Игорь Рябов - Пуля уже в пути (СИ)

— Пробовал уже, — он усмехнулся, сверкнув глазами. — Только не накуриваюсь я с них. Жабаю по две пачки в день, и все мало.

И помолчав секунду, добавил:

— А с проблемами ты уж постарайся разобраться поскорее. И без них можно весело жить.

Так и прошел весь день в дороге. Мы с Олегом менялись изредка, чтобы он мог отдохнуть и подремать. Все-таки не железный: отмахать в одну сторону, а теперь ещё и назад рулить. А Славик и не удосужился научиться водить. Или просто не хотел, предпочитая, чтобы его возили, как барина. Но к вечеру все-таки было решено устроить привал на несколько часов. Вымотались мы все здорово.

Разместились, кто как смог пристроиться. Я согнулся калачиком в уголке автомобиля и попытался заснуть. Но к трем часам ночи больше измучился, чем отдохнул. Славка же спал как на пуховой перине, иногда даже слегка похрапывая. Мне вспомнилась его манера засыпать в нашей зоновской мастерской в самом неудобном положении. Было бы желание.

Когда терпение лопнуло, я выбрался из салона на свежий воздух. Слегка морозило, и дышалось легко, в полную грудь. Прислонившись спиной к машине, я закурил и посмотрел в ночное небо. Оно все казалось усыпанным алмазами различной величины. Никогда ещё я не видел такого количества звезд. А они подмигивали мне, словно звали присоединиться к их сверкающему изобилию малюсенькой точкой в черном небе. Докурив почти до фильтра, я открыл переднюю дверцу и растолкал развалившегося на обоих сиденьях Олега.

— А? Что? Пора уже ехать? — Он, не совсем ещё проснувшись, протирал кулаками глаза.

— Перебирайся назад к Славке и кемарь себе на здоровье. А мне что-то не спится. Лучше потихоньку поедем, чем без толку время терять.

— Смотри, тебе виднее. — Олег выбрался из салона и устроился сзади. — А меня что-то так разморило.

И опять погрузился в сон.

Я повернул ключ зажигания и, прогрев движок, вырулил с обочины на трассу, пристроившись в хвост припозднившемуся "КамАЗу". Тот шел быстро по пустынному шоссе, и мне ничего не оставалось, как припустить за ним следом, не отрываясь. Вдвоем как-то веселее было ехать.

Мысли сами собой вернулись к событиям последних дней. Припомнив все, что произошло со мной, я опять крепко задумался. Что-то во всей этой корриде казалось странным. Но что именно, я никак не мог понять. Это нечто ускользало из сознания, струясь, словно мелкий песок сквозь неплотно сжатые пальцы. Главное, я так до сих пор и не уразумел, с кем же мне пришлось столкнуться рогами. А от этого зависело очень многое. Вполне возможно, сама жизнь. И если не знаешь, с кем воюешь, что толку от постоянного напряжения сил? Это что размахивать во все стороны кулаками, притом плотно зажмурив глаза. Стоит ли тогда удивляться граду тумаков и пинков под зад, которыми награждает невидимый противник. Да ещё и посмеивается над неуклюжим дурачком, размахивающим своими граблями как ветряная мельница.

В очередной раз я пожалел, что нет рядом Новикова. Вдвоем намного проще придумать что-нибудь дельное. Уж если мы смогли выбраться из-за красных флажков, обложенные со всех сторон в чужой Грузии, то в России и подавно не заблудились бы. Но, с другой стороны, ему до моих проблем такой же интерес, как и кошкам до лимонов. Тем более я мог предположить, что у него сейчас не самый лучший период в жизни. Наверное, приходится оправдываться перед боссом за бесцельно потраченные деньги. Из бывшей союзной республики нас вытащили окружными путями, затратив уйму времени и средств, а прибыли ни на грош. Сотрудничать я с ними не собираюсь. Усмехнувшись, представил себе, как гневно трясли брылами его толстозадые бонзы, услышав такую радостную для себя весть.

Ночь постепенно стала отступать. Вначале посерело на востоке, а затем и грязно-серую муть разлилась по всему небосводу. Через некоторое время позади нас выкатился багровый шарик, знаменуя собой начало нового дня.

Машина шла легко, иногда вздрагивая на выбоинах. Но амортизаторы, сделанные надежно и качественно, сглаживали неприятное ощущение. На такой тачке можно на край света путешествовать. Особенно если в кармане куча денег, а рядом сидит любимый человек.

