Анна Михалева - Мечты серой мыши

— Можно зайти посмотреть? — тут же оживился Лунин.

— Да, пожалуйста, — великодушно согласилась я. — На нем глянцевая китаянка в красном платье. Все никак не доберусь до нее, чтобы снять с двери.

— Ну, если и вы ничего предположить не можете, то мы и подавно… — развел руками тот, кто писал протокол.

— И что же мне делать?

— Как что? — возмутился Лунин. — Изо всех сил напрягать память! А если что вспомните, позвоните, — он протянул мне визитку.

Я встала, пошла к двери, чувствуя на спине сочувствующие взгляды, а на шее удавку. Ту самую, которую недавно видела на снимке.

— Слушайте, — я развернулась к ним. Почему-то мне очень захотелось остаться в отделении. Ну хотя бы в качестве подозреваемой. Уж очень жутко было на улицу выходить. — А почему вы не думаете, что этого Боккаччо я удушила?

— Хотите сделать признание? — Лунин понимающе кивнул. Сдалось мне его понимание!

— Не то чтобы… Просто интересно.

— А вы уверены, что это не вы убили? — вскинул брови тот, кто теперь уже не писал протокол, а отложил его в сторону. И сдается мне, намеревался выкинуть в корзину, как только за мной захлопнется дверь.

— Я же сказала, что помню: я ушла, когда он спал без всякой удавки. Даже похрапывал. Больше мне память не отказывала.

— Кровь на анализ сдайте. Для следствия. Сегодня, — отрывисто произнес тот, что сидел в углу. — А то, что вы не убивали, говорят показания других свидетелей, которые видели, как вы вошли с господином Боккаччо в отель и поднялись в его комнату. Кстати, по их словам, вы действительно были не в себе. А вышли до того, как в номер к Боккаччо проникли двое официантов из ресторана.

— Что значит «проникли»? Человек имеет право позавтракать в постели.

— Конечно. Только вызов из номера Боккаччо в ресторан не поступал. И к тому же эти официанты, в отличие от вас, превосходно знали, где в коридоре установлены камеры наблюдения, а потому вовремя прикрыли лица салфетками. Так что личности их установить не удалось.

— Это означает, что по Москве ходят как минимум двое непойманных убийц? — выдохнула я и решительно направилась к только что покинутому стулу. — В таком случае я из этого кабинета никуда не пойду!

— Помилуйте! — нервно воскликнул майор Лунин. — Знали бы вы, сколько по нашим улицам непойманных преступников ходит. А если учесть укрывательство от налогов…

— Черта с два! — я плюхнулась на древний стул.

Подо мной что-то жалостливо скрипнуло. В следующее мгновение я уже летела на пол, круша остатки казенной мебели.

На улице я долго стояла в глубоком раздумье. Сначала я задумалась, каким это образом Лунину и его товарищам удалось все-таки выпихнуть меня из здания. Ведь, казалось бы, мужички так себе, словом, не Шварценеггеры, а я упиралась всеми конечностями столь активно, что могла бы претендовать на первый приз в этом виде спорта. Ну, правда, я довольно долго жеманничала в кабинете, похожем на процедурный, где у меня брали кровь из вены. Тянула время изо всех сил, даже разрыдалась, позволив себя успокаивать следственному отделу в полном составе, причем по очереди. И все-таки теперь вот стою и мерзну на улице. Вытурили. Удивительно!

Дракон на пару с матушкой обрывали телефон. Но сейчас мне было не до них. Мои мысли были о моем будущем. Как отдаленном, так и ближайшем. Что касается отдаленного, то я, как все девушки, продолжала мечтать о принце на белом коне, который однажды распахнет дверь моей затхлой квартирки и избавит меня от всех проблем разом. Кстати, нужно бы не забыть сказать ему о тех двух официантах из «Балчуга», которые, как злые разбойники, теперь подкарауливали меня с удавкой. Пусть уж заодно и от них меня избавит, что ему стоит, в конце концов. О ближайших планах на жизнь думать было сложнее и неприятнее. Принца пока не было видно (и напрасно я вглядывалась в безучастные физиономии проходящих мимо особ мужского пола). Они на принцев не тянули, как раз наоборот.

Наблюдая за той поспешностью, с которой они стремились миновать здание окружного отделения милиции, я сделала вывод, что у них не все в порядке в отношениях с законом. А такие принцы мне не нужны. Сама уже по уши в… словом, ничего замечательного в моем положении нет. Ну а раз я в одночасье не встретила благородного принца, необходимо, как, впрочем, и всегда, выбираться из передряги самой.

Первым пунктом моего плана была дорога домой. Я прикинула, что такси, если учесть обстоятельства (а особенно тех рыскающих по Москве официантов-убийц) — транспорт весьма опасный. По этой причине я поплелась к ближайшей станции метро. Однако уже в вагоне я почувствовала себя довольно неуверенно. Особенно когда мужик, сидящий напротив, начал мне многозначительно подмигивать. Наверное, в других условиях я бы расценила его подмигивания как ничего не значащий флирт подвыпившего хулигана (чем, собственно, они и были). Но в тот момент моя спина покрылась холодным потом. Я представила себе этого типа в форме официанта, закрывающего лицо салфеткой. Голова моя закружилась. Не помня себя, я вылетела из вагона на перрон, оставив мужика, да и всех в вагоне, в сильном недоумении.

