Дьявол из Огайо - Дарья Полатин

от костра, и я не слышала и не видела других людей с вечеринки. Деревья начали редеть, и вдалеке показалась дорога, на которой стояла пожарная машина.

О нет, нет, нет, нет. Каждый, кто смотрел фильмы ужасов, знает, что нельзя находиться в машине вместе с похитителем. Это равносильно верной смерти.

Паника заставила мой мозг работать втрое быстрее. Неужели они устроили этот пожар, чтобы в суматохе выкрасть Мэй? Что они будут делать, когда поймут, что вместо нее им досталась я?

Я не могла ждать, чтобы узнать это. Я пыталась высвободиться из сильных рук мужчины, но чем больше я старалась, тем крепче становилась его хватка.

– Отпустите меня! – закричала я, изо всех сил сопротивляясь.

Добравшись до пожарной машины, он поволок меня к передней части автомобиля и затолкал в кабину с пассажирской стороны.

– Ой! – вскрикнула я, ударившись головой о руль на стороне водителя. Мужчина протянул руку и затолкал меня еще глубже. Рукав его рубашки задрался, и я увидела на его бицепсе татуировку – пентаграмму.

Он надавил на мои ноги, чтобы закрыть дверь и запереть меня в ловушке, но я брыкалась, отпихивая его от себя.

– Нет! Я не она! – закричала я.

Я нацелилась ногой ему в переносицу. Айзек как-то сказал мне, что это одно из самых уязвимых мест на человеческом теле. Но попытка не удалась. Мужчина ударил дверцей по моей ноге, захлопнув кабину.

Я оказалась в ловушке внутри. Нужно было выбираться.

Со всей возможной быстротой я переползла через сиденье на водительскую сторону и протянула руку к двери. Через лобовое стекло я видела, как он обходит грузовик спереди. Это было рискованно, но у меня промелькнула мысль.

Подождать, пока он доберется до водительской двери…

БАЦ!

Я с силой ударила его дверью в грудь. Удар скорее ошеломил, чем травмировал его, но это был мой шанс.

Я выскочила из машины и помчалась прочь, не смея оглянуться. Я знала, что у меня есть несколько секунд преимущества перед ним, и помчалась через лес. Сердце билось так быстро, что я едва не теряла сознание.

Но я заставляла себя бежать быстрее.

Быстрее.

Спасаясь от смерти.

Я мчалась по просеке, ориентируясь на любой звук и свет, которые могла различить. Наконец я увидела поляну, где раньше горел костер, и попятилась назад, с трудом переводя дыхание.

Вдохнув воздух, я осмотрелась. Все столпились вокруг уже погасшего костра, и на месте происшествия работали пожарные – настоящие, местные пожарные.

Никого в форме из Тисдейла. Должно быть, они сбежали, не сумев получить то, за чем пришли.

Мэй/меня.

– Джулс! – Мэй заметила меня и бросилась навстречу. – Мы потеряли тебя из виду. Ты в порядке?

– Нет! – Я в ярости отпрянула назад. Несколько голов повернулись к нам. – Я не в порядке!

Мэй попыталась успокоить меня.

– Все хорошо. Огонь уже потушен, и Себастьян собирается отвезти нас домой, – ворковала она.

Я оттащила Мэй в сторону, подальше от других трясущихся посетителей вечеринки.

– Какого черта? – шепотом закричала я.

Мэй уставилась на меня, широко раскрыв зеленые глаза.

– Что такое?

– Твои жуткие сектанты пришли за тобой, но приняли меня за тебя и попытались похитить!

Лицо Мэй побледнело.

– Нет… – это было все, что она смогла выдавить.

– А все потому, что ты скопировала мой дурацкий костюм! – обвиняюще заявила я. Все мое тело пульсировало от ярости, или боли, или и того, и другого. – Ты только и делаешь, что портишь мне жизнь! – кричала я, не в силах сдержаться.

– Джулс, прости меня, – шептала она, обхватив себя руками. – Мне так жаль…

– Я расскажу родителям, и они отправят тебя в приемную семью, или обратно в Тисдейл, или еще куда – мне все равно! Я просто хочу, чтобы ты исчезла из моей гребаной жизни!

Мэй схватила меня за руку.

– Пожалуйста, не говори родителям! Если меня отправят обратно, меня накажут!

– Вот и хорошо! Ты это заслужила! – прошипела я. В тот момент мне было уже все равно, что с ней сделают. Я хотела, чтобы она исчезла.

– Пожалуйста, Джулс, – умоляла она. – Мне нужно остаться с тобой и твоей семьей, чтобы быть в безопасности. Разве ты не понимаешь этого?

Я повернулась к черным угольям костра, стараясь не обращать внимания на то, о чем она меня просит.

– Разве ты не понимаешь, Джулс? – Она приложила руку к моей щеке, заставляя посмотреть на нее. – Пожалуйста, Джулс. Ты моя подруга! Мне нужна твоя помощь. Ты не можешь рассказать родителям, мне нужно оставаться в безопасности!

Ее зеленые глаза молили о прощении.

– Ты должна спасти меня, Джулс!

Часть третья

Казалось, было предопределено, что я останусь верным избранному мною кошмару.

Джозеф Конрад. Сердце тьмы

Глава 39

ДЗ-З-З-З-ЗЫНЬ!

Нам не разрешалось пользоваться мобильными телефонами за столом, но кто-то забыл выключить свой.

Мэй с надеждой посмотрела на определитель номера, потом на маму.

Мы не должны были «баловаться с техникой» во время еды, и Мэй это знала, но мама только кивнула, поедая лосося, в то время как Даниэль тараторила во всеуслышание о «сценической работе», которой она занималась на репетициях.

Мэй улыбнулась и ответила на звонок, отойдя от стола.

Я молчала. Я часто так делала в последнюю неделю после Хэллоуина. Попытка похищения в лесу все еще приводила меня в ужас. По ночам, когда я засыпала, мне чудилось, что я качаюсь вверх-вниз, а тело сжимает плотная хватка. Я даже начала запирать на ночь дверь в нашу с Дани комнату. Сегодня утром Дани пожаловалась на запертую дверь, и я попыталась сказать ей, что секта может охотиться за Мэй, но она посмотрела на меня как на сумасшедшую и закатила глаза.

Я не знала, что делать. Я понимала, что не могу обречь Мэй на возвращение в секту, но я не могла и промолчать о том, что произошло. Это было слишком опасно.

В воскресенье – на следующий день после вечеринки в честь Хэллоуина – Мэй снова учила Дани ездить на лошади, и я отправилась в гараж, чтобы найти папу.

Он разбирал старый ящик с инструментами.

– Папа? Можно с тобой кое о чем поговорить?

Он повернулся ко мне. Я заметила, что его глаза немного опухли. Он плакал?

– Конечно, Горошинка, – согласился он, вытирая глаза. – Почему бы нам не прогуляться? Здесь немного пыльно.

Мы с папой шли по нашей усаженной деревьями улице к главной дороге. В немногочисленных домах, разбросанных вдоль тротуара, все еще висели хэллоуинские декорации – фонари и привидения. Я была уверена, что скоро