Наперегонки со страусом - Дарья Александровна Калинина

– Я не знаю, что они там вам наплели, мы с Анечкой про этот клад даже не разговаривали. И повторяю, Анечка никогда не намекала, что ей нужны от меня деньги или дорогие подарки.

– Она всего лишь вела свою игру. И вы поверили в ее искренность. Полюбили ее. Иначе как объяснить, что такой прижимистый человек решил вдруг отвезти свою подругу к морю. Вы же купили тур в Таиланд? После новогодних праздников вы с Анечкой должны были отправиться на отдых.

– И что? Разве нельзя?

– Но где вы взяли для этого деньги? Впрочем, не спешите с ответом, я его знаю и так. Для того чтобы порадовать свою Анечку, вы же отнесли одну из монет к оценщику. И он назначил вам за нее хорошую цену. Не отрицайте, свидетельскими показаниями этого человека мы уже разжились. Он вас опознал и долго сокрушался, что продавать монету вы не захотели. Но деньги на Таиланд, чтобы ублажить свою Анечку, вы каким-то образом раздобыли? Как? Продали монету через своих знакомых?

– Это какое-то невероятное стечение нелепостей. Монета была не моя. Мне поручили ее отнести к оценщику. Деньги на тур я скопил.

– Но ваши недруги, со слов своего агента, вообразили себе совсем другую картину.

– Возможно. Они оба никогда особым умом не блистали. Вы бы лучше не мной интересовались, а подумали о том, что у вас под боком готовилось преступление – похищение человека. А вы ровным счетом ничего не предприняли для того, чтобы его предотвратить.

– Если похищение было, то это моя вина. Если прошляпил, то в этом я признаюсь! Но я почти уверен, что никакого похищения не было.

– Как не было?

– Никто Анечку не похищал. Ваша невеста сделала свое дело и попросту сбежала от вас.

– Нет, нет! Это невозможно. Мы с Анечкой любили друг друга!

– Возможно, вы ее и любили. По крайней мере, какое-то время вы ее точно любили, пока подозрения не стали отравлять это ваше чувство. Но вот насчет ее чувств к вам у меня есть большие сомнения. Она отрабатывала свою часть сделки. Меня интересует, когда вы поняли, что Анечка вас использует? До покупки тура в Таиланд или уже после? Или покупка тура – это была та лакмусовая бумажка, с помощью которой вы собирались проверить вашу невесту? В чем она прокололась? Когда вы поняли, что Анечка с вами совсем не ради ваших прекрасных глаз, отменной эрудиции и прочих неоценимых качеств ученого и историка? Когда вы догадались, что она с вами по весьма тривиальной причине и что ей, как и всем прочим дамочкам, нужны деньги. Те деньги, которые вы украли у Константина с его матерью?

– Сколько раз вам повторять, я ничего у них не крал!

– Вы присвоили себе тот клад, который нашли в их земле. Они считали, что вы эти деньги у них украли.

– Мало ли что они там считали! Эти двое ошибались!

– А давайте на минуточку предположим, что они были правы. И что же тогда у нас с вами получается?

Степан сердито сопел, отвернувшись в сторону и давая понять, что участвовать в этом разговоре не намерен.

Но следователь был настроен продолжить разговор. Он не стал обращать внимания на поведение одного из задержанных.

– А получается у нас с вами тогда вот что! Картина полностью меняется. И Степан из жертвы злых похитителей сам превращается в преследователя, который не пожелал смириться с тем, что невеста его бросила, и сам кинулся за ней в погоню.

– Я?! Мы с Анечкой души не чаяли друг в дружке! Ее похитили, я вам это говорю! Спросите у Саши! Он подтвердит!

Саша кивнул.

– Да, Аня сначала подавала сигналы о помощи, светя в окно фонариком. А затем написала красным маркером этот же призыв на перилах лестницы, по которой ее вели.

– С этими сигналами SOS мы еще разберемся. Но если предположить, что все-таки никто Анечку не похищал? И что она сама по доброй воле уехала с Федором и его семьей, с которыми была хорошо знакома и которые как раз возвращались в Трушино? Предположим, что Костя попросил Федора, чтобы тот по дороге домой подбросил их родственницу на страусиную ферму, где работал сам Костя. Ну или куда угодно в окрестностях Трушина. Для Анечки это был идеальный выход, чтобы спастись от преследователя. Не имея собственной машины, ей добраться до Трушина и родственников было не так-то просто. Автобус в само Трушино не ходит, останавливается на трассе. Но от трассы нужно пройти еще километров пять. Летом еще туда-сюда, но топать пешком по морозу – удовольствие ниже среднего. Аня с радостью ухватилась за это предложение и поехала с Федором и его семьей. Она приехала сюда, надеясь, что злодей не решится ее преследовать. Но ее родственники не учли его настойчивости. Преступник приехал вслед за Анечкой и начал действовать весьма активно. Сначала расправился с бабкой Сусанной, которую считал главной виновницей и зачинщицей всех его бед. Заодно пострадал и доктор Добролюбов, который был ни сном ни духом никак не замешанный в этой истории, он попал просто под горячую руку. Преступник не желал оставлять свидетеля, и доктор погиб просто за то, что оказался в неподходящее время не в том месте. Преступнику везет. Рядом с местом преступления оказывается Настя, на которую удобно повесить убийство доктора, а заодно и бабки Сусанны. Вот только настоящей жертвой был вовсе не доктор, а старуха. Мы с вами подумали вначале иначе, и это была наша ошибка. Дальше преступник решает расправиться с самой предательницей. Он едет в дом, где, точно знает, может прятаться Анечка. Находит ее там и душит на месте. Затем он настигает Константина. Тот находится на своем рабочем месте, ухаживает за страусами. Он не слышит, как со спины к нему приближается опасность. Он получает сильный удар по голове, теряет сознание, а когда приходит в себя, то его ждет жестокий допрос с пристрастием. Ему ломают пальцы на руках, выбивают зубы, ломают кости, он испытывает чудовищные муки и в один момент не выдерживает. Называет место, где они с матерью спрятали украденный ими клад.

– Все-таки они его украли! – воскликнул Степан. – Я же говорил!

– Да, они его украли. Только украли они его у вас.

– Что?

– С помощью специально подосланной Анечки они выведали главное, что клад находится у вас. Она это поняла уже довольно скоро. Вот только понять, где вы его прячете, не могла несколько месяцев. Она очень