Лана Балашина - Дурочка с маком

– Звони, раз такое дело, – разрешил он.

Утром я поднялась рано, умылась, прислушалась: за дверью его спальни царила тишина.

Приготовила Павлу на завтрак блюдо сырников, достала из холодильника джем и сметану, а то он и не догадается их поискать.

Разложила таблетки на три кучки, написала на бумажке время, когда он должен их принять.

Забрала запасные ключи и тихо закрыла за собой дверь.

Охранник внизу еще не сменился, так что вопросов у него не возникло.

Наверное, он решил, что я ночевала с Павлом. Впрочем, нравы сейчас широкие, да и какое мне дело до того, что подумает обо мне охранник?

Зато вопросы возникли у Ленки и Алены.

Сначала в меня вцепилась мертвой хваткой Ленка.

– Ты с ним спала? Вот здорово! Гелька, да ты у нас просто роковая соблазнительница! И чего они в тебе находят? Будь человеком, расскажи все в подробностях!

Несмотря на то, что мы с Осмоловским даже не виделись больше ни разу, она вбила себе в голову, что у него ко мне интерес. А теперь еще и Шамрай! Поскольку разубеждать ее в этом было бесполезно, я спокойно ответила ей:

– Я спала в квартире Павла Андреевича, если тебя это интересует.

Она сощурила кошачьи глаза:

– Скажи еще, что между вами ничего не было.

– И скажу.

Она разочарованно вздохнула:

– Ну, он тебе хоть предлагал выпить, то, да се?

– Выпить предлагал. Чилийское вино.

Ленка выдохнула:

– Вау! – Она наклонилась ближе и решительно объявила: – Так, все: в обед ты мне все расскажешь, а я тебе объясню, как добиться с ним контакта и подтолкнуть его к решительным действиям.

Я пришла в ужас:

– Лен, ты чего?! Не хочу я никакого контакта, и решительного ничего не хочу!

Она негодующе спросила:

– А замуж ты хочешь?!

– И замуж не хочу! – шепотом заорала я, потому что к нашему разговору уже прислушивались.

– А вот этого не надо. Короче, придешь за инструкциями, а там как знаешь. Потом спасибо скажешь. Можешь поверить моему опыту.

Опыт, действительно, был: Ленка дважды была замужем. Впрочем, все ее впечатления о предыдущих мужьях укладывались в два слова: «дерьмо собачье». Непонятно, зачем она с таким упорством лезла туда же еще раз.

Перед самым обедом появилась Алена.

Она ни о чем меня не спрашивала, но вздыхала и посматривала на меня укоризненно.

Первой не выдержала я:

– Ну, и чего ты вздыхаешь?! Не тронула я твоего любимого Павла Андреевича, даже пальчиком не прикоснулась. И что вам всем от меня надо?

Она сгорбилась, заглянула в чашку и «мохнатым» голосом спросила:

– Неужели он тебе совсем не нравится? Ни капельки?

– Почему? Нравится. И еще мне нравятся десяток мужчин. Вот подумываю, может, в мормонки записаться?

Она вздохнула:

– У мормонов – многоженство, тебе лучше к амазонкам податься. А, впрочем, делай, что хочешь.

– Вот и правильно. Со своим Антоном разберись лучше, а то парень уже похудел, без слез не глянешь.

Алена ощетинилась:

– С чего ты за него заступаешься? Ненавижу таких, как он, понимаешь, ненавижу!

Я резонно возразила:

– Послушай, Антон говорит, что ты с ним говорить не хочешь, откуда же такая страстная уверенность в том, что он плох? А мне он нравится. Умница, начитанный, любит стихи, довольно хорошо разбирается в музыке, даже школу окончил. И симпатичный, с таким не стыдно появиться в обществе.

Алена поднялась со стула, сунула чашку на поднос и сердито сказала:

– Вот и целуйся с ним. Мне и то кажется, что у вас завелись странные отношения. Не слишком я верю в дружбу с таким парнем, как Антон.

Я поймала ее за свитер, обняла и притянула к себе:

– А ты ревнивая. Это хорошо, только глупо. А по отношению ко мне – еще и смешно: мы с Антоном, если честно, часто о тебе разговариваем.

Она затряслась от негодования:

– Ты ему мои тайны выдаешь, что ли?

Я засмеялась:

– Ну, какие у тебя тайны? Ты, что, шпионка? Просто болтаем, он о тебе ни с кем больше говорить не может, вот и получается так.

Я отпустила ее, подошла к окну.

– Алена, серьезно тебя прошу: присмотрись к Антону, как бы потом локти не кусать. Хороший ведь парень!

Алена подошла ко мне и молча, покусывая нижнюю губу, смотрела на улицу.

К банку напротив нас прибыл целый кортеж: белый лимузин управляющего, два авто с охраной. Все засуетились, деловито забегали. Мы с Аленой прыснули:

– Интересно, от кого они его так охраняют? Вот уж воистину, мания величия.

