Наталья Корнилова - Пантера: время делать ставки

Всю первую половину следующего дня я посвятила поискам водителя, который подкинул убитую девушку до нашего двора. Я постаралась сделать это максимально быстро, потому что учитывала аналогичное желание у бандитов, совершивших вчера это убийство. Кто знает, может, они посчитают таксиста за нежелательного свидетеля и быстренько уберут либо запугают его.

К счастью, к тому моменту, как я нашла его, таксист не выглядел ни запуганным, ни тем более мертвым. Шофер, массивный круглоголовый мужик средних лет, в потертой джинсовой куртке, напротив, стал улыбаться и предлагать транспортные услуги. В ответ же на мой главный вопрос он сказал:

— Вчера в десятом часу вечера? Или чуть раньше? Да, я отвозил на Сретенку девушку. Приличная такая. Заплатила очень хорошо.

— Эта? — Я показала фотографию.

— Да вроде бы. Ну да, эта. Она еще всю дорогу молчала, и только одну фразу сказала. То есть две. Первую — это куда ехать, а вторую… это когда она просила музыку выключить.

— Музыку?

— Ну да, — кивнул таксист, — музыку.

Он включил магнитолу, и из расположенных у заднего стекла колонок выбилась унылая мелкоуголовная песенка следующего содержания (или что-то наподобие): «И вот бежит а-аот мусоров, спаса-а-аясь, фррраерр-малолетка-а-а!..»

— Достаточно, — сказала я. — Милый у вас репертуар. А «хвоста» за вашей машиной вы не заметили?

— В смысле, не ехал ли кто за нами?

— Да.

— Да ехали, конечно. Мало ли кто мог за нами ехать!

— К примеру, черный джип?

— А может, и ехал. Разве я всех упомню? А что насчет той девчонки, то, может, за ней поклонники катаются. Ревнуют, а, любезная? — Он хитро подмигнул.

— Может, и так, — сухо сказала я. — Но только вряд ли бы поклонник стал убивать ее двумя выстрелами в упор.

Таксист смешался. Его нижнюю челюсть потянуло вниз. Он провел широкой, как лопата, ладонью по затылку и выговорил:

— Как? Как… вы сказали?

— Примерно через две минуты после того, как вы высадили ее в том дворе на Сретенке, она была убита двумя выстрелами в спину. Теперь понимаете, почему я так интересуюсь?

— Черрт!.. — только и выговорил тот. — Черт! Да у кого же рука-то поднялась? Вот гниды!

— Да, есть немного, — отчетливо произнесла я, — так что теперь вы понимаете, почему я спрашиваю о «хвосте». Ладно, зайдем с другой стороны. Вы въехали во двор по дороге между домами, не так ли?

— Да, — растерянно ответил тот.

— А убийцы въехали через арку. Где вы ее высадили?

— Ну… там дом такой, с первым этажом красного кирпича, старинный… У первого подъезда, значит, этого дома я ее высадил.

«Около ста метров до нашего офиса, — подсчитала я. — Сначала она шла пешком, не видя преследователей, а потом побежала. Но тем не менее они ее настигли…»

— А долго вы стояли после того, как она вышла?

— Так сразу же уехал, — сказал таксист. — Что мне дальше-то там делать? Сразу и поехал. И никакого черного джипа я там не видел.

— Благодарю вас, — кивнула я. — Если что, я вас найду. А если вас найдет кто-то помимо меня, то будьте любезны, позвоните вот по этому телефону.

— А что? — Он чуть понизил голос. — Что-то, вы думаете… может произойти, да?

— Я этого не исключаю. Маловероятно, но — не исключаю. Но вы все-таки не того… Все нормально.

Босс сидел, вцепившись обеими руками в волосы и склонив голову почти до столешницы. Ноутбук был отодвинут почти до самого края стола, и одно неловкое движение могло бы его и столкнуть.

— Что-то новое? — спросила я. — Так быстро?

— Ну… в целом, — пробурчал он, но что-то в его интонациях заставило меня вздрогнуть от зародившегося предчувствия: есть! Есть что-то такое, что подвигло моего босса на глубокое раздумие, что-то взрывное, что-то качественно новое.

Я присела на диван и, сцепив ладони, бросила:

— И что же, Родион Потапович? Есть?

— Есть, — кивнул он. — Не думал, что так быстро. В общем, девушку в самом деле зовут… звали Малич, Инна Владимировна. У ментов в базе данных есть на нее кое-что, достаточно банальное. Сама она из Украины, в Москве, наездами или постоянно, давно, с девяносто седьмого года, хотя самой еще двадцать два. Кстати, измышления нашей несносной соседки, Ариадны Никифоровны, о том, что девушка — проститутка, оказалось, имели под собой некоторую почву, хотя в нашем случае и достаточно условную. В девяносто восьмом году у Инны было два привода за проституцию, в девяносто девятом депортирована из России. Имеет условную судимость за наркотики.

