Джоанна Флюк - Убийство в сливочной глазури

Ханна задумалась. Весь город сейчас готовится к празднованию Хэллоуина, так что сегодня у них вряд ли будет много посетителей. Поэтому вдвоем им здесь делать нечего. К тому же Лайза очень хотела поскорее попасть в досуговый центр, чтобы помочь отцу и другим старикам украсить зал к началу праздника.

— Лайза, тебе пора, — сказала Ханна, заворачивая Лайзе с собой шесть кексов. — Снимай фартук и проваливай.

Лайза тут же все поняла и улыбнулась.

— Выгоняешь меня, значит?

— Выгоняю. Не понимаю, почему мы должны сидеть тут вдвоем и подыхать от скуки. Тем более что мне и так нужно остаться, чтобы позвонить сестре.

— Ну, если ты настаиваешь…

— Настаиваю, — сказала Ханна. — Иди, помоги отцу развесить украшения.

— Уже бегу. — Лайза взяла свою коробку с кексами. Вид у нее был очень довольный. — Хочешь, я заодно отвезу печенье к празднику?

— Я сама отвезу. Все равно мне подвозить Трейси. Если возьмешь его с собой, дети все слопают еще до начала праздника.

— Хорошо. До встречи, Ханна. Я буду Кошкой с переломанным хвостом, а Херб — Сортиром.

— Сортиром?! — переспросила Ханна, думая, что плохо расслышала.

— Ага, Деревенским Сортиром. Он сделал костюм из большой картонной коробки. Прорезал в ней отверстия для головы и рук. А еще одна коробка надевается прямо на голову, и на нее он приклеил игрушечного петуха.

Ханна попыталась все это представить, но выходило как-то смутно.

— Как он видит, если у него на голове коробка?

— Он прорезал в ней отверстия в виде луны и звезд. На настоящих сортирах их делают для вентиляции. Но это не самое главное.

— А что же? — с некоторой опаской спросила Ханна.

— Он сделал так, что дверь может открываться. И когда мы будем танцевать, я открою дверь и зайду внутрь. Правда здорово, Ханна? Думаю, он выиграет конкурс на лучший костюм.

— Будет здорово, — сказала Ханна, махнув Лайзе на прощание. Костюм Херба, даже если не признают лучшим, наверняка назовут самым странным.

Ханна посмотрела в окно и вздохнула. Четыре часа дня, а в кафе сидел один-единственный посетитель, Фредди Сойер. Доктор Найт сделал заказ на пятьдесят праздничных печений, и Фредди, переодевшись в Супермена, будет раздавать их медсестрам и больным.

За окном пробежала сибирская лайка. Ханна решила посмотреть, кто ее хозяин. Поводок был очень длинный, и она подумала, что это такой розыгрыш в честь Хэллоуина. Затем появилась цепляющаяся за поводок Элинор Кокс и помахала Ханне. Ханна помахала в ответ — и это единственное, что произошло за пятнадцать минут.

Никогда еще время не ползло так медленно. Ханна решила закончить с подсчетом птиц на большой сосне и придумать себе какое-нибудь дело. В прошлый раз она не смогла дозвониться Беатрис, чтобы позвать ее отведать кексов. Может, сейчас Беатрис вернулась?

После десяти гудков Ханна нажала «отбой» и набрала номер сестры. Раз дозвониться до Беатрис ей не судьба, то, может, больше повезет с Мишель. В трубке раздался гудок, потом еще, а потом телефон ответил голосом Мишель.

— Мишель! — воскликнула Ханна, еще не веря своей удаче. — Наконец-то я тебя застала.

— Привет, Ханна. А что такое?

— Видишь ли, нигде не могу найти Лонни.

Повисла долгая пауза. Затем Мишель осторожно спросила:

— А зачем он тебе?

— Я нашла его рапорт в портфеле шерифа Гранта, и, мне кажется, он напрямую связан с убийством.

— Каким еще убийством?!

Ханна опешила. Неужели Мишель не знает про убийство?

— Ты ведь слышала про шерифа Гранта?

— Что я должна была слышать?

— Его убили в прошлый понедельник вечером. Ударили по голове и засунули в мусорный бак возле парковки Джордан. Я его нашла, когда ходила выбрасывать мусор после занятий.

Мишель сглотнула так громко, что было слышно по телефону.

— Какой кошмар! В прошлый понедельник вечером?

— Да. Майк отстранил Билла от дел, потому что он был под подозрением, но мы смогли доказать его алиби.

— Поверить не могу. — Мишель шумно вздохнула. — От вас до меня не больше ста миль, и хоть бы кто-нибудь удосужился мне рассказать! Ты ничего не забыла?

— Только одно. Доктор Найт прописал Андреа постельный режим, она лежит дома, держит ноги повыше и, кажется, понемногу сходит с ума.

— Бред какой-то, Ханна. Вчера вечером звонила мама и ни о чем даже не заикнулась! Просто спросила, не знаю ли я, где Лонни, а когда я ответила, что не знаю, повесила трубку.

