Тонущая женщина - Робин Хардинг

лоб подушечками указательных пальцев, надеясь, что головная боль спровоцирована химическим запахом, хотя более вероятно, что это реакция на стресс, страх и горе. Только скорблю я не о смерти Картера Самнера. Меня печалит кончина Джесси Томаса – человека, которого никогда не существовало.

Мой автомобиль спрятан за мусорным контейнером позади кегельбана, – чтобы не бросался в глаза, если вдруг полиция – или еще кто-то – будет меня разыскивать. Рюкзак с одеждой и туалетными принадлежностями, а также холщовую сумку со своими главными сокровищами – новым паспортом, деньгами и блокнотом Джесси – я приволокла в номер. Когда иду в душ, сумку беру с собой в ванную, чтобы она не оставалась без присмотра.

На ванне имеются следы ржавчины, но напор воды хороший. Я стою под душем, надеясь, что вода смоет тревогу и смятение, стискивающие мою голову, словно клещами. Завтра, надеюсь, кое-что прояснится, ведь завтра я побеседую с Шоном Самнером – бывшим заключенным, зарегистрированным в Управлении исправительных учреждений под номером 62124.

До сего дня мне не случалось разыскивать бывших заключенных. На то не было причин. Оказалось, это гораздо легче, чем я думала. У Управления исправительных учреждений штата Вашингтон весьма обстоятельный информативный сайт. Я ввела в поисковой строке «Шон Самнер» – и получила все необходимые сведения. Щелкнешь по названию тюрьмы или исправительного учреждения, и вот тебе, пожалуйста, адрес и карта. Рядом с именем каждого заключенного ссылка: Зарегистрируйтесь, чтобы получить уведомление об освобождении. У меня по телу пробежал мороз.

Дональд и Санни Фрайер тоже получили предупреждение о том, что Джесси выпустили из тюрьмы? Они наняли охрану и жили в страхе, что он отомстит им? А теперь и их второй обидчик тоже на свободе. Шон Самнер получил статус бесконвойного, отбывает трудовую повинность, живет в центре реабилитации для бывших заключенных на двадцать мест в Беллингхеме. Ни решеток. Ни замков. Ни охранников.

Закрыв кран, я вытираюсь истончившимся полотенцем, еще одним обматываю мокрую голову. Я так долго спала в одежде, что, надев чистую, пусть и неглаженую футболку и свежее белье, млею от блаженства. Сняв с постели покрывало, я забираюсь под застиранные простыни. По крайнее мере, это настоящая кровать. Но спать я не буду. Завтра слишком важный день. Да и не уверена, что здесь я в полной безопасности. Что никто не ворвется ко мне, выбив дверь. Но в машине я ночевать не могу. Ножа-то у меня теперь нет.

Я достаю из холщовой сумки блокнот Джесси, отцепляю от обложки ручку. С тех пор как я прихватила «молескин» из квартиры любовника, мне не терпится его полистать. Найти подсказки, которые помогут понять, кем на самом деле был Джесси и за что его убили. Я сажусь в постели по-турецки и открываю блокнот на коленях.

На первой странице сверху имя:

Стивен

Ниже – набор букв и цифр:

Три

Р 3 × 6 – 8, 25

Г 3 × 8 – 10, 25

Би

ПБ 3 × 8 – 10, 25

Плечи

Это планы тренировок – комплексы упражнений, количество повторений, объем поднимаемых тяжестей – для его клиентов. Они занимают множество страниц. Я открываю страницу, где сверху стоит «Х». Хейзел? Похоже, если судить по плану тренировки. Легкий вес, повторы, акцент на укрепление ягодиц и пресса.

Я уже собираюсь отшвырнуть блокнот и вдруг замечаю кое-что любопытное. В верхнем углу страницы мелким почерком записано: «206». Это код Сиэтла. Я листаю блокнот, высматривая другие цифры. Через несколько страниц нахожу еще четыре, записанные тем же четким почерком. А потом, на внутренней стороне задней обложки, – еще три.

Это номер телефона. Не иначе. Джесси побоялся поместить его в контакты своего мобильника и не захотел записывать целиком – вдруг чужие глаза увидят. Но код города его выдал. Если я позвоню по этому номеру, кто мне ответит? Это не телефон Хейзел. Кому звонил Джесси?

Я хватаю трубку гостиничного телефона, набираю «*67», чтобы не определился номер. Во рту пересохло, в висках стучит. Идет вызов. Один гудок. Два. Три. И вот на четвертый…

– Алло? – Голос мужской – густой, спокойный. Меня пробирает дрожь. Что сказать? Спросить, с кем я говорю? Притвориться, будто ошиблась номером? Но прежде, чем я успеваю что-то придумать, мужчина сам ко мне обращается: – Ли? Это вы? – Тон невозмутимый, невыразительный.

Трубка выскальзывает из моей руки, я цепенею от страха. Кому я позвонила? Откуда этот человек меня знает?

– Скажите, где вы… – доносится до меня голос из трубки, которую я теперь прижимаю к груди.

Я кладу ее на рычаг.

Глава 42

О лобовое стекло разбиваются дождевые капли. Свет фар отскакивает от луж на тротуаре, слепя мне глаза. Скоро поднимется весеннее солнце, но пока темно. Автостраду освещают уличные фонари и фары машин других людей, выехавших на работу. Я выселилась из мотеля, в спешке позабыв забрать стодолларовую купюру. Мне нужно найти Шона Самнера. А потом успеть на самолет.

Я еду на север, направляясь в Беллингхем. Этот небольшой город расположен у канадской границы, от Сиэтла до него ехать полтора часа. Центр реабилитации, в котором проживают двадцать человек, размещается в старинном особняке на краю города. Все они стараются заново выстроить свою жизнь, разрушенную совершенными ими преступлениями. К их услугам службы поддержки: психологи, помогающие избавиться от наркотической и алкогольной зависимости, программы по освоению профессий, занятия по управлению гневом… но работу и в конечном итоге жилье они должны будут найти сами.

Восходит солнце, поток транспорта на городских улицах редеет. Я подъезжаю к придорожному кафе. Нервничаю. Из машины выходить боязно, вдруг за мной следят. Но моему организму требуется кофеин и сытная еда. Минувшим вечером мой ужин состоял из чипсов, купленных в торговом автомате, и в животе у меня урчит от голода. Я заказываю большой стакан кофе с сэндвичем и подхожу к окошку, из которого выдают заказ. Пока жду, думаю о человеке, который ответил на мой звонок. Ему известно мое имя, он спросил, где я нахожусь. Теперь я точно знаю, что мне грозит опасность. Сомневаться не приходится. Тогда зачем я, подвергая себя риску, еду на встречу с братом Джесси? Что надеюсь выяснить?

В голове сумбур – от беспокойства и недосыпа, – но я пытаюсь найти объяснение своей поездке. Возможно, на север меня толкает природное любопытство, потребность побольше узнать о мужчине, с которым я встречалась. Который заставил меня поверить, что он честный, порядочный человек. Которому я была не безразлична. Который наверняка спал