Джон Гришем - Уличный адвокат

У передней решетки, решил я, пожалуй, безопаснее, чем у стены, и, не обращая внимания на взгляды, уселся на полу спиной к двери. Чей-то голос истошно призывал охранника.

В клетке наискосок от меня вспыхнула драка: двое негров могучего телосложения молотили по голове парня в дорогом темно-синем костюме. Зрители восторженно вопили.

Не самый подходящий момент вспомнить: я белый.

Послышался пронзительный свист, дверь распахнулась, и в коридоре возник Кэффи с резиновой дубинкой в руке.

Побоище мгновенно прекратилось, пьяный без движения лежал на животе. Кэффи осведомился, в чем дело. Никто ничего не слышал и не видел.

- Чтоб больше ни звука!- Кэффи удалился.

Тянулись минуты. Пьяный застонал; кого-то стошнило.

Один из негров слез с нижней койки, босые ступни остановились в нескольких сантиметрах от меня. Я поднял на негра глаза и сразу отвел в сторону. Негр смотрел в упор. "Конец!" - подумал я.

- Хороший пиджак,- обронил босоногий.

- Спасибо,- пробормотал я в надежде, что благодарность не покажется ему радостью.

На мне был старый блейзер - я носил его каждый день с джинсами. Жертвовать здоровьем ради одежки я не собирался.

- Хороший пиджак.- Босоногий придвинулся ближе.

Негр с верхней койки спрыгнул на пол.

- Спасибо,- повторил я.

Лет восемнадцати-девятнадцати, высокий и мускулистый, ни грамма жира. Похоже, член банды, всю жизнь провел на лице. Не терпится произвести впечатление на сокамерников. Нашел легкую добычу.

- У меня такого хорошего нет.- Юный босяк слегка толкнул мою ногу, провоцируя.

Блатные замашки. Но украсть блейзер нельзя - некуда с ним бежать.

- Хотите поносить?- спросил я, по-прежнему глядя в сторону.

- Нет.

Я подтянул колени к подбородку, уходя в глухую защиту.

Ни в коем случае не отвечать ударом на удар - любое сопротивление вызовет мгновенную реакцию остальных. Пятерка отлично позабавится, пиная ненавистного белого.

- Друг говорит, у тебя хороший пиджак,- сказал негр с верхней койки.

- Да. Я поблагодарил его за комплимент.

- Он говорит, у него такого нет.

- И что делать?

- Всегда приятно получить подарок.

К двоим присоединился третий, замкнув полукруг. Босоногий вновь толкнул меня ногой, остальные явно ждали, кто начнет драку. Я снял блейзер и протянул им.

- Подарок?- уточнил босоногий.

- Вам виднее.

От удара ногой голова моя резко стукнулась о толстый металлический прут.

- О черт! Берите.- Не позволить убить меня.

- Подарок?

- Да.

- Спасибо, приятель.

- Не стоит.- Я потер щеку. В голове гудело.

Троица оставила меня в покое.

Я потерял всякое представление о времени. Темно-синий костюм подавал слабые признаки жизни; кто-то опять вал охрану. Мой подарок юнец не надел. Блейзер просто растворился в камере.

Лицо пылало, но крови не было. Если ударов больше не последует, могу считаться счастливчиком. Обладатель зычного баса заявил, что хочет спать. Я попробовал представить, что ждет меня ночью. Две узкие койки на шестерых.

Спать на полу, без подушки и одеяла? Пол, между прочим, становился холоднее.

Исподтишка поглядывая на соседей, я пытался угадать, какие преступления они совершили. Да, я позаимствовал чужое досье, но с безусловным намерением вернуть. Неужто за такую ерунду я должен разделить участь торговцев белой смертью, угонщиков автомобилей, насильников, а может, и убийц?

Не испытывая никакого аппетита, я подумал о еде. Зубной щетки у меня не было. В туалет не хотелось, но что будет, когда приспичит? Есть ли тут питьевая вода? Самые примитивные вещи приобрели огромную значимость.

- Хорошие тапочки.

От неожиданности я вздрогнул.

Надо мной возвышался тип в грязных белых носках, ступни его были на несколько сантиметров длиннее моих.

- Спасибо.

Похоже, речь о разношенных кроссовках. Будь они баскетбольные, могли бы представить для парней интерес, а так...

- Какой размер?

- Десятый.

Подошел босоногий:

- И у меня.

- Может, они вам как раз?- Я начал развязывать шнурки. - Прошу принять в подарок.

Босоногий невозмутимо забрал кроссовки.

"А как насчет джинсов и трусов?" - готов был спросить я.

В семь вечера появился Мордехай. Кэффи вывел меня из камеры, и мы поднялись наверх.

- Где кроссовки?- спросил Мордехай.

- Там.

- Вернут.

- Спасибо. У меня был еще блейзер.

Мордехай всмотрелся в ссадину на левой щеке.

