Убийство в час быка - Ирина Градова
– Это не тот ли Гургенян…
– Тот самый. Я вам больше скажу: вы наверняка слышали о громком деле Сайко, да? Его забили насмерть и сож…
– Господи, Антон, да кто ж об этом не знает! – воскликнула Суркова. – Наверное, только глухой не слышал… А почему вы о нем упомянули, ведь дело, насколько мне известно, передали в прокуратуру?
– Так дочь и сын этого самого Гургеняна проходят там обвиняемыми!
– Да вы что?!
– Не находите, что наше убийство похоже на то? Жертва забита насмерть и сожжена, разница лишь в деталях!
– Четыре года назад им было…
– От пятнадцати до семнадцати лет.
– Но в деле много обвиняемых…
– Верно, – кивнул Антон, доставая список. – Во-первых, эти самые Гургеняны. Далее Леднев, Левкина, Треплев, Житков, Кузичев и Игнатьева… Правда, с последней снят статус подозреваемой: нынче она проходит как свидетель. А теперь взгляните на списочек из Парголово, – и он пасанул собеседнице через стол файл с листом формата А4.
Алла схватила его и жадно пробежала глазами.
– Та-а-ак, – протянула она, – здесь нет Игнатьевой, зато есть некие Иванова, Зудин, Алексахина, Тихонов и Константинов.
– Я навел справки: эти ребята отсутствовали на месте убийства Сайко. Зато выяснилось, что Гургеняны, Левкина, Леднев, Треплев и Житков, оказывается, ходили в одну и ту же элитарную гимназию, а по окончании поступили в одно высшее учебное заведение, только на разные факультеты!
– Как интересно… Получается, эта компашка давно вместе?
– Ага, и вкусы к «развлечениям» у них одинаковые!
– Погодите, Антон, еще ничего не доказано!
– Да чего тут ждать-то, Алла Гурьевна? У нас есть свидетель, пусть и неидеальный, есть список отдыхавших на базе отдыха в то самое время и есть очень похожее дело гражданина Сайко…
– Вот именно, Антон, – закивала Суркова, – давайте действовать аккуратно и постепенно, хорошо? Мы обязательно используем нашего свидетеля: попросите Александра Белкина найти снимки предполагаемых фигурантов в соцсетях, а также пусть он отыщет любую информацию о них, которая может нас заинтересовать.
– Делается, Алла Гурьевна, – буркнул оперативник, которому, похоже, все и так было ясно. – Что еще?
– Я поработаю со списками: судя по всему, самая крепкая связка – эти шестеро, – Суркова ткнула пальцем в лежащие на столе бумаги. – Гургеняны, Леднев, Житков, Треплев и, э… – она заглянула в список, – Левкина.
– Запросить у прокуратуры разрешение на допрос? Я навел справки: кто-то в СИЗО, а кто-то под домашним арестом.
– Вы узнавали, кто из прокуроров взял дело Сайко?
– Пак.
– О!
– Ага.
– Что ж, это даже к лучшему: Евгений Пак – разумный человек и не станет препятствовать нашему расследованию!
– И дерется как Брюс Ли… – мечтательно протянул Шеин, вспоминая свое знакомство с зампрокурора города, когда тот махом уложил здоровенного громилу, раскидавшего их с Дамиром, словно детские игрушки[12].
– Ну, эта его способность, хоть и, безусловно, замечательная, нам вряд ли пригодится, – заметила Алла. Она припомнила, что совсем недавно Лера Медведь тоже упоминала имя Пака, но в связи с ее собственным делом об убийстве педагога балетной академии. Совпадение?
– Пожалуй, я встречусь с Евгением Михайловичем, – проговорила она. – Кажется, у нас появилась общая тема для беседы! А вы пока что ни в коем случае не пытайтесь цепляться к обвиняемым Пака: после разговора с ним я решу, что делать. Сейчас лучше разыскать тех, кого нет в списке по делу Сайко – возможно, этим людям есть что рассказать о своих приятелях! На данный момент ваша задача – предъявить нашему парголовскому свидетелю снимки предполагаемых злодеев…
– Алла Гурьевна, неужели вы рассчитываете, что Лаптев кого-то опознает? – перебил следователя Шеин. – Все произошло четыре года назад, он находился под парами…
– Попытка не пытка: скажите Белкину, чтобы он искал в интернете фотографии и видео более давние, примерно того же времени, когда произошло убийство в Парголово. В этом случае Лаптеву легче будет опознать подростков, ведь с тех пор они, должно быть, изменились.
– Интересно, что тогда они не выложили в Сеть никаких видео, – сказал Антон. – Насколько я понял, дело Сайко прогремело именно потому, что злодеи разместили свидетельство своего преступления в интернете!
– Точно! – воскликнула Алла. – Они их не выложили, но я практически уверена, что юные подонки не могли устоять перед искушением запечатлеть свои деяния «для истории»!
– Полагаете, они сохранили доказательства содеянного? Столько лет прошло!
– Поверьте, Антон, так и есть: подобные персонажи берегут память о таких вещах, как маньяки хранят фетиши своих жертв – нам только нужно нащупать самое слабое звено в этой связке и потянуть за него, и тогда посыплется вся конструкция!
– Я с трудом себе представляю, что кто-то станет держать у себя свидетельство собственных преступлений… О маньяках я не говорю, но ведь эти детишки не психические, они просто сволочи!
– Человеческая психика – материя тонкая, – вздохнула Алла. – Грань между так называемой «нормальностью» и душевной болезнью очень тонка!
– Душевной болезнью может заболеть лишь тот, у кого есть душа! – фыркнул Шеин. – А у этих нелюдей ничего подобного не наблюдается…
* * *
Леонов сидел напротив Леры с хмурым выражением лица: он явно не был настроен на откровенный разговор. Она сделала вид, что читает разложенные перед ней на столе бумаги, но на самом деле тянула время в надежде, что подозреваемый заговорит первым. Лера понимала, что против него у нее не так много «фактуры» – во всяком случае, пока не готовы результаты экспертизы. Которая могла вообще не состояться, ведь разрешение на обыск в съемной квартире Леонова Лере пришлось выбивать при помощи Сурковой! Однако она не слишком рассчитывала, что подозреваемый настолько глуп, чтобы не уничтожить доказательства причастности к гибели отца.
– Почему я все еще здесь? – проскрежетал Леонов, и Лера поздравила себя с тем, что, по крайней мере, этот раунд за ней. – Адвокат говорит, у вас на меня ничего нет, так зачем вы продолжаете держать меня в камере?
– У нас есть такое право, – спокойно ответила ему Лера. – Если вы не виновны, вас отпустят…
– Я его не убивал!
– Вы солгали.
– Когда это?
– Ваше алиби не подтвердилось! В журнале дежурств и вправду стоит ваше имя, но смену за вас отрабатывал ваш коллега, Сергей Никифоров.
Леонов поджал губы и ничего не ответил. А что тут скажешь: камеры видеонаблюдения в банке зафиксировали того, кто на самом деле работал в тот день.
– Вижу, что возразить вам нечего, – продолжала Лера. – Может, у вас имеется другое алиби? Тогда советую его раскрыть, иначе…
– А если нет, то что? – с вызовом спросил подозреваемый. – Что у вас есть на меня? Ни моих отпечатков пальцев на месте убийства, ни…
– Сейчас в вашей
