Ирина Комарова - Покойная жена бывшего мужа

Ознакомительный фрагмент

– Почему бы и нет. – Я завела мотор. – В какую сторону ехать?

Заведение действительно оказалось достойным – порции большими, а цены разумными, – время до встречи с Елизаветой Петровной мы провели, можно сказать, с пользой. А без десяти два поднялись на широкое крыльцо здания областной администрации. Фейсконтроль, бюро пропусков и переговоры с секретаршей не заняли много времени – ровно в два мы открыли дверь кабинета Перевозчиковой.

– Вы? – немного удивилась она, поднимая голову от бумаг. – Что, уже два часа?

Вместо ответа, Гоша указал на большие настенные часы.

– Вы точны. – Елизавета Петровна не хвалила, а констатировала факт. – Одну минуточку. – Она нажала кнопку селектора и попросила: – Аня, кофе, пожалуйста. – Распорядившись, Перевозчикова сложила бумаги в папку и встала. – Я думаю, нам будет удобнее здесь.

В просторной комнате кроме большого рабочего стола имелся круглый низкий столик, окруженный мягкими креслами. К этому «уголку отдыха» и подвела нас Елизавета Петровна:

– Присаживайтесь. Сейчас нам Аня кофе… А вот и она!

В кабинет вплыла секретарша – пухленькая брюнетка моего возраста, без усилия удерживающая на симпатичном округлом личике холодно-равнодушное выражение. Когда я увидела эту Аню в приемной, я подумала, что она старательно копирует ледяную маску своей начальницы. Но почему-то холодность, которая делала красивое лицо Елизаветы Петровны еще более эффектным, не просто портила, а совершенно уничтожала скромную миловидность секретарши.

С ловкостью вышколенной официантки девушка расстелила на столике салфетки и поставила поднос: чашки с кофе, сахарница, вазочка с печеньем. Мы тем временем устроились в мягких креслах, обмениваясь мелкими, ничего не значащими замечаниями. Ждали, пока Аня выйдет.

Наконец дверь за секретаршей закрылась. Елизавета Петровна потерла виски:

– Вы пейте кофе, кофе у нас хороший. И начинайте… задавайте свои вопросы.

Поскольку Гошка уже вовсю хрустел печеньем, я поняла, что разговор снова начинать мне.

– Прежде всего мы хотели бы знать о ваших взаимоотношениях с мужем… – Я взяла чашку, сделала маленький глоток и уточнила: – Точнее, с бывшим мужем и его женой.

Да, я помню, что клиентка первым делом заявила: несмотря на развод, у нее не было оснований травить Перевозчикову номер два. И как клиентке я ей, разумеется, доверяю. Но как сыщик я обязана выяснить и о самой Елизавете Петровне, и об остальных действующих лицах как можно больше.

– Никаких взаимоотношений не было. – Елизавета Петровна положила в чашку сахар и поболтала ложечкой. – С тех пор как муж ушел от меня, я не встречаюсь с ним, не вижу в этом необходимости. Тем более у меня не было никакого желания общаться с этой женщиной.

– Хорошо, не нужно о взаимоотношениях. – У шефа я научилась добиваться своего кроткой вежливостью. – Просто расскажите – о себе, о вашем муже и о его новой жене. Как все началось?

– Ученые говорят, что все началось с «большого взрыва», – неожиданно усмехнулась Елизавета Петровна. – После него появилась наша планета. Об этом рассказывать?

Надо же! А я думала, что у женщины с таким лицом и манерами не может быть чувства юмора. Очко в пользу клиентки!

– Думаю, что возвращаться так далеко нет необходимости. – Гошка тоже посмотрел на Перевозчикову с симпатией. – Расскажите только о том, что нас касается.

– Хорошо. На самом деле история не длинная и не слишком увлекательная. Мы с Олегом поженились сразу после института. Это теперь молодежь не торопится, все хотят встать сначала на ноги, пожить для себя, еще какие-то отговорки придумывают. Как будто семья и дети – это не для себя, а для чужого дяди. А мы поженились, когда были молодыми специалистами, и двух дочерей вырастили, и карьеру сделали.

– Вы дружно жили?

– Наверное. – Она на мгновение прикрыла глаза. – Сейчас я уже не знаю. Мы всегда были очень заняты на работе, но и дома нам было не скучно друг с другом. Вообще-то нас считали образцовой семьей. Мы старались быть вместе, понимаете? Конечно, когда девочки повыходили замуж, дома стало немного пусто, но это естественный ход жизни. Жаль, конечно, что они живут далеко – старшая сейчас в Калининграде, а младшая – в Новосибирске. Между делом в гости не заглянешь. Зато больше времени на работу стало оставаться. Результат – сами видите. Я занимаю серьезную должность в администрации, Олег Борисович тоже сделал достойную карьеру. Несколько лет назад его пригласили работать в один из крупнейших городских банков, в «Аметист». Сначала на должность начальника отдела ценных бумаг, а сейчас он уже в совете директоров.

