Убить Гиппократа - Елена Сазанович

паралича. И рядом – живой образ авиаконструктора Аргунова, который чудесным образом выжил при смертельном диагнозе. Крестики – плюсики, детская игра…

– Вы верите? Что медицина до сих пор, с начала Сотворения мира, не способна вылечить все?! – перебил мои воспоминания Склифосовский.

Тембр его голоса стал ярче и скрипучей, словно в него добавили золотой песок…

– Верите ли вы в это? – повторял и повторял Склифосовский, как вития. Как проповедник. Как пророк.

– А почему бы и нет? – в ответ раздался робкий, дрожащий голос Аристида. Словно голос из покорной толпы, молящейся на коленях.

Склифосовский взмахнул руками.

– Вот оно – первое ваше заблуждение! Вера! В ничто, в пустоту! Точнее – безверие! Вы – люди с высшим образованием. Начитанные, умеющие анализировать и сопоставлять. Обладающие биологической и исторической, генетической и географической памятью! Вы на слово верите в то, что пишут, что говорят! И в то – что предлагают в аптеках и больницах! Это по меньшей мере невежество! По большей – самообман, ведущий к халатности. Проще говоря – вы не верите в чудодейственность и всесилие медицинской науки. Самой древней науки на Земле!

– Но мы, в первую очередь, практики. – И вновь дрожащий голос Аристида.

Я давно замечал, что люди робкие, тихие, вдруг неожиданно проявляют себя как заядлые спорщики. Даже если спорят робко и тихо. А споры Чеснока я помнил. Из нас же пока никто не осмелился подать голос.

– Хорошо. Практики, – неожиданно примирительно согласился Склифосовский. И остался доволен своим великодушием. – Пусть так. В таком случае почему же вы как практики не способны хоть раз проанализировать самую простую вещь? Космос… Марс… Юпитер… Вселенная! Их всемогущество и вероятность! Ладно, про эти банальности не буду. Космос слишком далеко. Проще – про земное, родное, бытовое. Компьютеры, смартфоны, беспилотники, бионический глаз… И про это не буду… Да мало ли на что оказалось способным человечество! Вы и без меня все прекрасно знаете… Я коснусь лишь непосредственно интересующего нас вопроса. Человечество способно лечить технику! Лечить компьютеры. Неужели вы думаете, что это легче, чем лечить человека? Учитывая, сколько лет компьютеру – и сколько человеку. Разница несоизмеримая! Опыт несопоставим!

– Но и понятия абсолютно диспарантные, – не выдержал Аристид. – У человека есть мозг.

– Про диспарантность вы поторопились. Вы полагаете, что мозг человеческой особи сложнее устроен, нежели «мозг» компьютера? – В близоруких глазах Склифосовского мелькнуло откровенное злорадство. Словно он ликовал, что человек в принципе – это просто машина. – И не по подобию ли человеческому он устроен? Молчите? И правильно делаете – вы ни черта не понимаете в компьютерах! Вы лечите тело, и не более того. Даже не душу. А всего лишь – тело… Которое, уверяю вас, устроено гораздо проще, чем «тело» компьютера.

Мне казалось, что еще чуть-чуть – и Склифосовский будет сам себе аплодировать. Словно он давным-давно задумал отомстить проклятому человечеству. И наконец ему это стало удаваться.

Я понятия не имел – вмешиваться ли мне в этот более чем странный спор. В конце концов, в основном – все болезни от мозга. Чтобы было понятнее – от души. А вот чего-чего, а души-то у компьютера нет. Плохой врач Склифосовский, если он вообще врач, а не идеолог в чистом виде. Ему бы романы писать.

И все же, я прекрасно понимал, к чему он клонит. Но спорить не хотел. Моя задача более важная – уметь слушать и выслушивать до конца. Чтобы наконец понять – во что здесь играют?.. Именно игра. Самое подходящее слово для этого местечка. С его декорациями, бутафорией, сценическими монологами… Главное – чтобы это не оказалось правдой.

Склифосовский, как и положено, прошелся взад-вперед по подиуму, сложив руки за спиной. Резко остановился. И резко повернулся к молчаливой аудитории.

– Но ведь вы не настолько наивны, господа врачи! И не нужно лукавить! Не настолько наивны и не настолько безгрешны!.. Ой, только не нужно лукавить! Вы как никто прекрасно знаете, что мы… Ну, до сих пор пользуемся мазью Вишневского, изобретенной господином хирургом с одноименной фамилией более девяноста лет тому назад. Кстати, даже точного аналога ей не придумали! А вот производных от нее, что называется – аналогов, разве что менее безопасных – множество! Только называются они по-другому. И цена их тоже другая… В разы выше. И кто, как не вы, выписываете эти аналоги бедненьким пациентам. А желудочные, анальгетические, противовоспалительные аналоги препаратов, придуманных давным-давно? А зубы? Эй, где вы, стоматологи! Неужели и вы не верите, что зубную проблему можно решить единожды и навсегда! А не затягивать ее на всю жизнь!..

Ну, да ладно, довольно. Это разговоры для бедных. Мне вам тут ликбез устраивать нечего. Вы прекрасно все знаете. Возможно, просто уходите от этих знаний. И понимаете, что на свете существуют две вещи, способные приносить самые большие прибыли – медицина и оружие… Вы своими руками, вот этими…

Он вытянул руки перед собой.

– Вот этими руками без малейшего зазрения совести выписываете рецепты на лекарства, которые можно купить в разы дешевле! И лишь своим родственничкам да знакомым советуете правильные, недорогие… Мошенничество, господа врачи, элементарное мошенничество, которым вы и занимаетесь с утра до вечера. Пусть в качестве пешек. Пусть в качестве подчиненных, которым лишь дан приказ. А некоторые даже не гнушаются получать процентики от фармафирм, заключивших с ними единоличные «серые» договора…

На этом мошенничестве и держится нынешняя медицина. На этом процветают фармакологические, фармацевтические и прочие корпорации! И вы, именно вы – не спорите, не топаете ногами, не возмущаетесь. И не устраиваете забастовок! Единственные, кто не имеет право на забастовки – это врачи! Хотя, не спорю, забастовку в своих мыслях вы устраиваете. И получается, что она против больных.

Вы начинаете ненавидеть пациентов и зачастую мстите им. Исподтишка. За свою зарплату, за свою недостойную жизнь. Кто лучше и безнаказанней врача может отомстить?.. А потом идете на сделки. Разве не так? И не вы ли подписываете договоры с аптеками? И не вы ли трусливо молчите на летучках, когда вам диктуют перечень лекарств, необходимых для лечения? Некоторые из которых вообще бессмысленны! Ни холодно, ни жарко. Не помогут, но и не навредят! Ан нет – выписываете! И скажете, ваши руки чисты? Может, вы никого и не убили… Сознательно… Но кошельков, поверьте, опустошили за свою врачебную практику немало.

А потом вы вольно или невольно включаетесь в эксперименты. Например, по вакцинации. И в первую очередь – на детях при их вакцинации! И никаких противопоказаний!.. Бедные детишки!.. Это старо как мир. Это все называется: «человек