Месть легких денег - Наталия Николаевна Антонова

следователь Наполеонов уже отбыл на работу, а Мирослава и Дон спустились вниз к завтраку, Морис пожелал обоим доброго утра, а потом сообщил:

– Наполеонов уехал в самом мрачном настроении.

– Неужели утро не оказалось мудренее вечера? – пошутила Мирослава.

– Для Шуры не оказалось, – ответил Миндаугас и, не удержавшись, проговорил с лёгким укором в голосе: – И в этом есть ваша вина.

– Моя? – Детектив сделала вид, что удивилась.

– Конечно! Почему вы ничего не сказали ему о Татьяне Арзамасовой, племяннице убитой?

– А что, должна была?

– Он же ваш друг!

– И что? Кто-то там из древних говаривал: «Ты Платон мне друг, но истина дороже».

– Ну вот!

– Ты что, не согласен?

– Нет! – решительно заявил Морис.

– Почему? – с интересом спросила Мирослава.

– Потому что никто в мире не знает, что есть истина!

– Ну да, – согласилась она охотно, – мы не боги, и нам свойственно заблуждаться.

– Вы должны были сказать Шуре о наличии у Реваковой племянницы.

– Не должна, – лениво отозвалась Мирослава и пояснила: – Наполеонов – следователь, ведущий это дело, и он должен был сам вытащить из Чулковой всю возможную информацию по делу, а не оды в честь неё писать.

– Одно другому не мешает, – попытался заступиться за друга Морис.

– И потом, если ты хорошенько вникнешь в ситуацию, то поймёшь, что не следует подставлять невинного человека под удар правосудия, даже если главную роль в нём играет твой друг. А уж зная нрав Шуры, прежде, чем бросить на кого-то тень подозрения, нужно сто раз подумать.

– Вы настолько уверены, что Арзамасова не при делах? – усмехнулся Морис.

– Да.

– Представляю себе…

– Валяный сапог к носу, – перебила она его, не скрывая сарказма.

– Зачем? – растерялся он.

– Что зачем? – сделала она вид, что не понимает его вопроса.

– Зачем валяный сапог к носу представлять?! – Морис начал сердиться.

– Чтобы легче было валять дурака!

– Какого ещё дурака?

– Того, который первым под руку попадётся! – отрезала она.

Морис опомнился и сбавил обороты. Ссориться с ней не входило в его планы. А переубедить её было очень непросто, тем более если она имела серьёзные основания быть уверенной в своей правоте.

– Хорошо, – сказал он, – Кукушкина мы пытаемся обелить в глазах следствия, Арзамасова у вас вне подозрения.

Она удовлетворённо кивнула.

– И кто же у вас остаётся?

– Интуиция подсказывает мне… – начала Мирослава.

Морис закатил глаза, но тем не менее она продолжила:

– …что для того, чтобы раскрыть убийство Реваковой, нам нужно найти её сына.

– Вы верите в то, что сын убил мать?

– Вопрос веры не ко мне, – ответила она, – однако в жизни бывает всё. И если даже сын Реваковой не является убийцей или заказчиком убийства процентщицы, всё равно ниточка, за которую мы должны потянуть, находится в его окружении.

– В таком случае, – вздохнув, предложил Морис, – может быть, нам лучше начать с поисков его отца? Я имел в виду бывшего мужа Лидии Ильиничны.

– А что, есть какие-то идеи на этот счёт?

– Возможно, – уклончиво ответил он, – но я пока не хотел бы их обсуждать.

– Хозяин – барин, – улыбнулась она, – делай, что можешь. А я собираюсь отлучиться из дома.

– Тоже появились какие-то идеи? – спросил он, скорее из вежливости, чем теша себя надеждой получить ответ.

Но она не стала секретничать и ответила:

– Мне не даёт покоя сообщение Незовибатько о том, что на месте убийства найдена шерсть кошек и собак.

– По-моему, их наличие в заброшенном доме вполне правдоподобно объяснил Шура.

– Правдоподобно – не всегда верно, – не согласилась она.

– Не понимаю!

– Ты имеешь в виду, что в этом пустом доме нашли себе приют не только бездомные люди, но и бездомные животные?

– Да. Что вас не устраивает в этом объяснении?

– Наличие шести породистых животных.

– Но разве породистые не теряются?

– Теряются. К тому же я не верю, что кошки сбились в одну стаю с собаками.

– Может, они там по очереди ночевали, – заявил Морис.

Мирослава расхохоталась, и он сам был вынужден улыбнуться:

– Действительно, что-то не складывается.

– Вот видишь. К тому же, если животные там обитали, то куда они все разом подевались?

Он пожал плечами.

– Так что пока! Увидимся в обед.

– В обед так в обед, – пробормотал он.

Когда Мирослава садилась за руль, её мысли были заняты тем, нет ли поблизости ветеринарной клиники.

Она открыла поиск в своём телефоне. Клиника была, и даже не одна. Но не настолько близко, как ей хотелось бы.

Машина детектива медленно тронулась с места, выехала за ворота, не спеша миновала коттеджный посёлок и, только оказавшись на шоссе, развила скорость, которую сбросила при въезде в город.

Доехав до пустующего дома, Мирослава прикинула, что до ближайшей ветклиники отсюда ехать минут тридцать пять.

Вторая больница для животных находилась ещё дальше. Она решила доехать до обеих из них, хотя и находятся они в противоположных концах. Однако не мешает заранее осмотреть их на предмет наличия рядом с ними камер наблюдения.

Рядом с первой ветклиникой находилась аптека, оснащённая камерой наблюдения, и в её обзор попадали стоянка ветеринарной клиники и вход в здание.

«Превосходно», – отметила про себя Мирослава.

Недалеко от второй ветеринарной клиники располагался крупный банк, и его камеры неусыпно глядели во все стороны.

«Хоть в этом повезло, – подумала Мирослава, – теперь в случае необходимости можно просмотреть камеры и выяснить, не проезжает ли какой-нибудь автомобиль по дороге каждый день туда и обратно. Узнать затем имя владельца машины не составит труда».

Она мысленно удовлетворённо потёрла руки и решила вернуться домой. Ей почему-то показалось, что дома её ожидает сюрприз.

Морис встретил её словами:

– Вы что-то рано приехали. Обед ещё не готов.

– Не беспокойся! Я не голодна. А ты лучше признайся, чем занимался и что нашёл.

– Откуда вы знаете, что я что-то нашёл?

– У тебя лицо – как морда деревенского кота, только что сожравшего горшок сметаны.

Морис расхохотался и спросил:

– А вы что, видели деревенского кота?

– Ну ещё бы! У нас под боком коттеджного посёлка разве не деревня?

– Насколько мне известно, нет.

– А что же?

– Частный сектор.

– Ладно! Рассказывай!

– Хорошо, не буду испытывать ваше терпение. Я нашёл идеальную кандидатуру на роль бывшего мужа убитой Реваковой. – Он включил ноутбук, и вскоре она увидела на мониторе симпатичного мужчину средних лет. Больше пятидесяти Мирослава не дала бы ему. Лёгкая седина в каштановых волосах и даже вертикальная морщинка на лбу не портили его.

– Почему ты думаешь, что это он? – не слишком доверчиво осведомилась Мирослава.

– Потому что на нём практически всё сходится.

– Как убедиться, что мы не ошибаемся?

– Можно позвонить ему.

– А адрес есть?