- Ты в порядке?

- Все замечательно. Я свободен!

Залог составил десять тысяч долларов. Я заплатил тысячу наличными и подписал необходимые бумаги. Кэффи принес кроссовки, блейзер, мои испытания закончились.

За рулем машины нас ждала София.

Глава 27

За падение с небес на землю нужно платить. Царапины, полученные в аварии, почти зажили, но неприятные ощущения в мышцах и суставах по-прежнему давали о себе знать. Я довольно быстро худел; ежедневные обеды в ресторанах стали не по карману, да и вкус к еде пропал начисто. От спанья на полу ныла спина. Я продолжал эксперимент в расчете, что рано или поздно привыкну, однако расчеты внушали серьезные сомнения.

А теперь удар ногой. Пока хватало терпения, я прикладывал к шишке лед, но иногда, просыпаясь среди ночи и ощупывая голову, пугался, что шишка растет.

И все-таки меня переполняло счастье: я уцелел после двухчасового пребывания в аду. Ближайшее будущее перестало внушать ужас, на какое-то время можно было забыть о копах, прячущихся в тени.

Обвинение в краже со взломом не очень располагало к веселью: максимальный срок наказания предусматривал десять лет тюрьмы. Но об этом будет время подумать.

В субботу утром я вышел из дома пораньше, торопясь купить свежую прессу. Ближайшая кофейня, которой заправляла многодетная семья пакистанцев, располагалась в двух кварталах от меня. Устроившись за стойкой, я заказал большую чашку кофе с молоком и раскрыл газету.

Мои друзья в "Дрейк энд Суини" всегда отличались умением планировать свои действия. На второй полосе я увидел собственную фотографию - из рекламного проспекта фирмы, изданного несколько лет назад. Негативы были только у них.

Заметка из четырех столбцов оказалась информативной: фирма поделилась с журналистом почти всем, что знала обо мне. Ни одного личного мнения не было. Поместили ее в газете с единственной целью - унизить меня. Заголовок аж кричал:

ГОРОДСКОЙ АДВОКАТ АРЕСТОВАН

ЗА КРАЖУ СО ВЗЛОМОМ!

Далее следовало описание папки.

Но плевок, по сути, вышел жидким - кучка крючкотворов переругались из-за каких-то бумажек. Кому, кроме меня и моих знакомых, до этого дело? Слишком много вокруг происходит событий гораздо более сенсационных, чем мой проступок. А стыд я, пожалуй, перенесу. Без особых усилий я представил, как Артур с Рафтером в течение долгих часов уточняли план моего ареста, смаковали его последствия. Часы наверняка будут включены в счет, который фирма выставит "Ривер оукс", непосредственно заинтересованной в скорейшем возвращении компрометирующих документов.

Ах, какой скандал! Четыре колонки в субботнем выпуске!

Пончиков с фруктовой начинкой пакистанцы не готовили. Купив вместо них овсяного печенья, я поехал в контору.

Руби спала на крыльце, укрывшись старыми пледами, голова покоилась на огромной холщовой сумке, набитой пожитками. Кашлянув, я разбудил Руби.

- Почему ты спишь здесь?

- Должна же я где-то спать.- Она уставилась на пакет с печеньем.

- А я думал, ты спишь в машине.

- Так оно и есть. Почти всегда.

Спрашивать бездомного, почему он спит здесь, а не там, без толку. Кроме того, Руби голодна. Я отпер дверь, зажег свет и пошел варить кофе. По сложившейся традиции, Руби уселась за столом в большой комнате, похоже, привыкла считать его своим.

Мы пили кофе, грызли печенье и читали газету: одну статью я выбирал для себя, другую - для Руби. Заметку "Дрейк энд Суини" проигнорировал.

- Как ты себя сегодня чувствуешь?- спросил я, когда кофе был выпит.

- Великолепно. А ты?

- Замечательно. И без всякой дозы. Ты тоже можешь этим похвастаться?

Щека у Руби дрогнула, взгляд скользнул вбок. Для правдивого ответа пауза затянулась.

- Да. Могу.

- Не лги, Руби. Я твой друг и адвокат, и я собираюсь помочь тебе вернуться к Терренсу. Но у меня ничего не выйдет, если ты будешь лгать. Теперь посмотри мне в глаза и скажи правду.

Глядя в пол, она прошептала:

- Без дозы я не могу.

- Спасибо, Руби. Почему ты убежала вчера с собрания?

- Я не убегала.

- С одного. А с другого ушла, директриса сказала.- Меган позвонила мне за несколько минут до прихода Гэско.

- Я думала, все кончилось.

У меня не было намерения ввязываться в спор, который нельзя выиграть.

- Ты собираешься сегодня к Наоми?

- Да.

- Хорошо. Я подвезу тебя. Обещай сегодня сходить на оба собрания.

- Обещаю.

- Ты должна приходить на них первой, а уходить последней, ясно?