— Прости, Мишель. — Ханна почувствовала себя виноватой за то, что не сообщила сестре новости раньше. — Надо было тебе позвонить, но я решила, что ты и так все знаешь. Не пойму, как ты могла такое пропустить? По-моему, убийство шерифа — крупное событие.

— Э… конечно, крупное. Просто я сама немного не в курсе того, что происходит. Последнее время было много дел… ну… учеба, сама понимаешь.

— Понимаю, — сказала Ханна, не поверив ни единому слову. Мишель явно что-то скрывала, а точнее, кого-то — в этом Ханна была абсолютно уверена. — Мишель, брось эти кошки-мышки. Позови Лонни к телефону. Мне нужно узнать про этот рапорт.

— Лонни? Кхм… а с чего ты решила, что Лонни у меня? Я же вчера ясно сказала маме, что его даже не видела.

Ханна вздохнула.

— Но я-то не мама. Мишель, дай мне с ним поговорить. Я никому не расскажу, что вы были вместе.

— А мы и не вместе. Дом очень просторный, в нем полно комнат.

— Конечно, как же иначе, — сказала Ханна, чуть-чуть улыбаясь.

— Честное слово. Мы вовсе не живем в одной комнате и все такое. Просто я не хотела, чтобы об этом знали мама с Андреа. Они бы не поняли.

— Ну а как же Радж? — спросила Ханна. Это было прозвище Роджера Аллена Дженсена, студента, с которым Мишель встречалась, когда в прошлый раз приезжала домой на каникулы. — Он понял?

— Радж? Это же было сто лет назад. Мы расстались, как только я вернулась в колледж. Не могла больше терпеть его наглые замашки.

— Ну что ж, расстались, так расстались, — сказала Ханна и вспомнила, как Радж назвал жизнь Мишель в Лейк-Иден «живописной и эксцентричной».

— Подожди, я позову Лонни. Только скажи ему помягче. Мы все время были вместе, и он тоже про убийство ничего не знает.

Глава 28

— Привет, Ханна, — поздоровался Лонни. Голос у него был немного виноватый. Ханна надеялась, что он смущен оттого, что никому не сообщил, куда едет, а не из-за чего-то другого. — Миш сказала, что ты хочешь сообщить нечто важное.

Миш? Брови у Ханны полезли со лба на затылок. Мишель ненавидела, когда ее называли Миш. Она лично призналась Ханне, что от этого чувствует себя дрессированной медведицей.

— Кхм… да, у меня кое-какие важные новости, — сказала Ханна, пытаясь сообразить, почему Лонни называет Мишель прозвищем, которое ей не нравится. — Честно говоря, Лонни, плохие новости.

— С моими все в порядке? — быстро спросил Лонни, не успела Ханна продолжить.

— Да, в полном порядке, вся семья, — заверила его Ханна. — Все жители Лейк-Иден в полном порядке, если не считать шерифа Гранта.

Стоило Ханне произнести эти слова, как она об этом пожалела. Никто не заподозрил бы Ханну в тактичности.

— А что случилось с шерифом? — спросил Лонни. Ханна была уверена, что так он и спросит.

— Он умер, — сказала Ханна, решая вывалить все сразу, а потом уже разбираться с последствиями. — Его убили в прошлый понедельник вечером.

Последовала долгая пауза, такая долгая, что Ханна даже подумала, не свалился ли Лонни в обморок. Наконец в трубке послышался вздох, и Лонни кашлянул.

— Ужасно, — сказал он дрожащим голосом. — Билл и Майк хотят, чтобы я вернулся?

— Не знаю. Если считаешь, что тебе лучше вернуться, можешь сам им об этом сообщить. Сейчас обязанности шерифа исполняет Майк. Скажешь, что был не в курсе и только сейчас узнал все новости.

— Хорошая мысль, — теперь голос Лонни звучал гораздо бодрее. — Они кого-нибудь подозревают?

— Не знаю. Если и подозревают, то мне об этом не говорят.

— Ну да, конечно. Ты, наверное, вне себя от злости?

— Да как сказать? Тухлые яйца им в окна я еще не швыряла. — Ханна пожала плечами, хотя Лонни и не мог этого видеть. — Конечно, хотелось бы, чтобы мне позволили участвовать в расследовании, но с таким же успехом можно надеяться на снег в августе.

— Нет, я не про Билла с Майком. Я хотел спросить, злишься ли ты на меня.

— А. — Ханна замолчала на несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. — Из-за того, что ты проводишь отпуск с Мишель?

Лонни нервно сглотнул.

— Э… да. Из-за этого.

— Нет, не злюсь, — Ханна вспомнила свою собственную жизнь в колледже и улыбнулась. Так хотелось размять крылья и попробовать полетать самостоятельно. Мишель сейчас была явно занята тем же. — Надеюсь только, что она из-за тебя не пропускает занятия. Мишель всегда очень переживает из-за оценок.