоновый нагрудный ремень и нажала кнопку на брелоке. Клаксон минивэна бибикнул в ответ один раз, его звук отдался от деревьев и быстро затих.

– Давай его сюда, – сказал Адам, протянув руку. – Будет лучше, если он будет у меня, ведь у меня больше карманов, чем у тебя.

Хлоя пожала плечами и бросила ему ключи. Стоявший рядом с ней Паркер взвалил на плечи потертый рюкзак фирмы «Коулман» и кивком показал на одну из отходящих от гравийной площадки неровных тропинок.

– Нам сюда, – сказал он. – Теперь уже недалеко.

И все последовали за ним в лес.

2

Когда они смотрели на лес Пайн-Бэрренс с шоссе, он казался им огромным; а в глубине и вовсе представлялся нескончаемым. Ветви деревьев свисали низко, образуя плотный полог, мертвые листья, опавшие не один год назад, устилали землю мягким гниющим ковром. Тропинка шла вверх, и листья спереди и сзади образовывали такие густые переплетения, что Хлоя могла видеть только то, что находилось от нее не дальше чем в пятнадцати футах. Она почти что чувствовала, как лес с каждым сделанным ими шагом смыкается вокруг и как будто медленно поедает их живьем.

И еще эти звуки: здесь было на удивление шумно, ибо в лесу кишела жизнь. Жужжали насекомые,