Варвара Клюева - Уникум (Язык мой - враг мой)

- Да мы догадались. Не забивай себе голову.

- Легко тебе говорить! Если этого злосчастного убийцу не поймают, я не отмоюсь до конца жизни.

- Брось. Если Славкам угодно тебя подозревать - на здоровье. Те, кто близко тебя знает, никогда в эту чушь не поверят. А остальные - что тебе до них? Насколько я помню, ты всегда плевать хотела на мнение посторонних.

- Посторонних - да.

- В чем дело, Варька? Что за намеки? Неужели ты думаешь, что мы хотя бы на минуту...

- Я не думаю. Не забывай, я ведь тоже вас близко знаю. Так вот я готова чем хочешь поклясться, что Генрих изо всех сил гонит от себя сомнения. Но рано или поздно они вернутся...

- Перестань. Ну, может, Генрих и усомнился на мгновение. Что тут такого? Ты же сама меня подозревала. И Генрих подумает немного и поймет, что все Славкины домыслы - бред сивой кобылы.

- Что за разговорчики в неурочное время? - гаркнул у нас над ухом Прошка. - Завтра пойдете сортиры чистить.

- Уймись, придурок, - буркнул Марк. - Перебудишь ведь всех.

- Да кого будить-то? Леша, во всяком случае, не спит.

- Правда? - обрадовалась я. - Тащи его сюда, Прошка. Он мне просто позарез нужен.

- Ну конечно! Нас ей, видите ли, недостаточно. Мы ночами не спим, за нее переживаем, а она только о своем драгоценном Лешеньке думает!

- Зачем я тебе нужен, Варька? - Леша вступил в пятно света от костра.

- Мы сейчас убийство будем раскрывать. Без твоей феноменальной памяти нам не обойтись.

- А меня не зовете?! - послышался негодующий возглас Генриха. - Вы собираетесь распутывать убийство без меня?

- А на что ты нам нужен? - удивился Прошка. - Ты только и способен твердить: тот не мог этого сделать, этот ни за что на свете, а о той вообще говорить не приходится! Эдак мы до зимы тут просидим и ни на миллиметр с места не сдвинемся!

- А ты уверен, что без Генриха сдвинемся? - усомнился Леша. - Мы уже почти неделю разные версии выдвигаем и тут же обратно задвигаем.

- У меня есть план, - сообщила я. - Давайте поиграем в логическую игру. Предположим, у всех нас были какие-то мотивы для убийства. Серьезные или нет не имеет значения. Например, нас с Марком на убийство личная неприязнь толкнула. Прошка из любви к комфорту убил - понял, что, если Мирон будет вертеться у нас под ногами, спокойного отпуска нам не видать как своих ушей.

- Ну конечно! - обиделся Прошка. - Я сразу смекнул, что с парочкой трупов у нас тут наступят тишь да гладь да божья благодать.

- Ты просто всего не предусмотрел. Думал, гибель Мирона спишут на несчастный случай, безутешная вдова отправится восвояси оплакивать кончину любимого супруга, а нас все оставят в покое. Кто же знал, что Нинка обвинит нас в убийстве?

- А у меня какой мотив? - заинтересовался Генрих.

- Тебя мы, так и быть, из круга подозреваемых выводим.

- Почему?

- Нечего было разъезжать по Симферополям, пока у нас тут происходили самые важные события... Так, ну, со Славками понятно, они с Мироном фирму не поделили. Татьяна, та тоже, по всей видимости, особой симпатии к Мирону не питала, вот и решила, что нечего ее мужу черт-те с кем дружбу водить. С Ирочкой еще проще. Кто-то - Мирон или Нинка - пренебрежительно отозвался о ее внешности или актерском мастерстве.

- А я? - спросил Леша.

- Ты... ну, например, ты из рыцарских побуждений Мирона столкнул - не вынес его гнусных оскорблений в мой адрес.

- Ага. А потом из тех же побуждений задушил подушкой спящую Нину.

- Ну, не знаю, Леша. Придумай себе какой-нибудь мотив.

- Не буду я ничего придумывать. Не было у меня мотива!

- Не будь свиньей, Леша! - возмутился Прошка. - Так нечестно! У всех мотивы есть, а у него нет.

- Леша убил из любви к искусству, - предложил свою версию Марк.

- Ладно, - согласился Леша, - пусть будет из любви к искусству. Дальше-то что?

- А дальше, - продолжила я, - мы восстановим все свои действия во время пьянки и выясним, у кого была благоприятная возможность избавиться от Мирона. Потом переберем всех полученных кандидатов в убийцы и по характерам выявим самого подходящего.

- Да в том-то и дело, что возможность была у каждого! - воскликнул Прошка. - Когда Мирона столкнули, мы не знаем, а из-за стола в разное время выходили все. По одиночке. И к Нине в палату все, кроме Марка и Леши, заглядывали, но исключать нельзя и их, потому как они запросто могли промолчать о своем визите. Мы, как нарочно, разбрелись в пансионате в разные стороны.

