Гарри Кемельман - В субботу рабби остался голодным

— Я уверен, что вы делаете ужасную ошибку, шеф. Вы зациклились на Горальском и можете допустить огромную несправедливость по отношению к нему.

— Слушайте, рабби, мне надо бежать. Я постараюсь заехать к вам попозже.

— Но позже может быть слишком поздно.

— Не представляю, что там такое, что не может подождать!

— Слухи не будут ждать. Вы привезли Горальского в полицейский участок. Скоро об этом будет знать весь город.

— Ладно. Но все, что я могу, — это встретиться с вами в лаборатории. Можете присутствовать при беседе, если хотите. Думаю, я вам обязан. То есть если вы не против поехать на машине в шабат.

— Ради этого я сделал бы исключение. Но мне не хочется оставлять сейчас Мириам одну.

— Берите ее с собой.

— Что ж, если вы не против… мы приедем.

Рабби положил трубку и крикнул Мириам, чтобы она одевалась.

— Мы едем на встречу с Лэниганом в Годдардовскую лабораторию.

Когда они ехали по 128-му шоссе, Мириам сказала:

— Как ты думаешь, у шефа Лэнигана действительно есть какие-то доказательства против мистера Горальского?

— Кто знает? Я не разговаривал с ним целую неделю или больше — до сегодняшнего дня. Они могли что-то найти, чего я не знаю, но тогда они, наверное, сразу арестовали бы его, а не просто повезли на допрос. Наверняка они могут приписать ему какой-нибудь правдоподобный мотив для убийства. Проблема в том, что как по Лэнигану, правдоподобный мотив можно приписать чуть ли не каждому.

— Как это?

— Он решил, что это убийство не было тщательно спланировано — поскольку, мол, достаточно было только проходить мимо, веский мотив необязателен. А мотив мог быть у кого угодно: у соседа, которому не нравится, как он содержит свой газон… Да у любого. Так же и с остальным — с орудием, с возможностью. Горальский мог быть там, потому что его не было в храме. Так в храме не было и многих других людей. И Горальский, конечно, водит машину. Да, Лэниган мог набрать доводов, которые оправдывают его задержание.

— Но Горальский, наверное, уверен, что его признают невиновным, разве нет?

Рабби пожал плечами.

— Предположим, признают — разве на этом для него все кончится? Даже если они не доведут дело до суда и освободят его, все будут знать, что он был под арестом. Даже если они опубликуют какое-то заявление, что они могут сказать? Мистер Горальский был освобожден за недостаточностью улик? Это будет означать не то, что он невиновен, а только то, что они не смогли найти нужных доказательств, чтобы повесить на него это убийство. А если он предстанет перед судом и его оправдают, — будет то же самое. Нет, полностью обелить его можно только в том случае, если они найдут настоящего убийцу. А его чаще всего не находят.

Машина замедлила ход

— Почему ты здесь останавливаешься?

— Я не собирался. — Рабби с силой нажал на педаль акселератора, но машина не отреагировала на это, наоборот — замедлила ход еще больше. Он перешел на вторую скорость, машина проехала несколько футов и стала окончательно. Рабби попробовал завести мотор, но безрезультатно.

— В чем дело, Дэвид?

Рабби глупо улыбнулся.

— Не знаю.

— Так, кажется, приехали. Что будем делать?

— Здесь где-то сзади, ярдах в ста, должен быть поворот — по-моему, на ту дорогу, что ведет к мастерской Морриса Голдмана. Мы сейчас на уклоне. Может, получится доехать накатом…

— На 128-м? Когда машины несутся со скоростью шестьдесят миль в час? Даже не думай!

— Да мне и самому это не улыбается. Наверное, лучше отогнать ее к обочине и поднять капот — это будет знак бедствия. Полиция штата патрулирует эту дорогу постоянно, они сразу же подъедут… Что случилось?

Мириам сжала кулаки и закусила верхнюю губу. Ее лоб мгновенно покрылся испариной. Потом она слабо улыбнулась: — Посмотри на часы и засеки, когда будет следующая. Похоже, ты скоро станешь отцом, Дэвид.

— Ты уверена? Этого нам сейчас только не хватало! Послушай, ты не волнуйся. Тебе нельзя волноваться. Ты только держись, я сейчас остановлю какую-нибудь машину.

— Будь осторожен, Дэвид! — крикнула она вдогонку.

Минуту назад на шоссе было полно машин, но сейчас не было видно ни одной. Рабби вытащил носовой платок и стал посреди дороги. Увидев в отдалении машину, он принялся махать платком. К его огромному облегчению, машина затормозила. Она проехала мимо, свернула к обочине, а потом дала задний ход и остановилась в нескольких футах от машины рабби. Водитель вышел, и рабби узнал доктора Сайкса.

