Закон Зверя. На пороге безумия - Таис По

– С тобой хотят заключить долгосрочную сделку. Он должен еще раз убедиться в том, что мадам Ришар не ошиблась.

Дебби говорила несколько монотонно, как-то заученно. Напряжение внутри Скарлетт стремительно возрастало. Напарница внезапно оторвалась от работы и обеспокоенно проворчала:

– Как бы то ни было, будь осторожна.

– Потому что от него зависит, возьмут меня или нет?..

– Потому что с ним точно надо следить за словами. Даже за тем, что и как думаешь. Винсент Синклер – человек с огромной властью, не забывай об этом. Но я тебе ничего не говорила.

– Не подскажешь, какой мне номер нужен?

– У кабинета Винсента Синклера нет номера. Просто поднимайся на пятый этаж, иди прямо по коридору до конца и сверни направо.

Скарлетт уже была на этом этаже, когда посещала Адама Синклера. Однако не уходила вглубь коридора в самую дальнюю рекреацию. Тишина, царившая здесь, нагнетала. Девушка могла слышать каждый свой шаг. Здесь никто не жил, кроме отца и сына, поэтому невозможно было окунуться в шум гостей за дверями.

Когда она дошла до нужной комнаты, услышала тихие голоса.

«Хоть кто-то здесь подает признаки жизни…» – с облегчением подумала Скарлетт.

Винсент Синклер уже принимал кого-то у себя, потому что девушка могла различить два мужских голоса, доносящихся из-за двери. Скорее всего, один из них принадлежал хозяину отеля, но слух едва улавливал происходящее в кабинете.

Скарлетт прижалась ухом к двери и замерла, прикрыв глаза. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы сосредоточить все свое внимание на мужских голосах. В одном из них она совершенно точно узнала Найла.

«И снова он… Сначала Каспер, теперь сам Винсент Синклер. Найл наверняка знает намного больше, чем я…» – догадалась администраторша.

Винсент был дальше от двери, поэтому его слова она слышала лишь отрывками.

– Кроме того, я замечаю, что мое настроение может внезапно меняться, – послышался тихий голос Найла.

– Как именно?

– Иногда я чувствую себя энергичным, полным жизни, а в другие моменты становлюсь подавленным, апатичным и раздражительным. Я не понимаю, почему это происходит. Я бессилен перед своими демонами.

– И что вы испытываете в данный момент?

– Гнев.

– Гнев – это нормальная человеческая эмоция, которой не стоит стыдиться. Однако в вашем случае это может превратиться в проблему. Для вас же самого.

– Уже превращается.

– Вы рисуете, как я вам и советовал?

– Нет… У меня совершенно отсутствует вдохновение.

– Арт-терапия помогает интегрировать разные аспекты своей личности и создать единую идентичность. Через творческий процесс они могут визуализировать свою проблему и взаимодействовать друг с другом.

– Собрать себя по кусочкам…

– Именно. Также рисование помогает развивать навыки саморегуляции, так как вовлекает вас в процесс и требует особой концентрации, что способствует более эффективной регуляции эмоций. Итак, наша беседа подходит к концу.

– Да? Время здесь летит так быстро…

Когда Скарлетт услышала шаги, направленные в ее сторону, она успела отойти на приличное расстояние, чтобы сделать вид, будто только подошла.

Девушка попыталась изобразить удивление:

– Мистер Такер?

Найл выглядел озадаченно и даже несколько испуганно. Он нервно поправил ткань на своем лице и спросил:

– Ты? Что ты тут?..

Из-за двери послышался громогласный окрик хозяина отеля, приглашающий девушку войти внутрь.

– Я, пожалуй, пойду, раз меня зовут, – Скарлетт быстро обошла застывшего в проеме Найла и скрылась в кабинете начальства.

Рабочий кабинет Винсента Синклера был самым роскошным номером, который когда-либо видела девушка, хотя, казалось бы, ее давно должен был перестать удивлять здешний лоск.

– Добрый вечер, мистер Синклер.

– Добрый вечер, мисс Кацен. Присаживайтесь, пожалуйста.

Мужчина указал на кушетку, которая подозрительно напоминала кресло для терапии. Во всяком случае, в фильмах, которые смотрела Скарлетт, оно так и выглядело. Девушка уселась на самый краешек и неловко поерзала на месте, прежде чем снова поднять глаза на начальника. Винсент сел напротив и сложил руки на коленях. Крупные сухие ладони мужчины легонько постукивали по подлокотникам кресла в такт призрачной музыке, звучащей лишь в его голове.

– Как вам работа в отеле?

– Меня все вполне устраивает.

– Вполне? – переспросил Винсент. – И что же исключает возможность полностью насладиться этой должностью?

С чего бы начать? С говорящих чучел? Монстров? Людей, которые угрожают моей жизни?

Естественно, о всем этом девушка умолчала. Вместо этого она сухо пояснила:

– Много работы. Я полагаю, вы и сами знаете.

– Это правда, сотрудников у нас поубавилось. Но и гости постепенно покидают остров. Уверяю вас, что в ближайшем будущем станет легче.

Хозяин отеля закинул ногу на ногу и задумчиво уставился куда-то сквозь девушку. На короткое мгновение Скарлетт поймала себя на мысли, что в отдельных жестах и манере поведения отец с сыном все же крайне идентичны.

«Интересно, а сколько он тут собирается меня держать?» – подумала девушка.

Она все еще помнила едкий дым дорогих сигар, от которого щипало в глазах, и обжигающий, внимательный взгляд в спину. Сейчас хозяин отеля вел себя не так, как в охотничьем домике в их последнюю встречу. Винсент был намного более приветлив и дружелюбен.

«Но всему есть свои причины», – пронеслось у девушки в голове.

В ту же секунду, считав напряжение собеседницы, Винсент вдруг встал с места и начал медленно, размеренно вышагивать по комнате. Каблуки его кожаных ботинок отбивали вполне четкий ритм, который действительно странным образом успокаивал.

– Вы знаете, чем я занимаюсь, помимо ведения дел в отеле?

Задаете много вопросов сотрудникам.

Скарлетт откашлялась, прежде чем ответить:

– Кажется, да… Вы ведь также управляющий острова… Мэр, наверное, или как это тут называется.

– Мэр? Да, можно и так сказать… – Винсент хитро прищурился. – А на кого учился Адам… Он случайно не рассказывал?

– Кажется, нет, – девушка не понимала, к чему ведет их разговор. Винсент плутал, ходил рядом, но почему-то не спрашивал прямо. Из-за этого становилось только тревожнее.

Скарлетт озарило странное предчувствие: «Я бы хотела уйти отсюда».

– Адам поступал в медицинский вуз, чтобы стать клиническим психологом или психотерапевтом. Однако обучение далось ему тяжело, по всей видимости, и Адам перешел на факультет зарубежной литературы. Жаль, он не стал талантливым поэтом.

Винсент остановился напротив портрета человека со знакомыми девушке отдельными чертами и никак не вспоминающимся именем:

– Он хотел стать как я. Стать мной. Но не получилось.

Скарлетт нахмурилась.

Что означает – стать мной?

В кабинете стало заметно холоднее. Девушка подвинулась ближе к краю кушетки, чтобы быть готовой в любой момент покинуть это место. Синклер-старший медленно повернулся к ней и поинтересовался:

– Вы хотите уйти?

Да как он?..

Скарлетт нервно сглотнула и больно прикусила губу. На какое-то время это заменяло девушке обкусывание кожи вокруг ногтевой пластины, когда она находилась