Елизавета Петровна взяла свой кофе, отпила сразу половину и вернула чашку на поднос.

– Теперь даже смешно вспоминать, – продолжила она без малейших признаков веселья, – как мы радовались тогда его переходу в банк. Кто же знал, что так получится. Эта женщина работала мелким клерком, чуть ли не операционистом. Не знаю, как там все у них началось и сколько времени продолжалось – подробностями я не интересовалась. Служебные романы у меня никогда интереса не вызывали. Скорее у меня к ним что-то такое… – Елизавета Петровна пошевелила пальцами, словно пытаясь на ощупь подобрать подходящее слово. – Что-то вроде брезгливости. Непорядочно это, и по отношению к семье, и вообще. А уж когда меня самой коснулось… Короче, после развода мы с мужем не встречались и жизнью его я не интересовалась. Этот этап для меня закончен, а я не привыкла оглядываться на то, что прошло. Вы меня понимаете?

– Понимаю. – Я действительно понимала ее. – Очевидно, вы были очень удивлены, когда Наташа Перевозчикова пришла к вам.

– Не просто удивлена, я была шокирована. Явилась ко мне, да еще с бутылкой, – о чем она думала?

– Вот с этого момента поподробнее. Припомните, пожалуйста, как все было. Начиная с того, в котором часу она пришла.

– Около семи, точнее не могу сказать. Новости, по крайней мере, еще не начались.

– А что вы делали в тот вечер?

– Работала, разумеется. Мы сейчас готовим проект поправок к Земельному кодексу, и нужно изучить много документов. Я постоянно беру работу на дом.

– Понятно. Значит, вы занимались бумагами, когда в дверь позвонили. И что было дальше?

– Естественно, я открыла дверь. Сначала я подумала, что кто-то дверью ошибся – она с порога бутылку вперед выставила. А потом заявила, что нам необходимо выяснить отношения, и я решила, что это соседка снизу – может, я залила ее случайно. Правда, бутылка меня смутила – непонятно, к чему она в таком случае. А когда поняла, кто пожаловал… разумеется, я ее дальше порога не пустила. Сказала, что мне не о чем с ней разговаривать.

– Почему? Наталья Денисовна ведь к вам с мирными намерениями пришла. С бутылкой.

– Если у меня появится желание выпить, я найду себе более подходящую компанию, чем эта… – Елизавета Петровна встала и подошла к окну. Несколько секунд смотрела на заснеженную улицу, потом повернулась к нам: – А что вы хотите? Это в кино очень любят показывать, как две женщины одного мужчины вместе водку пьют и песни поют. А в жизни так не бывает. Я, по крайней мере, не испытываю никакого желания ни пить с ней, ни петь, ни разговаривать. – Она сделала короткую паузу, потом уточнила: – Не испытывала. И то, что она умерла, ничего не меняет, совершенно.

Я смотрела на Елизавету Петровну и верила ей. Дело даже не в том, что она не была похожа на отравительницу. Нет у них, у отравителей, особых примет, можете мне поверить на слово. Мне приходилось встречаться с любителями подсыпать людям всякую пакость, однажды меня саму очень милый молодой человек чуть на тот свет не отправил. Чисто технически госпожа Перевозчикова могла женщину, которая ее семью разрушила, мышьяком накормить и никаких угрызений совести после этого не испытывать. Но есть логика человеческого поведения. И эта логика говорит, что выгнать назойливую гостью за порог – действие для нашей клиентки вполне естественное. А вот поверить, что Елизавета Петровна села с новой женой своего мужа за стол, что по душам с ней разговаривала и джин пила, – этого я не могу.

Гошка незаметно пнул меня под столом ногой, больно попав по щиколотке: дескать, о чем задумалась? Работать надо!

– Гм. – Я неловко кашлянула. – Насколько я понимаю, разговор ваш был недолгим.

– Минуты две. Ровно на две минуты дольше, чем мне хотелось бы. Эта женщина почему-то никак не могла понять, что я не собираюсь с ней общаться. В результате я просто захлопнула дверь перед ее носом.

– И как она к этому отнеслась? Обиделась?

– Ну-у… – Елизавета Петровна заколебалась на мгновение, но ответила честно: – Я думаю, ей это не понравилось. Она еще немного потопталась под дверью, стучала, кричала что-то, но я не стала подходить. И больше я ее не видела. А через два дня ко мне пришел следователь. – Елизавета Петровна вернулась к столу и снова села в кресло. – Оказывается, от меня она пошла к подруге. И этой подруге рассказала, что была у меня, что мы разговаривали и пили джин.