— О, это вы, рабби Смолл? У вас проблемы?

— Машина заглохла.

— Кончился бензин?

— Вряд ли. Нет, точно не из-за этого. У меня и раньше были с ней проблемы…

— Хорошо, я позвоню в мастерскую сразу, как приеду в лабораторию. Я должен там встретиться с шефом полиции. Значит, заглохла прямо посреди дороги, да? А не может это быть…

— Вы знаете, у моей жены начинаются роды.

— Да вы что! Вот это скверно… — Сайкс испуганно уставился на Мириам. — Может быть, я… Слушайте, подождите! Почему бы вам не взять мою машину? А я доберусь до лаборатории пешком — здесь всего несколько сот ярдов…

— Это очень любезно с вашей стороны, доктор Сайкс. — Рабби протиснулся на ковшеобразное сиденье маленькой спортивной машины и взялся за руль. Он неуверенно посмотрел на множество датчиков на приборной панели, а затем на улыбающееся лицо Сайкса, наклонившегося к открытой дверце.

— Четырехскоростная коробка, — пояснил тот. — Она легко выжимает сто. Я ее недавно отдавал в мастерскую, и она отрегулирована, как часы.

Рабби кивнул на наклейку на дверце.

— Да, я вижу. Хай[44].

— Это что?

— На иврите это жизнь.

Сайкс вопросительно посмотрел на него, затем, поверх машины — на миссис Смолл — и как будто понял.

— Ну да, конечно, у вас обоих мысли только об этом. А теперь позвольте, я помогу вашей супруге выйти.

— Нет.

— В чем дело?

Рабби вылез из машины.

— Нет, не могу. Я побоюсь ее вести… Не сумею. В конце концов мы угодим в кювет. Послушайте, у меня есть идея получше. Поезжайте в лабораторию и опишите Лэнигану ситуацию. Он приедет и заберет нас. Да, и еще вы не могли бы попросить кого-нибудь позвонить доктору? Доктору Мортону Зелигу? Его номер есть в телефонной книге. Расскажите ему, что случилось, и скажите, что мы на пути в больницу.

— Ну, хорошо, если вы считаете, что так лучше.

Сайкс сел в машину и дал полный газ, отчего мотор оглушительно взревел.

— Удачи и наилучшие пожелания вашей супруге!

— Совершенно не о чем беспокоиться, ребята, — бросил Лэниган через плечо Смоллам, устроившимся на заднем сидении. — В свой первый год в полиции я дежурил на «скорой», так даже не берусь подсчитать, скольких женщин я доставил в больницу. Тогда мы обычно везли их в Салем — у нас тут своей не было. Я, конечно, не акушерка, но, по моему опыту, первые роды всегда длятся долго.

— Схватки сейчас каждые десять минут.

— Еще полно времени. Вот когда промежуток сократится до одной-двух минут… Это когда второй или третий ребенок, он может выскочить почти сразу. И не думайте, я тоже принимал роды или помогал при этом. Так что считайте, что вы в самых лучших руках.

Лэниган явно старался развлечь их — рабби сознавал это и был ему благодарен. Крепко обняв жену, он поглаживал ее при очередных схватках и время от времени вытирал ей лоб носовым платком.

Они уже достигли окраины города, и Лэниган обернулся к ним.

— Знаете, если хотите, я могу вызвать мотоциклетный эскорт. Тогда мы сможем доехать быстрее.

Мириам опередила мужа.

— Нет-нет, не нужно. Схватки прекратились, — смущенно добавила она.

— Это ничего не значит, — сказал Лэниган, но тем не менее замедлил ход и до самой больницы ехал уже тише.

— Я тут побуду, пока вы узнаете, что к чему, рабби.

Поблагодарив его, рабби помог Мириам выйти из машины и подняться по ступенькам. Хотя ей и не требовалась помощь, заботливость мужа была приятна. В приемной они с некоторым смущением объяснили, что схватки прекратились. Дежурная медсестра сказала, что это бывает, и распорядилась, чтобы Мириам проводили в палату. Рабби остался в приемной, и через десять минут к нему вышел доктор Зелиг — приятный молодой человек его возраста, излучающий уверенность и спокойствие.

— Схватки пока прекратились. Это довольно обычное дело. Иногда девочки немножко ленятся, а то, может, просто передумали. Иначе они не были бы женщинами! Ха-ха… Во всяком случае мы оставим ее тут на ночь. Даже если схватки опять начнутся, это может продолжаться несколько часов, так что вам не имеет смысла ждать тут.

— Но с ней все в порядке?

— О, в полном порядке. Вам абсолютно не о чем беспокоиться. Знаете, рабби, за всю свою практику мне…