Алена, обрадованная тем, что тему мы сменили, задумчиво сказала:

– Я как-то читала одну книжку о театре. Мысль мне там одна понравилась: королеву на сцене играют ее партнеры. Ну, от их поведения зависит впечатление зрителей. Вот тебе и иллюстрация, – она кивнула вниз.

Появившаяся в дверях Ленка громко спросила:

– Сколько вас можно ждать?!

Мы перекусили, и девчонки помогли мне с покупками. Нагруженные свертками, мы вернулись в офис.

В связи с отсутствием Павла работы у меня ощутимо прибавилось, и до шести часов я провертелась, как белка в колесе.

Ближе к концу рабочего дня подготовила пакет с документами, которые Павел должен был подписать, уложила пакеты с продуктами в объемистую сумку, которую мне выделила Ирина Тимофеевна.

Ровно в шесть в дверях появился Антон.

Я недоуменно посмотрела на него.

– Меня Лена прислала. Говорит, нужно тебя подвезти с пакетами.

– Вот еще! – Сгорая от стыда, я пообещала завтра убить Ленку. Не хватало, чтобы завтра весь офис знал, что я ночевала у своего начальника. – Сама прекрасно доберусь!

Он молча подхватил мои вещи и спокойно сказал:

– Жду тебя в машине.

Я покидала в сумку телефон и косметику, заперла кабинет и скатилась по лестнице.

В машине Антон молчал. На светофоре остановился, повернул ко мне голову и сказал:

– Надеюсь, у тебя с ним серьезно. Он замечательный мужик, и будет нехорошо, если ты просто так.

Я сердито сказала:

– Антон, да что же это, в самом-то деле?! У меня с Павлом Андреевичем ничего нет, ни серьезного, ни просто так. Ясно?

Он примирительно сказал:

– Хорошая ты девчонка, Геля. Можно, я тебе…

Я прервала его:

– Вот только никаких советов мне не надо. Оставьте меня все, ладно?

– Ладно.

У подъезда он остановился:

– Помочь?

– Сама как-нибудь управлюсь, – пробурчала я.

Охранник был другой, мне пришлось звонить в квартиру Павла, чтобы он подтвердил, что ждет меня в гости.

Лифт спустился вниз, и из него вышел сам Павел. Выглядел он сегодня вполне прилично. Кивнув охраннику, он подхватил мои сумки и подтолкнул меня к лифту.

– Чего такая сердитая? – спросил он.

Я отмахнулась:

– А, ты же знаешь нашу контору.

Он хмыкнул:

– Чувствую, что скоро мне придется, как честному человеку, жениться на тебе. Не обидно страдать зазря?

Я покосилась на него. Что там Ленка говорила о решительных действиях?

Я дала себе мысленно честное слово, что приготовлю ужин, подпишу бумаги и уеду домой. Антон прав, нечего мужику голову морочить.

Павел расположился с бумагами в столовой, отделенной от кухни широкой аркой.

Я сновала от стола к раковине, на ходу давая ему пояснения.

Сделала целый противень отбивных, свернув каждую рулетом, с грибами, сыром и зеленью, поставила в жарочный шкаф. Нарезала миску салата с куриной грудкой, зеленым луком и свежими огурцами.

– Павел, я для тебя креветок купила, ты их любишь? – спросила я.

– Конечно. А кто же не любит?

– Я и не люблю. Но приготовить могу. Я их отварю и запеку в горшочке. Тут у тебя очень симпатичные горшочки есть, вместо кокотниц.

– Вместо чего? – изумился Павел, появляясь в проеме арки.

Я махнула рукой:

– Это такие штучки маленькие, их в ресторане завертывают в бумагу, чтобы не обжечься. В них запекают грибы, креветок.

– А, типа жульена? – обрадовался Павел. – Давай! Это я знаю. А то придумала кокотниц, и название какое-то неприличное.

Я прыснула.

– Завтра можешь сам разогреть все в микроволновке, будет также вкусно.

Павел сокрушенно вздохнул:

– Вижу, тебе уже надоело сидеть у постели больного и держать его за руку?

– Павел, иди подписывай бумаги, через десять минут ужин будет готов.

В этот момент снизу Павлу позвонили, и он пошел к двери.

Я сняла полотенце с плеча, пристроила его на крючок.

Из прихожей послышались голоса, и на пороге появились Осмоловский и Павел, оба с пакетами в руках.

Вид у меня был вполне домашний, в общем, ситуация совершенно недвусмысленная.

Первым в себя пришел Павел:

– Знакомься, это Геля.

Осмоловский прервал его:

– А мы знакомы. Только сегодня вернулся из Австрии, Лена сказала мне, что ты заболел, и я решил проведать друга. Извини, Павел, что без звонка, нарушил ваши планы.

Я с таким отчаянием посмотрела на Павла, что он вмешался:

– Да, собственно, никаких планов и не было. Геля привезла мне документы на подпись, и, заодно, приготовила ужин. Присаживайся, поужинаем вместе. Готовит она замечательно.