Страсть на грани - Людмила Мартова

нужно не только все сделать и незаметно для мальчишек вернуться, но и поспать хоть немного.

— Скучная вы, тетя Лера, — убежденно сказала Алена. — Здорово ведь, настоящее приключение, радоваться надо! Вот у вас в жизни что? Дом, работа, плита, стиральная машина. У меня школа, мамины нравоучения, друзья-придурки. А тут… Как в детективе, честное слово!

— Дурочка ты еще, Аленка, — улыбнулась Лера. — Настоящую стабильность, когда каждый следующий день похож на предыдущий, начинаешь ценить только с возрастом. Вот мне, честное слово, никаких приключений не надо. Лишь бы все были живы и здоровы.

— Тогда зачем вы согласились в подвал лезть? — Алена хитро прищурилась.

— Да затем, что хочу поставить точку в этой дурацкой истории. Я не знаю, существует клад или нет, но до тех пор, пока мы точно этого не узнаем, тот человек, который за кладом охотится, ни за что от нас не отстанет. А я хочу, чтобы он как можно быстрее оставил нас в покое.

Разговор пришлось прекратить, потому что из ванной с мокрыми волосами и отмытыми до скрипа мордашками пришли мальчишки. Действительно, примерно через час они угомонились. Шепот и хихиканье, доносившиеся из комнаты наверху примерно полчаса после того, как Степка и Антон пожелали всем спокойной ночи, наконец стихли.

— Пошли? — то ли спросила, то ли констатировала Лера.

— Ага. Вы джинсы наденьте и майку белую снимите. Лучше в темном быть, чтобы не отсвечивать, — деловито скомандовала Алена. Лере все чаще начинало казаться, что в их тандеме девочка за старшую. Из своей комнаты она притащила маленький рюкзачок, в котором оказались мощный фонарик, стамеска, моток веревки и бутылка воды.

— Предусмотрительная ты, козявка! — восхитилась Лера.

Осторожно выйдя из дома, чтобы не хлопнуть дверью, они выскочили за калитку и оказались на пустынной, залитой серой хмарью улице. В соседнем доме забили часы, заставив Леру вздрогнуть. Механическая кукушка через отрытое окно сообщила им, что сейчас полночь. Довольно быстрым шагом искательницы приключений направились в сторону усадьбы.

Лере было жутковато, но, глядя на Алену, она не подавала виду. Не хотела, чтобы девчонка подняла ее на смех.

«Это всего лишь барский дом, — уговаривала она себя. — Я бывала там тыщу раз. Если станет совсем страшно, я просто включу свет, и морок рассеется. Мы не нарушаем закон, я имею полное право бывать в усадьбе. Ее основал мой дед, там работает моя мама, и то, что я иду туда ночью, совершенно ничего не меняет. Даже если нас кто-нибудь застукает, ничего страшного не произойдет. Мы ненадолго. Мы просто посмотрим, есть там подвал или нет».

Минут через десять быстрой ходьбы они уже входили в главные ворота усадьбы, которые никто никогда не запирал. Березовая роща служила излюбленным местом для свиданий молодых обитателей поселка и расположенных чуть в стороне коттеджей. Над обрывом реки до утра сидели целующиеся парочки. То есть рядом были люди, и это Леру и пугало, и успокаивало одновременно.

Обойдя рощу стороной, чтобы никого не встретить, они приблизились к гравийной дорожке, ведущей к барскому дому. Здесь уже было пустынно и тихо. Оглядевшись по сторонам и нервно передернув плечами, Лера устремилась вслед за Аленой, которая уверенно поднялась на крыльцо, достала все из того же рюкзачка старинный ключ витого металла, вставила в замок и со скрежетом повернула.

Мелькнул второй ключ, вставленный уже в современный замок, дверь отворилась, и девочка скрылась в дверном проеме, но лишь на долю секунды.

— Ну что же вы, тетя Лера! — укоризненным шепотом сказала она, снова появляясь на крыльце. — Что вы стоите тут у всех на виду? Заходите, надо дверь запереть и сигнализацию выключить, а то полиция нагрянет, и глазом моргнуть не успеем.

Понимая правоту ее слов, Лера заставила себя войти внутрь. Алена быстро повернула ключ в замке уже изнутри, ловко и споро отключила сигнализацию, не включая света, уверенно прошла по длинному коридору и, нетерпеливо оглянувшись на жену отца, застыла на входе в кухню-столовую. Тяжело вздохнув, Лера смирилась с неизбежным и последовала за ней.

В столовой было темно из-за закрытых ставен. «Хоть глаз выколи», — подумала Лера и тут же услышала довольный шепот Алены:

— Хорошо, что темно, работать мы и с фонариком можем, зато его света никто с улицы не увидит.

Нырнув за печку, девочка расположилась на полу и, установив фонарик так, чтобы свет падал на широкую половицу с раковиной, достала стамеску.

— Помогать будете? — спросила она негромко.

— А? — Лера снова вздрогнула. — Да, буду.

Усевшись на полу за печкой, она принялась помогать Алене. Дурацкое дело, которое они задумали, нужно было довести до конца и забыть, как страшный сон. Ей действительно было страшно. Старый дом дышал, слегка похрипывая.

«Пожилые люди во сне так дышат», — подумалось вдруг Лере. Чуть скрипели половицы, которых не касались ничьи шаги. Просто так скрипели, но Лере слышалось, что кто-то подкрадывается к ним в темноте, чтобы ударить по голове, заставить, обмякнув, скользнуть за ту зыбкую грань, которая отделяет бытие от небытия, жизнь от смерти, и…

— Готово! — восторженно воскликнула Алена. Тяжелая крышка поддалась нажиму засунутой в щель стамески, со стоном поднялась, образовав небольшую тучку пыли из каких-то крошек, кусочков мха и прочего мусора, и обнажила зияющий квадрат, в глубине которого скрывалось неведомое. — Так, сейчас посмотрим, что там.

Девочка легла на живот, свесила голову в люк и посветила фонариком. Превозмогая страх и неведомо откуда взявшееся отвращение, Лера тоже вытянула голову и заглянула в яму.

Там был подвал. Самый обычный подвал, таких ей в жизни довелось видеть немало. Не очень длинный и не очень широкий, он, судя по тому, куда доставал фонарик, располагался ровно под этой комнатой, не захватывая пространство под остальным зданием. В отличие от другой его части, в которой Лере приходилось бывать вместе с Татьяной Ивановной и которая была абсолютно пуста, это помещение было заполнено вещами. Взгляд вслед за лучом света выхватывал из темноты то конское седло, как успела заметить Лера, с оторванным стременем, то стул с ломаной спинкой, то доверху набитые коробки, то комод без ручек.

— Ну что, слезаем? — деловито спросила Алена. — Там так много барахла, что мы его до утра разбирать будем.

— Как слезаем? — дрожащим голосом спросила Лера, которая раньше про это как-то не думала. — По веревке? Так я не умею, а прыгать нельзя, тут высоко, а я…

— А вы беременны, — спокойно закончила Алена и усмехнулась, увидев, что Лера в изумлении приоткрыла рот. — Да знаю я, что вы с папой решили осчастливить меня братиком или сестренкой. Вы меня простите, тетя