Стенли Морган - Оле, Мальорка !

- Тебя никогда не купала японка? И не делала тебе массаж?

- Нет, - судорожно сглотнул я.

Она приблизилась ко мне вплотную и взялась за лацканы моего пиджака.

- Обещаю тебе, что ты получишь огромное удовольствие.

Стянув с меня пиджак, она принялась за рубашку.

- Хорошо, - проквакал я.

- Искупав тебя в горячей ванне, - а сначала я тебя тщательно вымою, я вытру тебя насухо, уложу на подушки и начну массировать... Сзади и спереди, сверху и снизу - и не только руками, но и ногами... - Говоря, она стащила с меня брюки... и трусы! - А к тому времени, как я закончу, - она сбросила лифчик, - ты станешь легче воздуха и крепче быка... - О, боже, она избавилась от трусиков! До чего она великолепна! - ... и твоя сила для любви с женщиной удесятерится. Пойдем... в бассейн!

Я погрузился в горячую воду и сел; вода доставала мне до шеи. Пах взяла с подноса несколько пузырьков и вылила в воду какие-то удивительно благоухающие жидкости.

- Виски? - спросила она.

- Да... пожалуйста.

Она наполнила стаканы, добавила чуть-чуть содовой и присоединилась ко мне.

- Твое здоровье, - провозгласил я.

Пригубив свой стаканчик, Пах поставила его на край бассейна, взяла огромную пышную губку, пропитала её необыкновенно душистым мылом и, взбив целый холм ароматной пены, подступила ко мне.

- Встань, пожалуйста, - тихо попросила она. - Мы начинаем.

* * *

Домой я приполз в понедельник утром, в десять минут восьмого. Я почти уверен, что я - самый чистый парень в мире. И уж наверняка - самый усталый. Уф, ну и дела.

Зато, как сказал Патрик, когда наконец снова обрел дар речи:

- Поделом тебе, старый развратник. Будешь знать, как лазить в чужой Пах.

Глава десятая

Что ж, описанные события случились примерно неделю назад. Сегодня суббота - эта суббота, - а памятная вечеринка у Оньона, начавшись в прошлую субботу, завершилась для меня утром в понедельник. А вот за всю прошедшую неделю не случилось ровным счетом ничего.

Или почти ничего.

Я получил письмо от Донны - помните мою шведскую пташку? Судя по тону письма, настроение у неё стало чуть лучше, чем в день отъезда. Ученик из её шведа-любовника получился неважный; во всяком случае, любовную технику Рассела Тобина он осваивал крайне медленно. Но личный рекорд у него уже вырос и составил целых пятнадцать минут. Донна спросила, может ли она заехать ко мне на недельку в конце сезона, чтобы пройти повторный курс обучения, или я буду слишком занят. Я написал в ответ, что в Пальма-Нове ей всегда рады, а в случае её приезда я брошу все - почти все, - чтобы освежить и закрепить пройденное. Вот так-то!

Что еще? Да, Элла и Дорис прислали мне очень милые открытки. По словам Эллы, она пыталась убедить владельца местной рыбной лавки готовить по субботам паэлью, но тот пока не поддавался на уговоры.

Дорис - лапочка - поведала, что стала брать уроки фламенко, надеясь, что зажигательный испанский танец поможет ей сбросить пару сотен фунтов.

А вот Вилли Рэндалл как в воду канул. Должно быть, ещё не осознал, бедолага, что вернулся домой.

Я пока ещё не решил, чем займусь в ноябре, по окончании сезона. Мне до сих пор трудно осознать, что я могу запросто купить билеты в Гонконг, Париж, Москву или Рим, а, прилетев туда, ещё сорить деньгами направо и налево. Как бы то ни было, я твердо решил, что торопиться не стану.

Ой, извините, кто-то звонит в дверь. Уже семь вечера - значит, это Патрик. Вы только не подумайте чего лишнего, хотя я вас отлично понимаю. Да, как-никак, сегодня субботний вечер и все такое. Нет, сегодня мы с Тони и Патриком решили потрудиться на благо общества.

Дело в том, что этим утром в Пальме открылся международный конгресс фармакологов и косметологов, которые собрались обсудить проблему влияния загара на человеческую кожу. Поскольку львиная доля съехавшихся ученых женщины и довольно молодые, - Патрик, проявив чисто ирландское благородство, согласился пожертвовать своим и нашими с Тони туловищами ради науки. Словом, мы уговорились предоставить свои тела на всю неделю в полное распоряжение троим самым хорошеньким и молоденьким ученым дамам.

Работа нам предстоит довольно тяжелая и утомительная - целую неделю мы должны плавать на яхте, купаться и загорать в компании жриц науки. Кстати говоря, все они француженки, с измерениями примерно: 86-61-86.

Опять этот треклятый звонок. Придется, пожалуй, отсоединить его, пока я не начал заикаться. Ладно, я побежал. Мы с вами ещё встретимся.

- Слышу, Патрик! Бегу, не трезвонь больше.

Стоит появиться приличной бабенке, и этот парень словно дуреет. Как будто три месяца не видел женщину.

Я открываю дверь. Ну, ясное дело - Патрик.

- Мы опаздываем! - кричу я. - А ещё за Тони заходить.

И мчусь вниз, сломя голову. Он орет мне вслед:

- Куда ты несешься, как наскипидаренный козел? Времени ещё полно. Можно подумать, что ты три месяца не видел женщину!

Терпеть не могу ирландцев - вечно все переворачивают.

- Патрик?

- Что, старина?

- Как сказать по-французски: "если ты снова прикоснешься ко мне своим микроскопчиком, я закричу"?

Оле!