Уцелевшая - Лесли Вульф

— Этот человек очень хорошо организован и отличается высокой степенью самоконтроля. Он белый. Пятнадцать лет назад, когда была убита семья Уотсон, ему было около двадцати пяти лет. Таким образом, сегодня ему от сорока до пятидесяти, — дал ориентировку Маккензи.

Присутствующие перестали ерзать и переминаться ноги на ногу. В дело пошли блокноты и смартфоны.

— Он настолько успешно подражал образу действий Кеннета Гарзы, что ввел в заблуждение правоохранительные органы и до сих пор оставался вне их поля зрения. Мой опыт подсказывает, что это характеризует его, как высокоинтеллектуального индивидуума с высочайшим уровнем самоконтроля. У него мог быть привод за изнасилование, одноразовое заключение под стражу, после которого он никогда больше не попадался, поскольку способен учиться на собственных ошибках. Не исключено, что его подозревали в изнасиловании, но он не был осужден. В любом случае он хорошо интегрирован в общество и может быть преуспевшим и устроенным человеком. Среднестатистическим представителем среднего класса. Может быть женат и даже иметь детей.

Маккензи остановился, давая слушателям возможность все записать.

— Убийства происходили на протяжении многих лет, что говорит о высокой степени самоконтроля несуба. В течение семи лет он копировал Семьянина и совершил убийство трех семей, о которых нам известно. Мы все еще пытаемся установить его первое преступление. Как только мы преуспеем в этом, нам будет легче понять его мотивы. Уотсоны не являлись его первыми жертвами, учитывая то, как тщательно он подготовился к их убийству. Это было идеально исполненное преступление, однако одна жертва выжила.

Некоторые детективы оторвались от блокнотов. Один неуверенно поднял руку:

— Э-э… вы описываете обычного белого представителя среднего класса. Чем это нам поможет?

Спец из Куантико отреагировал без тени замешательства:

— Я понимаю, что задача сложна, но, пожалуйста, учтите, это предварительный профиль. В дальнейшем над ним продолжат работать детективы Мичовски и Фраделла совместно со специальным агентом Уиннет. И по мере продвижения к цели они будут снабжать вас новыми данными. — Маккензи перевел дыхание и продолжил: — Некоторые интересные детали могут появиться в ходе сеансов регрессивного анализа Лоры Уотсон.

Он посмотрел на полицейских, ожидая новых вопросов, потом заговорил снова:

— Этот человек — жаждущий власти сексуально озабоченный садист. Проверьте ранее совершенные нераскрытые изнасилования, спорные случаи, приписанные другим подозреваемым, но не подходящие под их профиль. Проверьте недавние дела, в которых превалировал сексуальный мотив: продолжительное изнасилование, сопровождаемое пытками, закончившееся смертью жертвы.

На этом Маккензи жестом призвал задавать вопросы. Тесс переступила с ноги на ногу — ей не хотелось манипулировать неплохим человеком и блестящим профессионалом. И она нашла достойное компромиссное решение: в личной беседе попросить криминального психолога замолвить словечко перед ССА Пирсоном насчет охраны Лоры Уотсон.

— Если об этом станет известно, мы будем выглядеть как идиоты, — высказался молодой детектив с задних рядов. — Люди станут возмущаться и паниковать.

— Тем более не стоит разглашать закрытую информацию, пока несуб не пойман. А потом мы сможем сделать заявление, но ни минутой раньше.

— Может, я перестраховщик, но разве нам не стоит опасаться за жизнь Лоры Уотсон?

Тесс улыбнулась, ей захотелось обнять немолодого детектива из первого ряда, задавшего этот вопрос.

Маккензи бросил на нее удивленный взгляд, и ее улыбка тут же испарилась.

— Насколько мне известно, несуб не знает о том, что мы вновь открыли дела. Единственное, что внушает опасения, это заявление Лоры, которое она сделала в телеинтервью, о том, что собирается пройти курс регрессивной психотерапии по новой революционной методике. Однако, — психолог поднял руку, призывая к тишине, — существуют сотни телеканалов. Вероятность того, что несуб увидел именно это телешоу и почувствовал угрозу, по моему мнению, невелика. Если мы будем соблюдать осторожность, если в прессу никаких утечек не будет, риск для Лоры Уотсон останется минимальным.

Задавший вопрос детектив, похоже, не был удовлетворен, так же как и Тесс. Что происходит со всеми? Ну почти со всеми. Неужели они не видят опасности? Если бы она была на месте несуба, то уже позаботилась бы о том, чтобы заткнуть единственного человека, который может упечь ее за решетку. Лоре, похоже, везло, или существовала еще какая-то причина, оттягивавшая неминуемую развязку. Хотя с каких это пор промедление маньяка считается везеньем?

— Спасибо всем, — объявил Маккензи. — Когда появится новая информация, мы вам сообщим. — Он повернулся к Тесс и продолжил на тон ниже: — Звоните в любое время. Был рад помочь.

Криминальный психолог собирался покинуть Управление, но Тесс схватила его за рукав.

— Не могли бы вы замолвить словечко Пирсону насчет охраны для Лоры? — Она разжала пальцы, внезапно осознав, что посягнула на личное пространство другого человека, и пробормотала: — Простите.

Маккензи с секунду изучал ее озабоченное лицо, потом улыбнулся:

— Конечно, я ему позвоню.

И психолог решительно зашагал к двери, не сказав больше ни слова. Но тревога так и не оставила Тесс.

Чуть позже, вместе с Мичовски и Фраделлой, она вернулась в конференц-зал.

— Все прошло отлично! — ядовито заметил Мичовски. — Теперь мы знаем намного больше.

— Ну кое-что мы узнали, — ответила Тесс. — Нет повода для сарказма.

— Не стоит ли нам с Гэри начать проверять всех, кто подходит под этот профиль, либо тех, кому предъявлялось обвинение в изнасиловании, или бывших под подозрением насильников, и составить список? — предложил Фраделла.

— Наберется несколько десятков тысяч имен, — произнес Мичовски без воодушевления.

— Ты же знаешь, так частенько всё и начинается, — согласилась Тесс, хотя в ее голосе было больше надежды, чем убежденности. — Длинный список. Потом мы его отфильтруем. Соотнесем пол, расу, и, если повезет, что он мочился в постель достаточно долго и это попало в какие-нибудь документы, у нас появится еще одна зацепка.

— Я думал, истории болезни — это конфиденциальные сведения, — пробурчал Мичовски.

— Так и есть, — кивнула специальный агент и, не желая вдаваться в подробности, умолкла.

День прошел, а Тесс почти ничего нового не узнала и теперь чувствовала себя усталой неудачницей, вынужденной сдавать неопознанному врагу позицию за позицией. Интуиция подсказывала ей, что еще в начале расследования был сбит прицел, допущена досадная ошибка, обнаружить которую удастся, только получив недостающую важную информацию.

— Мне это подходит, — заметил Фраделла. — Мы с Гэри примемся за список, и…

— А как насчет того, чтобы помочь мне найти кейтеринг, который доставит изысканный ужин в забытое богом место типа Райфорда?

Мичовски вскочил и, сделав два шага, остановился в полуметре от Тесс, уперев руки в бока.

— Ты шутишь?! — взревел он. — Ублюдок прикончит тебя!

Парочка голов в оперативном отделе повернулась — полицейские с любопытством глядели на них через стеклянную стену.

— Не-а… не прикончит. Он