Правила мести, или Смерть отменяется - Алёна Александровна Комарова

Это чтоб душа не болела по поводу обмана Настасьи Андреевской, лучший друг переключил его на другую проблему — боль в глазу.

Стас прекрасно помнил Марину Плотникову. Хорошая девчонка с интерната. Хорошая, вот только проблемная — связалась она лет в пятнадцать с парнями старшеками, а они ее решили в дело взять. Наобещали горы из золота и серебра. Она и клюнула, мало того что деньгами запахло, так еще и адреналин в купе с жаждой приключений взяли верх. Вот только приключения все больше находились на ее пятую точку.

А промышляли ребята «разводом» дяденек и тетенек, которые очень сильно боялись наказания законом. То кто-то под машину кинется, сделает вид, что дедок его сбил, ногу — руку повредил, ушиб. А пацан орет благим голосом, якобы от боли, и полицией пугает и родителями влиятельными пугает и расправой охранного агентства любимого папочки пугает. Перепуганный дедок все готов отдать, лишь бы не встречаться с папой и мамой ушибленного подростка, а также охраной и полицией. Ну и отдает, естественно, все что в карманах есть.

То товар просроченный в магазин пронесет, потом якобы его из холодильника достала и на кассе, нечаянно, якобы на дату взглянула. И опять по накатанной — пугает полицией, потребительским надзором, любимым папочкой — бизнесменом и мамочкой — депутатом. От писклявой звонкой девчонки откупались звонкой монетой. Ни много ни мало, а пару тысяч с магазинчика выносила. Хозяева магазина понимала, что если приедут все те кого она перечисляла, то штраф окажется раз в сто больше. Выгоднее девчонке дать и выпроводить.

Так и Марина нашла свои приключения. Девчонка она симпатичная, смазливая, ребята ее на амурные дела стали кидать. Охмуряла она дядечек в кафе-баре, до ангелочков в глазах влюбляла в себя и разводила на деньги.

Приводила хорошо выпившего, еле стоявшего на ногах дядьку на съемную квартиру.

Когда дело доходило до кроватных утех, в съемную комнаты врывался, якобы брат Марины, стыдил дядьку в разврате несовершеннолетней, припугивал тюрьмой и так далее. Марина в слезы, вопли и нытье. Резко отрезвевший тут же вспоминал, что в баре их видело много людей, сама девушка делала селфи на телефон, когда они целовались и обнимались. Резко протрезвевший старый развратник тут же старался выкупить снимки и обещание все забыть.

И, кстати, выкупали дорого, потому что никто не хотел связываться с малолеткой.

И вот однажды она попалась, пару дней посидела в обезьяннике. Хорошо, что заведующая интернатом выпросила для нее освобождение, в полиции ее ученик при должности сидел, он вошел в ситуацию и вытянул Маринку из этого гнилого дела. Заведующая по женской солидарности Маринку хорошенечко встряхнула и вставила мозг на место. И в ближайшее время девчонка взялась за ум и вернулась к учебе. Чем очень обрадовала заведующую и друзей, настоящих друзей.

Так они вместе закончили школу.

Встречу выпускников они гуляли не в дорогом кафе на берегу реки. Маришка быстро опьянела, ну не умела она пить, к ней на мягких шатающихся ножках подкатил мужичок и она принялась за старое. Довела пьяного до амурчиков и хочуньчиков и повела в свою квартиру. А мужичок оказался не дядечка с прошлой ее жизни. Такого развести не получится. А если получится, то очень опасно для жизни. А у дядечки кобура под пиджачком. И Марина это заметила только уже поздно делать задний ход. Уходя домой, к себе домой! Она только и успела попросить о помощи друзей.

Стас с другом быстро оценил ситуацию. Но как помочь подруге детства?

Сама Марина уже не ждала помощи и пыталась убедить себя, что ничего дурного с ней не случится, не убьет же он ее. Только вот насилия над ней уже не избежать. Своего желания с ним быть у нее так и не возникло, а то, что он ее конкретно возжелал уже было явным.

И как она не пыталась его напоить, опьянить его сильнее, чем он был, у нее не получалось. Мужик свои силы оценивал адекватно и переусердствовать алкоголем не собирался. Чтоб в постели не опозориться, поэтому не пил, а настаивал на незамедлительных утехах, обниманиях, зажиманиях и придавливания красотку к кровати.

Друзья заскочили в квартиру в тот момент, когда с Марины было стянуто платье, а ее спутник вообще был без штанов.

— ах, ты, шлю… — закричал на нее Стас — я значит, с детьми на даче. Двойняшки орут, спать не хотят, сын уроки не делает, дочка на дискотеку собралась. А ты с каким — то мачо развлекаешься. Что ж ты за мать такая. Мало того, что после каждого своего отъезда на дачу лечу тебя в психушке, мало того что мне приходится с глав врачом постоянно договариваться, чтоб тебя навсегда туда не упекли, хотя по показаниям ты уже два года там лечиться должна. Мало тебе всего этого? Так я еще денег сколько на тебя трачу. А лекарства твои успокаивающие знаешь, сколько стоят? Так ты еще после каждого моего отъезда беременеешь. Я уже точно и не знаю от меня ли все эти дети.

По мере поступления информации от Стаса, желание мужика явно спадало и вяло. Он сполз с кровати, схватил штаны, натянул их, трусы сжал в комок и засунул в карман.

— Вот — он указал на друга — частного детектива нанял, чтоб он за ней присматривал. А он мне звонит, рассказывает как ты с очередным мачо развлекаешься. А потом опять будем по городу бегать и искать папочку очередного ребеночка. Хорошо, хоть алименты платят твои мачо. А вы готовы платить алименты? — спросил он у мужика.

Тот от страха даже не заметил, что рассказ про Марину и ее детей не соответствует и противоречит сам себе.

— я? У меня с ней ничего не было — быстро затараторил он — я ее впервые вижу.

— разве? Мне показалось, что вы уже очень близко знакомы.

— нет-нет. Ничего не было. Честное слово. Зуб даю. Мамой клянусь. Ничего не было. Сегодня только познакомились.

— ну уж нет. Все так говорят. А потом приходится тесты ДНК делать. — Стас не растерялся и решил показать свои медицинские знания — по лабораториям бегать, детишек таскать, слюнки собирать, волосики дергать.

— не, ну не было ничего, Марина подтверди.

— нет уж. С нее спрос малый, она же на учете в психушке стоит. Давайте я с вами разговаривать буду.

— да честное слово ничего не было. Не успел. Давайте я пойду уже — попросил он.

— фамилия.