— Вот как! — воскликнула я.

— Так что от образа невинно убиенного агнца, можно сказать, ничего не осталось. Гражданка Малич жила в Москве безо всякого подобия регистрации и временной прописки, более того, она оправдывала свое присутствие в столице очень простым и распространенным способом: каждые три дня меняла железнодорожные билеты. Ведь немосквич имеет право жить в столице без регистрации только три дня.

— Она меняла билеты каждые три дня?

— Или ей меняли. Что тоже вполне вероятно. Малич жила на съемной квартире практически в центре Москвы, на Земляном Валу, с подругой. Ни она, ни подруга не работали, хотя за квартиру ежемесячно отдавалось пятьсот пятьдесят долларов. По наведенным справкам выяснилось, что Малич и подруга почти каждый день были дома — с утра и до вечера. Соседи их не видывали и не слыхивали.

— Продолжала заниматься проституцией?

— Нет, — покачал головой Родион Потапович, — едва ли. По крайней мере, ни в одной из известных эскорт-контор она не состояла, а чтобы жить в такой квартире и поддерживать подобный уровень жизни, нужно неплохо зарабатывать. Очень неплохо.

— А подруга? Ее уже нашли, поговорили с ней?

— Вот тут-то и начинается самое интересное. Подругу, с которой Инна Малич обитала в своей съемной квартире на Земляном Валу, звали Екатерина Деева. Она тоже из Украины, та же история, что и с Инной. Но главное…

— Что?

— Екатерина Деева убита неделю назад в ночном клубе «Эдельвейс». Двумя выстрелами в спину. Чувствуешь?

— Двумя выстрелами в спину? Как она, эта Малич?

— Совершенно верно. Деева номинально состояла на работе в фирме сотовой связи, но она появлялась там всего раза два или три, хотя числится около полугода. Зарплату получала только на бумаге, денег ей никто не давал.

— Деньги шли к ней с другой стороны.

— Предположительно. Но, — босс воздел указательный палец к потолку, — это еще не самое интересное. Помнишь эту надпись на распечатке?..

— Надпись? «Катя, Марина, Петька, следующая буду я, а потом Амалия», — наизусть сказала я. — Конечно, помню. Номер первый в этом перечне Катя — это, я так понимаю, Деева? Вы к этому клоните?

— Не только. Дело в том, что в течение этой недели было зарегистрировано еще несколько смертей, которые я склонен ставить в тот же ряд. Четыре дня назад возле станции метро «ВДНХ» сбита машиной некая Марина Иванникова. Насмерть. Эта молодая женщина, по-моему, ей двадцать пять, родом из Белоруссии, числится инструктором в фитнес-клубе.

— Так, значит… — мрачно произнесла я.

— Теперь далее. Помнишь, я спросил, каким образом в женскую компанию, названную по именам в той надписи, затесался некий Петька. Это — загадка. Если не считать разгадкой следующее происшествие, имевшее место позавчера. За день до убийства Инны Малич. Так вот, от ужасающей дозы героина в своей квартире — на Земляном Валу! — умерла некто Петра Ионеску, уроженка Молдавии, живущая в Москве на съемной квартире без документов, без регистрации, на непонятные деньги. Петра… сокращенно может быть и Петька. Ей — двадцать три, кандидат в мастера спорта по фехтованию. Занималась культуризмом. Вот такие дела, Мария.

— Хорошенькое дельце, — выговорила я. — То есть все эти девушки убиты именно в том порядке, в каком они названы у Малич?

— Совершенно верно. Но и это еще не все! Вот, подойди сюда, Мария, — босс со значительным видом поманил меня пальцем и указал на TFT-матрицу своего ноутбука, проще говоря, на экран. — Гляди. Видишь, я расположил этих девушек в том порядке, в котором они были убиты и в котором, кстати, они и названы у Малич. Вот что получилось: ДЕЕВА Екатерина (из Украины); ИВАННИКОВА Марина (из Белоруссии); ИОНЕСКУ Петра (из Молдавии); МАЛИЧ Инна (из Украины). Не находишь тут никакой последовательности?

— Гм… ну… стоп! — выдохнула я. — Деева, Иван-ни… И-он… Ма-лич! Ну конечно… Фамилии расположены в алфавитном порядке!

— Вот именно, — удовлетворенно подтвердил босс. — Я обратил внимание на то же самое. Это может оказаться и случайностью, а может, и нет. Я пока что не могу утверждать, что убитые женщины были знакомы между собой, но, быть может, вскоре основания так думать появятся.

— Вообще-то убийства в алфавитном порядке — это несколько смахивает на киношные голливудские убийства… «Терминатор» там и все такое, — заметила я.