И я сразу же вспомнил о Ксюшке, представив, как могли бы мы с ней совершить кругосветное ралли. А мысли тревожно забегали. Как они с тезкой добрались? Все ли прошло гладко? Где она сейчас? И помнит ли о вечно недовольном ворчуне? А то, может быть, с глаз долой — из сердца вон. И я нажал на педаль газа, словно старался как можно быстрее заглянуть в её нежно-серые глаза. Славка завозился позади и, сладко потянувшись, проснулся.

— И где это мы находимся?

А до Нижнего оставалось пятьсот десять километров.

Глава 18

Родной край встретил нас ослепительно ярким полуденным солнцем и легким морозцем. Мерзлая земля была покрыта неглубоким слоем чистейшего белого снега.

— Вот и дома, — вырвалось у меня, хотя до собственной квартиры ещё оставалось часа три быстрой езды. — Олег, попрошу за штурвал. Я свое отъездил.

Мы в очередной раз поменялись местами, и я устроился на заднем сиденье. Славка повернулся ко мне лицом и поинтересовался:

— И куда прикажешь двигать в Нижнем? Ты сейчас за главного, так что на твое усмотрение. Нам все равно. Если хочешь, Папа Нос так тебя спрячет, что ни одна собака не найдет.

— Спрятаться, конечно, неплохо. — Я вытащил сигарету из очередной пачки. — Только всю жизнь скрываться не будешь. Да и не в моем это стиле.

— Здесь ты не прав, Филин, — подал голос неразговорчивый Олег. — Ещё как можно скрываться. Если приспичит, то и все остатки жизни проведешь в бегах.

Я непонимающе посмотрел ему в затылок, а Славка тронул меня за локоть и объяснил жизненное кредо соратника:

— Он знает, что говорит. Лет пять уже в бегах. Ты чего, Олежик в Питере-то натворил?

— Это не главное, — тот немного погрустнел. — Хорошо, что уйти смог. Да и Папа не оставил без внимания. Пригрел, документики помог сделать…

— Мне это пока не требуется.

— Что ещё за черт! — выругался вдруг Олег и стал тормозить. — Похоже, угодили мы в облаву, братцы.

Впереди скопилась вереница из нескольких машин, выстроившись в медленно двигающуюся очередь. И все их проверяли не спеша и основательно. А следующие из Нижнего проходили затор беспрепятственно. В душу закрались дурные предчувствия. Да и Лобанов заметно занервничал. Хотя, может быть, у меня просто появилась мания преследования.

Местность вокруг была открытая. И исчезнуть, даже при большом желании, не получилось бы. И выбраться из очереди, чтобы развернуться в обратном направлении, не представлялось возможным. Если только совершить рискованный маневр и проскочить прямо перед носом какого-нибудь встречного дальнобойщика. Но тогда неминуемо будет погоня. За тем, кто поспешно убегает, обязательно погонятся. А в карманах у меня два чужих "ствола". И даже если ищут не меня, то сидеть придется собственной персоной.

— Что делать будем? — встревоженно спросил Славка, напряженно всматриваясь в лобовое стекло. — Вот уж не везет.

— А нам ничего другого не остается, как попробовать проехать. — Я на всякий случай сунул руку в карман и снял пистолет с предохранителя. — Будем рисковать, иначе нам удачи не видать.

Но самое удивительное — тормозили автомобили и проверяли документы не гаишники или обычные менты, а солдаты самого натурального армейского патруля. Одетые в пятнистую униформу, с автоматами Калашникова наперевес, они смотрелись на дороге так же непривычно, как верблюды в снегах Антарктиды.

— Может, дезертиров ловят? — предположил Лобанов, перестав ерзать на сиденье и заметно успокоившись. — Сейчас сбегают из части за милую душу. Да порой перед этим весь караул перестреляют. А потом уходят, навьюченные оружием, как моджахеды.

— Все возможно, Славик. Когда за мной выезжали, ничего подобного не было?

— И рядом не стояло. Ты же знаешь, Гоша, у нас одна из самых спокойных областей. Ни тебе крутых разборок, ни отстрелов бизнесменов, ни побегов. Тишь да гладь и ментовская благодать.

— Так они и стараются, чтобы все спокойно было, — вступился я за доблестные органы.

— Не только они, — возразил Славка, прикуривая. — Или ты думаешь, Филин, нам это легко дается? Мы что не заинтересованы, что бы в городе не было беспредела?

Ответить ему я не успел. Подошла наша очередь на досмотр. Олег опустил стекла автомобиля, и старший сержант, слегка нагнувшись, заглянул в салон, потребовав предъявить документы. Стоявший перед нами "жигуленок" уже резво набирал скорость, удаляясь от поста. Мы протянули ему в окошко паспорта. У меня была лишь та подделка, с которой я отчалил из Грузии. Но выбирать не приходилось. Это лучше, чем совсем ничего. И я стал придумывать легенду, на кой ляд я здесь появился.