Любовное письмо - Люсинда Райли

от него. Итак, я рассказал тебе необъяснимую историю, случившуюся в молодости с твоим любимым дедушкой. Ни разу прежде она не слетала с моих уст, но сейчас, когда его больше нет с нами, вряд ли это имеет значение. И, если интересно, никто не запрещает тебе попытаться разузнать побольше. – Уильям почесал ухо. – Вот бы еще вспомнить имя той молодой леди, с которой я столько раз встречался возле «Свон и Эдгар». Однажды она мне представилась. Маргарита? Нет. Гортензия? Это было что-то цветочное…

– Лилия? Роза? – предположила Зои.

– Ей-богу, ты права! – Уильям расплылся в улыбке. – Ее звали Роза!

– И вы понятия не имеете, кем она была?

– Ну, не могу же я выдать все его секреты. – Уильям постучал себя по носу. – Да, я догадывался, но, возможно, эту тайну лучше оставить вместе с ним в могиле.

– Я залезу на чердак дома в Дорсете и пороюсь в его памятных вещицах. Вдруг получится найти что-нибудь связанное с вашим рассказом.

– Сомневаюсь, лапочка. Если все это так долго скрывалось, сдается мне, что нам не суждено узнать правду. Тем не менее эта история сойдет для интересной беседы за ужином, – улыбнулся он.

– Да. – Зои подавила зевок и посмотрела на часы. – Уильям, я лучше пойду спать. Завтра вставать очень рано. Огромное спасибо, что все мне рассказали. Если я что-нибудь выясню, то дам вам знать.

– Обязательно, Зои, – кивнул Уильям, не сводя с нее взгляда. Когда она поднялась с банкетки, он поймал ее руку и сжал ладонь. – Ты так похожа на него в молодости, лапочка. Сегодня днем я наблюдал за тобой. Ты унаследовала его дар. Однажды ты станешь очень знаменитой, и дедушка будет тобой гордиться.

На глаза Зои навернулись слезы.

– Спасибо, Уильям, – пробормотала она и вышла из бара.

16

Следующие три печальных дня Джоанна проработала в отделе «Домашние питомцы и садоводство». Она перебралась к себе в квартиру, но, поскольку новую кровать еще не привезли, вот уже две ночи провела на полу спальни, на неудобной импровизированной куче из диванных подушек и одеял. Сегодня Джо ждал ужин с Маркусом, и, соблазненная возможностью поспать в мягкой, удобной постели, она всерьез раздумывала, не остаться ли у него ночевать. Для вечера Джоанна выбрала единственное в ее гардеробе – пусть и поношенное – маленькое черное платье, приталенный кардиган и лоферы, слегка подрумянила щеки, немного подкрасила губы и ресницы и, не дожидаясь, пока длинные волосы окончательно просохнут после душа, направилась к автобусной остановке.

Она старалась двигаться естественным шагом, сопротивляясь постоянному желанию оглянуться, но на всякий случай – если вдруг кто-нибудь решит напасть – сжимала в кулаке связку ключей, острые края которых выступали между пальцами.

Пока автобус катил по Шафтсбери-авеню в сторону Сохо, Джоанна размышляла о предстоящем вечере. Приходилось с горечью признать, что она слишком уж взволнована перспективой вновь увидеть Маркуса. В последние несколько дней Джо всерьез раздумывала над возможностью ему довериться и рассказать все, что узнала о его дедушке. К сожалению, Саймону она больше не верила и с болью в сердце определила его во «вражеский лагерь», пусть даже сама пока не знала, против кого сражалась. А после понижения в должности из уравнения пришлось исключить и Алека. Когда автобус подъехал к остановке недалеко от Лексингтон-стрит, Джоанна окончательно решила, что союзник ей не помешает.

Маркус ждал ее в ресторане «Эндрю Эдмундс» – простом, но довольно очаровательном, со свечами на столиках.

Он тепло поцеловал ее в губы:

– Как ты?

– Все хорошо. – Джоанна села на стул напротив него.

– Потрясающе выглядишь, Джо. Замечательное платье. – Маркус окинул ее взглядом с ног до головы. – Шампанского?

– Давай, раз настаиваешь. Какой-то особый повод?

– Конечно. Мы вместе ужинаем. Для меня это грандиозное событие. Как прошла неделя?

– Честно говоря, ужасно. На работе меня перевели на более низкую должность, да к тому же новую кровать до сих пор не привезли.

– Бедняжка. Я думал, ты решила пока пожить у друга.

– Да, но там стало слегка… тесновато. Вернулся Саймон, а квартира слишком мала для двоих.

– Он к тебе приставал?

– Боже, нет! – Джоанна подавила в себе легкое чувство вины. – Он мой самый давний друг. Мы знакомы уже сто лет. – Она глубоко вздохнула. – Как бы то ни было, это долгая история, отчасти связанная с твоей семьей. Я расскажу тебе за ужином.

Когда они заказали еду и вино, Маркус бросил на нее вопросительный взгляд.

– Ну, продолжай.

– Что именно?

– Поведай мне обо всем.

Джоанна вдруг растеряла всю уверенность.

– Не знаю, стоит ли.

– Неужели все настолько серьезно?

– В том-то и дело, что я не знаю. Возможно, это что-то важное. Или же просто глупость.

Протянув руку через стол, он сжал ее ладонь:

– Джоанна, клянусь, что дальше меня это не пойдет. Сдается мне, тебе необходимо с кем-то поделиться.

– Ты прав. Но я предупреждаю, это странное и непростое дело. – Чтобы придать себе уверенности, она сделала глоток отличного красного вина. – Что ж, ладно. Все началось, когда я пришла на поминальную службу по твоему дедушке…

Джоанна говорила долго. К тому времени как она полностью ввела Маркуса в курс дела, которому дала кодовое название «Ключик старушки», они успели прикончить салат, основное блюдо и большую часть десерта. Джо решила не упоминать о неизвестных мужчинах, идущих по ее следу, отчего-то боясь озвучивать свои мысли о том, что на самом деле происходит.

К концу ее рассказа Маркус закурил и медленно выдохнул дым.

– Значит, вся эта статья обо мне и памятном фонде была лишь прикрытием, чтобы раздобыть информацию о моем дедушке и его запутанном прошлом? – поинтересовался он, пристально глядя на Джоанну.

– Главным образом да, – призналась она. – Прости, Маркус. Хотя, конечно, статью напечатают в газете.

– Такое чувство, что мною просто воспользовались, Джо. Скажи честно, ты согласилась поужинать со мной сегодня вечером, чтобы извлечь еще какие-нибудь сведения или в самом деле хотела меня видеть?

– Клянусь, что хотела тебя видеть.

– Правда?

– Чистая правда.

– Значит, помимо всего прочего, я тебе все-таки нравлюсь? – допытывался он.

– Конечно, Маркус.

– Хорошо. – Он перестал хмуриться и, судя по всему, испытал настоящее облегчение. – Что ж, давай еще раз пройдемся по фактам. На поминальной службе сэра Джима появилась странная пожилая дама, она прислала тебе письмо и программку, потом твою квартиру разгромили, а упомянутое письмо ты отдала на анализ так называемому другу, и после он сообщил тебе, что бумага распалась в процессе тестов…

– Ага. Только знаешь что? Я в это не верю, – вклинилась Джоанна. – Ну, существуют же письма и