Риск и бутылка шампанского - Андрей Михайлович Дышев

– А тебе особое приглашение надо?! – громко крикнула Лисица Гере.

– Ты что? – прошептал он.

– Ушли все! – крикнула она.

«Наконец-то! – подумал Гера с некоторым облегчением. – А то я уже подумал, что у нее мозги отказали…»

Он тоже пошел к дороге, но вскоре остановился и повернулся.

– Дальше!! – крикнула Лисица. – Не стойте у меня над душой!

– Пошли! – махнул рукой Жорик. – Не надо мешать.

Они вышли на дорогу и сели на поваленное бревно. Минуту молчали.

– Конечно, в первый раз всегда тяжело, – ляпнул Руслик.

Жорик кинул на него колкий взгляд, и Руслик тотчас поправился:

– Это я так думаю, что тяжело. Может, наоборот легко. Мне-то откуда знать? Я никого не убивал.

– И я никого не убивал, – сказал Жорик. – Пару раз только на охоту ходил…

Он хотел еще что-то рассказать про охоту, но в это мгновение раздался короткий щелчок. Жорик, Руслик и Гера как по команде вскочили на ноги. Жорик перекрестился, Руслик сплюнул себе под ноги.

– Собаке – собачья смерть, – констатировал Жорик.

Между деревьев появилась Лисица. Она брела по высохшим иголкам, едва поднимая ноги. Гера прожигал ее лицо взглядом, но Лисица, словно нарочно, избегала смотреть на него.

– С боевым крещением! – нелепо пошутил Жорик.

Лисица усмехнулась и вялым движением протянула пистолет Руслику.

– Ты не могла бы положить его в бардачок? – сказал он, моментально спрятав руки за спину.

Ничего не ответив, она с равнодушным видом медленно пошла по дороге вниз.

– Выводи машину! – приказала Жорик Руслику, с беспокойством глядя на Лисицу.

– У нее нервный срыв, – сказал Гера и подумал, что этот же диагноз можно с успехом поставить и себе.

Он догнал Лисицу и пошел с ней рядом.

– Все в порядке? – тихо спросил он.

– Да… – едва слышно ответила Лисица.

– Устроила ты мне веселую жизнь! Не знаю, как я теперь буду перед Климом оправдываться…

– Ничего. Потерпи еще пару дней, потом мы все обо всем ему расскажем. Он нас простит…

Шурша колесами, их догнала «бора». Из окошка высунулась сияющая физиономия Жорика.

– Предлагаю отметить это событие, – сказал он. – Даю роскошный ужин в ресторане «Гранд-отеля»!

Гера вдруг необычайно отчетливо вспомнил ресторан «Гранд-отеля», вышколенных официантов, заставленный бутылками стол и Клима в вылинявшей футболке, пропахшей бензином… Клима, его единственного и самого лучшего друга на свете…

Невыносимо острая тоска вдруг сдавила сердце Геры, и ему показалось, будто он только что собственной рукой расстрелял его.

Последняя нить, на которой все эти страшные часы держалась воля Геры, лопнула, и из его глаз неудержимым потоком хлынули слезы.

Глава тридцать четвертая

Похищение

Казалось, Жорик начисто забыл, с какого печального события начался сегодняшний день. Он был оживлен и весел, сыпал шутками и тостами и нежно ворковал на ушко Лисице, рисуя ей радужные перспективы их совместной жизни. Лисица была грустной и усталой. Она вяло тыкала вилкой в тарелку, мало и без аппетита ела и всякий раз опускала глаза, когда Гера пытался встретиться с ней взглядом. Руслик, руководивший застольем, по максимуму использовал редкостную щедрость шефа, и нещадно гонял официантов то за новыми блюдами, то за экзотическими напитками.

«Почему она все время прячет глаза? – думал Гера, не зная, как привлечь к себе внимание Лисицы. – Может, там, на обрыве, она сделала что-то не так?»

Он стал думать, под каким предлогом можно было бы вывести Лисицу из зала и поговорить с ней наедине. Проводить ее в туалет? Или пригласить на танец?

Жорик, словно прочитав мысли Геры, кинул салфетку в тарелку и взял Лисицу под локоток.

– Может, потанцуем, дорогая?

– Я не могу, – ответила Лисица. – Нет настроения.

– Понимаю, понимаю, – вздохнул Жорик. – И все же тебе надо расслабиться, отвлечься от грустных мыслей. Потому что у нас завтра трудный день.

– А что будет завтра? – равнодушно спросила Лисица.

– Завтра мы поедем на дачу, – ответил Жорик, – и сделаем пробный запуск печатного станка. Оформление наследства потребует больших расходов, а у меня в настоящий момент небольшие затруднения с наличной валютой.

– Хорошо, – кивнула Лисица. – Только почему пробный? Мы запустим станок на полную мощность.

– Как скажешь, – без особых усилий согласился Жорик. – Я человек по натуре мягкий и не могу навязывать женщинам свою волю.

В зале зазвучала тихая музыка, погас свет, и официанты зажгли на каждом столике свечи. Из раскрытых окон повеяло свежестью и прохладой. Руслик заказал куропаток на голом огне, тушеную серну, телячьи отбивные с грибным соусом и дроб-сарму из барашка.

«Быстрее бы наступило утро, – думал Гера, выпивая водку как воду. – Тогда я позвоню Климу в автосервис и все ему объясню. Лишь бы его обида не успела зачерстветь».

Он представил, как его друг лежит сейчас на старой тахте в убогой коммуналке, избитый, с распухшими губами, и как остро он переживает мнимое предательство… «Нет, до утра я не выдержу! – подумал Гера. – Надо хватать бочонок мадеры и прямо сейчас ехать к Климу домой!»

Гера уже собрался попрощаться и встать из-за стола, сославшись на срочные дела, но тут его взгляд упал на Жорика. Хозяин стола, потный и раскрасневшийся, уже водрузил свою руку на плечи Лисицы и, что-то бормоча, пытался поцеловать ее в шею. Лисица вежливо отстранялась от него, но Жорик проявлял гусарскую настойчивость, и все больше наваливался на девушку, и его волосатая рука с толстыми и короткими пальцами, удавом ползла по ее юбке.

«Ну как я могу оставить ее наедине с этим солидолом?» – подумал Гера.

Жорик, похоже, догадывался о чувствах и мыслях Геры. Желая подразнить его, он стал оказывать Лисице уже совершенно нахрапистые знаки внимания. Сыто жмурясь и шевеля мясистыми губами, он попытался чмокнуть девушку за ухом. Лисице пришлось пересесть на самый край стула и отвернуться, но Жорик продолжал накатывать на нее своей лавинной массой. Его нежность неминуемо закончилась бы либо поломанным стулом, либо раздавленной Лисицей. К счастью, у девушки лопнуло терпение, она швырнула вилку на тарелку и встала из-за стола.

– Я хочу в туалет, – объявила она.

Гера тоже вскочил.

– Я тоже хочу! – сказал он.

– Сидеть! – как собаке, коротко приказал Жорик и добавил: – Руслик!

С неохотой расставаясь с бараньим ребром, Руслик поднялся из-за стола и пошел вслед за Лисицей к лестнице, ведущей на первый этаж, где находилась дамская комната. Обмахиваясь тканевой салфеткой, Жорик смотрел на Геру с победной улыбкой.

– Выпьем? – предложил он.

– Не хочу, – ответил Гера.

– Что ж, в таком случае я тебя не задерживаю. Можешь ехать домой. Сегодня ночью у моей невесты вряд ли возникнет необходимость консультироваться с тобой