Дом лжи - Дэвид Эллис

я про трастовый фонд, – а он способен на насилие…

– То есть ты все-таки считаешь, что это сделал он.

– Эй. – Я притягиваю ее к себе, так что мы оказываемся лицом к лицу. – Я же никогда не встречал этого парня. Я понятия не имею, на что он способен, а на что – нет. Если ты скажешь, что это он убил своего отца, я тебе поверю; скажешь, что не убивал – значит, так тому и быть. Просто я хочу, чтобы ты была осторожна. Потому что ты важна для меня. Ты – моя долгосрочная инвестиция.

– А-а, – Вики протягивает руку и щупает меня между ног, – смотри-ка, как тебя возбудили разговоры о насилии и убийстве…

Господи, до чего же хорошо она меня знает – и это притом, что моя истинная личность ей неизвестна.

Она садится на меня, я проскальзываю в нее и давлю снизу вверх, а Вики стонет в ответ. С прошлого раза прошел час, так что я уже набрался сил и сейчас хорошо ее покатаю.

Вики снова ускользает мыслями в какое-то известное ей одной место, подается вперед, упирается руками в кровать по обе стороны от меня, приближает свое лицо к моему. Я вижу, как судорожно сведены ее челюсти.

Она открывает глаза и замедляет наш ритм, придает ему нежности. Потом еще приближает ко мне лицо, трется носом о мой нос и шепчет:

– Это сделал Саймон. Он убил отца. А я не пыталась его остановить. И вышла потом за него замуж. Вышла из-за его денег. Теперь ты все знаешь. И у тебя есть шанс сбежать от меня подальше.

Я снова толкаюсь в нее, Вики подпрыгивает на мне, как буй на воде, и закрывает глаза.

– Никуда я… не побегу.

– Ты же меня не знаешь, – говорит она, все еще закрыв глаза и отвернув лицо. – Мне нельзя доверять.

– Я знаю тебя. И я тебе доверяю. – Я пробегаю ладонями по ее телу и ускоряюсь, внутренний жар во мне нарастает.

– Никто… никогда… мне не доверял… – Запрокинув голову, она с пыхтением выталкивает из себя эти слова.

Никогда в жизни я не кончал так бурно, как в тот раз.

45

Среда, 19 октября 2022 года

– Ты ничего ей не сказал, – заявила ты мне с порога, едва увидев мое лицо.

– Это… не простой разговор.

– Но ты уже говорил с адвокатом о разводе?

– Я ему звонил, – сказал я, но это была ложь, а я ведь поклялся никогда не лгать тебе, Лорен, поэтому я тут же поправился: – Вернее, хотел позвонить, уже поднял трубку, но не смог набрать номер и повесил снова. Это тяжело, Лорен. Не начинай.

– Ты так легко говоришь мне «не начинай», как будто это самая обычная вещь. Так мы важны для тебя или нет?

…Я безумно, отчаянно люблю тебя, Лорен. Это единственное, в чем у меня нет никаких сомнений. Но ты должна понять, каким ударом это станет для Вики. Почему ты не можешь это понять? Почему не даешь мне поступить так, как я решил?

– Я не собираюсь становиться «той женщиной», – сказала ты. – Той, которая ноет, просит, умоляет и требует. Если я ничего не значу для тебя…

– Я скажу ей сегодня вечером, – пообещал я.

И я выполню свое обещание. Вики скоро вернется, и я ей скажу. Господи, как же это будет жестоко!.. О, вот она пришла, поднимается по ступенькам…

46. Саймон

Я опускаю зеленую тетрадь на дно своей сумки, когда в мой кабинет входит Вики.

– Так я и думала, что найду тебя здесь, – говорит она.

– И нашла.

В руке у нее лэптоп; она несет его, будто учебник в школе.

– Я хочу показать тебе кое-что. Только не говори ничего, пока не досмотришь.

* * *

«А так твоя жена делает, Пол?» – спрашивает женщина на видео.

«Жена? Жена вообще ничего не делает. Лежит, как мешок с картошкой. Иногда мне пульс у нее приходится проверять».

– Так, хватит, – говорю я, нажимаю кнопку «стоп» и возвращаю лэптоп Вики. – Ты же обещала мне, что ничего не сделаешь.

– И сдержала обещание. Я ничего с этим не сделала. Он понятия не имеет, что его записывали. Решение за тобой, Саймон.

Я запускаю пальцы в волосы.

– Это Пол Саутерн? Отец Рейда?

– Он самый. Который деньгами выстилает своему тупице-сынку дорожку к профессорскому креслу.

– Ты должна была рассказать мне, что затеваешь, – говорю я.

– А ты сказал бы мне, что не надо так делать.

– Вот именно.

– Я, в общем-то, ничего еще и не сделала. Просто зарядила ружье. А спускать курок или нет – решай ты.

Я прячу лицо в ладонях. Я должен был догадаться, что она что-нибудь такое выкинет.

– Как я понимаю, нарыть что-нибудь на Комстока не удалось?

– Можно было, – Вики захлопывает крышку компьютера. – Но я подумала: если ты ответишь Комстоку прямо, то будешь иметь открытого врага на факультете. Тебе оно надо? Не лучше ли добраться до самого источника неприятностей, того, кому твой декан так старается угодить?

– И что, мы покажем Полу эту запись и потребуем, чтобы он поддержал не своего сына, а меня?

Она пожимает плечами:

– Именно.

– И что подумает декан? Когда отец Рейда вдруг скажет: «А знаете что? Я передумал. Пусть на повышение идет тот парень, как бишь его там?»

– Да какая разница, что он подумает? – возражает Вики. – Ты же знаешь, что свои денежки отец Рейда Саутерна заработал не собственным потом, кровью и слезами. Или не знаешь?

– Нет, не знаю.

– Он женился на деньгах. Его жена – наследница состояния и крупной компании. Управляет компанией теперь, конечно, Пол, но это формальность – он все равно отчитывается перед женой в каждом шаге. – Вики поглаживает крышку компьютера. – И как ты думаешь, что скажет его женушка, когда услышит, как муженек отзывается о ней, да еще в компании сам знаешь кого?

– Ей это не понравится. Не понравилось бы, если б она увидела эту запись. Но она не увидит.

– Конечно нет. Пол из-под себя выпрыгивать будет, лишь бы она не увидела.

Я смотрю на Вики, а она отвечает мне взглядом недовольного родителя. Это забавно. Ведь из нас двоих роль старшего обычно беру на себя я.

– Пол Саутерн ни в чем не виноват, – говорю я. – Он всего лишь пытается помочь сыну. За мой, правда, счет, но это же непреднамеренно… Нет, такого он не заслуживает.

– Да, не повезло Полу, а жаль… Он ведь такой