- Да, если возможности рассматривать, нам не удастся даже сузить круг подозреваемых, не то что вычислить убийцу, - согласился Марк. - А чем вам не нравится предложение вспомнить все события, которые произошли с момента нашей встречи с Мироном? Я уверен: какое-то из них и стало причиной убийства.

- Генрих уже говорил тебе: если иметь в виду, что убил кто-то из Славок или их жен, то событие, послужившее причиной убийства, могло произойти до нашей встречи, - напомнила я.

- Во-первых, это сомнительно. Убийца не мог столько медлить, ведь он рисковал, что его мотивы станут известны кому-то еще. Подумай, три супружеские пары, причем мужья - близкие друзья. А женщины, как известно, любят посплетничать. Разве в такой компании можно что-нибудь долго друг от друга утаивать? Во-вторых, пусть даже ты права. Но что нам мешает попробовать? Других-то разумных предложений не поступало.

- Ну хорошо, - согласилась я. - Давайте попробуем. Тогда по твоей же теории надо начинать с событий того дня, когда погиб Мирон. Если убийца не мог медлить, то, вероятнее всего, убил он в тот же день, когда у него появился мотив. Согласны? Тогда начинай, Леша.

Леша зачем-то посмотрел на часы, потом в пространство, потом снова на нас.

- А с какого момента начинать? С появления Мирона и Славок?

- Нет, - решительно сказала я. - Давай с самого утра. Априори никого исключать не будем.

- Утром мы поругались из-за воды. Прошка никак не хотел за ней идти, а вы с Генрихом и Марком должны были отправиться в пансионат позже. В конце концов Прошку все-таки уломали, и мы с ним ушли. Что в это время происходило тут, я, естественно, не знаю.

- Ничего не происходило. Мы с Генрихом играли с Эрихом и Алькой в "вышибалы", Марк раскладывал пасьянс, Машенька варила кашу. А что было в пансионате? Вы встретили кого-нибудь из участников событий?

- Нет. Никого не встретили и ни к кому не заходили. Прошка торопился назад, завтракать.

- За завтраком дети стали жаловаться на животы, и Машенька решила отвести их к врачу, - вспомнила я. - Генрих пошел с ними. Твоя очередь, Генрих.

- Мы сразу пошли к Славке с Татьяной, но в номере их не застали. Комнаты Ярослава с Ириной и Мирона с Ниной тоже были заперты. Машенька оставила меня с детьми ждать, не появится ли кто-нибудь, а сама пошла искать Татьяну на пляже. Скоро они вернулись, и Татьяна сразу отвела нас в медпункт к Николаю. Николай осмотрел детей и предложил подержать их два дня в изоляторе, пока не будут готовы анализы. Машеньке он тоже предложил остаться. Потом я сходил искупался и увидел на пляже Ирину. Она сказала мне, что Славки и Мирон на корте, и я отправился туда.

- Ирочка была одна?

- Не знаю. Рядом сидели два незнакомых молодых человека, но, может, они были сами по себе...

- Она с ними не разговаривала?

- По-моему, разговаривала, но это мог быть разговор случайных соседей по пляжу.

- Ясно. Ты нашел Славок и Мирона?

- Да. Нина была там же - они играли парами. Я не хотел им мешать, сказал только, что мы с детьми здесь, в медпункте. Нина спросила, что случилось и не отменяется ли сегодняшний ужин. Потом договорились, что вечером они зайдут за мной и мы пойдем к вам вместе. Потом я вернулся к своим, Машенька ушла купаться, а я читал Эриху с Алькой книжку. Машенька вернулась и сказала, что видела Варьку. Потом мы поиграли с детьми, покормили их, уложили спать, поговорили, опять поиграли с детьми, а потом заглянули наши дамы, обменялись с Машенькой несколькими фразами, и мы отправились в лагерь.

- О чем вы говорили по дороге?

- Говорила в основном Ира. Честно говоря, я не очень хорошо помню о чем. Вроде бы о том, как она победила на каком-то танцевальном конкурсе и ее пригласили в балетную школу, а тамошний преподаватель в нее влюбился... и почему-то уехал за границу.

- Почти не одеваясь, в Баден-Баден, - пробормотала я себе под нос.

Прошка и Марк фыркнули.

- Нет, куда-то в Америку, - простодушно поправил меня Генрих.

- И вы так и слушали ее всю дорогу? Больше никто ни о чем не говорил?

- А ты думаешь, у них была такая возможность? - скептически заметил Марк.

- Честно говоря, не было, - подтвердил Генрих.

В этот момент до меня дошло, что сейчас настанет время рассказывать о приходе Славок и Мирона и о нашем скандале. У меня прямо похолодело все внутри от мысли, что Генрих все-таки услышит эту безобразную историю.

- Так, - сказала я дрогнувшим голосом. - Значит, вы добрались до нас. Леша, что было дальше?

Марк с Прошкой отлично поняли мой сигнал бедствия и бросились на помощь.