«Метро на сегодня с меня хватит! — решила я. — В конце концов, если за мной и была слежка, то я от нее оторвалась». Я с пристрастием оглядела перрон. После отхода поезда на нем одиноко стояли две старушки да студент в наушниках, выражавший всем своим видом, что он опоздал, куда только мог, но ему это по барабану. Гордо вскинув голову, я протопала к эскалатору. На улице направилась прямо к проезжей части и смело вскинула руку. «Плевать! — подумала я. — Семи смертям не бывать…» Остановившийся возле меня «жигуленок» неопределенного цвета показался мне абсолютно безопасным. Справедливо рассудив, что официанты, позволяющие себе душить иностранца в «Балчуге», вряд ли сядут за руль подобной развалюхи, я плюхнулась на сиденье. Правда, чтобы уж окончательно удостовериться в том, что мне ничто не угрожает, я потребовала у водителя показать его водительские права.

— Это еще зачем? — возмущенно удивился тот.

— Ох, если я вам расскажу все с начала, вы вряд ли захотите меня везти, — честно призналась я.

— Уж будьте любезны, — усмехнулся он и показательно заглушил мотор.

— Ну, сначала бог создал землю за шесть дней… — монотонно начала я.

— А нельзя немножко поближе к современности?

— Потом была инквизиция. Но самое интересное из всего, что я могу вам рассказать, — это жизнь Генриха VIII и его несчастных жен. Это у меня от зубов отскакивает, можете мне поверить.

— Та-ак, — протянул водитель и завел мотор. — Вам на Потешную?

— С чего вы взяли? — удивилась я.

— Там ближайший отсюда дурдом.

— Нет, но идея мне понравилась, — я успокоилась. Интуиция мне подсказывала, что официант-убийца, будь он хоть сто раз переодет в неопрятного водителя старого «жигуленка», непременно заинтересовался бы жизнеописанием Генриха VIII и его жен. А раз мой шофер отказался прослушать трехчасовую лекцию на эту тему, значит, никакой он не официант-убийца, а обыкновенный московский мужик, желающий подкалымить на бензин.

Он включил радио погромче и покатил прочь от тротуара.

…Остаться в живых, отчаянных сих,Не свой, не чужой, последний герой… —

с хриплой бодростью неслось из колонок.

— Вы что, издеваетесь? — возмутилась я.

— Что опять не так? — в свою очередь, удивился водитель.

— Зачем эту музыку включили?!

— Это не я, это радиостанция, — пояснил он и, опасливо покосившись в мою сторону, пробурчал: — Слава богу, тут нет моего приятеля Стаса. Этот любитель психоанализа враз скрутил бы вас и все-таки отвез на Потешную, тем самым лишив меня законного заработка.

Я молчаливо разделила с ним радость по поводу отсутствия Стаса. Молчала я недолго. На следующем перекрестке я взвизгнула так, что у меня самой уши заложило:

— Стой!

— Н-да. — Водитель воспринял мое поведение с философским спокойствием, — не мой сегодня день…

Тем не менее он остановил автомобиль:

— Что, уже приехали?

— Ага! — Я открыла дверь и щедро сунула ему в руки пятидесятирублевку. — Удивительно!

— Удивительно, что вас так рано выпустили, — гаркнул он мне напоследок и покатил прочь.

Я согласилась с ним, что вела себя, мягко говоря, взбалмошно. Но, в сущности, какая разница. Ведь передо мной сияла огнями вывеска: «Звезды». А я еще в машине вдруг вспомнила слова Лолы, который убеждал меня, что Боккаччо посадил меня в белый «Линкольн» и крикнул водителю: «К звездам!»

Я оглянулась, не нашла на улице ничего подозрительного, никаких фигур, смахивающих на убийц, переодетых в официантов ресторана «Балчуг», а потому вошла в заведение под названием «Звезды».

Заведение оказалось довольно шумным. При первом беглом осмотре я определила, что это довольно дорогой клуб, в котором одновременно располагается ресторан, бар со стриптизом, бильярдная и боулинг. Еще я предположила, что в подвале должны быть сауна и номера. Ну или что-то в этом роде — для окончательного расслабления местных бандитов. Подобные заведения я с детства обходила стороной, отлично заучив мамин урок, что именно они являются рассадниками многих болезней и мужиков, которые как две капли воды похожи на злосчастного Генриха VIII. Меня удивило, что господину Боккаччо удалось затащить меня в подобный вертеп. Скорее всего, ему пришлось нокаутировать меня перед дверью. Сейчас все помещения клуба роились, как взбаламученный улей. Сначала меня здорово пихнули в правый бок, потом поддели под левую лопатку и поволокли в бар, где тонконогая девица в сверкающем купальнике ритмично обвивала стальной шест. Не знаю, чего она хотела посредством этого достичь, но публике ее действия явно нравились. Я с большим трудом высвободилась из толпы, нырнув в дверь туалета.