Бесплатный сыр для второй мышки - Татьяна Игоревна Луганцева

ее семьей, раз оказался в ее могиле. А что говорит экспертиза? Когда он умер? – спросила Яна.

– Поражаешь меня пытливостью ума, – хитро посмотрел на свою подругу Олег Адольфович. – Умер гражданин Барков примерно четыре года назад. Да, прямо вот отчитался о своем последнем задании и… Перед смертью его пытали. Если он занимался смертью семьи Гордеева, почему его это привело именно сюда? За что его убили?

– Я лох. Рано сдался. Семён Петрович что-то еще нарыл, хотел мне сообщить, но… Если убийца живет здесь, я его найду, – помрачнел Данила.

– Надо действовать быстрее, а то свидетелей остаётся всё меньше и меньше.

– С Пушкиной всё началось, с нее и начнём, – решительно тряхнула головой Яна. – У меня есть план. Нам нужно попасть в психиатрическую клинику.

Данила хихикнул:

– Нам давно там место…

Яна бросила на него гневный взгляд.

– Шутки твои неуместные. Нам нужно навестить директора клиники. У меня есть к нему вопросы.

– В качестве кого мы заявимся к известному психиатру?

– Это предоставьте мне. У меня – главная роль, вы – статисты.

– Кто бы сомневался… – хмыкнул Петров.

Глава семнадцатая

На следующий день Яна сгоняла на местный рынок и купила для себя всё самое дорогое, кричащее, яркое, аляпистое, совершенно безвкусное. Несколько раз она наносила на лицо тональный крем, сушила его феном и кривлялась, чтобы возникли морщинки. Также она утяжелила веки, сузила губы яркой помадой, положила румяна. Она увеличила накладками грудь, талию и бедра. А волосы убрали под соломенную шляпку. Изящные и красивые кисти рук прикрыли ажурными перчатками, которые должны были придать некоторую тайну этому, что греха таить, откровенно-омерзительному образу.

Когда Яна показалась перед своей командой, все дружно охнули.

– Как вам Клара Леопольдовна? – спросила Яна со смехом. – Это у меня еще профессионального набора для грима не было.

– Потрясающе! Феноменально! – рассмеялся Данила. – Я бы тебя не узнал! Как ты так смогла?

– Ты ее еще на сцене не видел! – отметила Ася.

– Надеюсь, увижу! Ты сама на себя не похожа. Прибавила себе годков двадцать.

– Задача выполнена, – улыбнулась Яна. – Теперь ты, дорогой… Я сделаю из тебя мачо! Альфонса! У тебя сложная задача – ты должен изобразить моего молодого любовника…

– Это не сложно, – прервал ее Данила.

– Дослушай! – осадила его Яна. – Роль у тебя такая – ты любишь не меня, а мой кошелёк. Это когда с милой гримасой целуют ручку и сплёвывают за спиной. Тебя надо, наоборот, тотально омолодить. Волосы хохолком, расстёгнутый ворот, брючки поуже. Все напоказ, наружу. И такой взгляд, будто ты можешь всё! Но это не так – ты пустое место. Целиком и полностью зависишь от богатенькой тётеньки, гормонально потерявшей от тебя голову.

– Я не артист…

– Больше молчи и слушай свою мамочку, то есть меня. Так… Где тут моё золото-серебро? – Яна вытряхнула из большой косметички целую груду бижутерии. – Столько украшений! В таком костюме и с такими цацками я бы точно ушла под воду, и ты бы, Даня, ни за что не достал бы меня со дна.

– По-всякому бывает, – ответил Данила. – Если бы не твой пояс со стразами, может быть, я бы тебя не вытащил.

– Ну как? Я тебе нравлюсь? – кокетливо покрутила головкой в кудрявом парике Яна.

– За такой дамочкой, пожалуй, я бы нырять не стал…

– Я буду звать тебя Руслан!

– Как скажешь…

– Молодец! Ну, и наконец ты… – повернулась Цветкова к расслабленно сидящему и наблюдавшему за ними, словно из зрительного зала, Олегу Адольфовичу. – Тут самый легкий вариант, грим не требуется. Выглядишь как психопат. Шучу! Тоже поработаем. Какое тебе имя и отчество сочинить? Интереснее, чем Адольфович, уже не придумаешь…

– Может, мне можно побыть немного с моими именем и отчеством? – надулся патологоанатом.

– Клара Леопольдовна – дама с претензией. – Яна прищурилась и посмотрела на своего друга. – Будешь Иосиф Леонидович. Мой старый, увядающий муж, но при больших деньгах, которые все теперь у меня…

– Смотрю на вас и поражаюсь. Хотелось бы тоже поучаствовать в балагане, но роли для меня нет, – сказала Ася.

– Кто-то должен остаться на свободе на случай, если нас всех упекут в психушку. Будешь вызволять нас, – ответила Яна.

– Ну, с богом, – вздохнул Олег Адольфович, он же Иосиф Леонидович. – По машинам!

Психиатрическая клиника под управлением профессора Севéрина больше напоминала зону особого режима.

– Три контрольно-пропускных пункта! – отметил Данила. – С ума сойти!.. Если пробиваться с боем, будет шумно. Но ничего, пошумим.

– Мы с пациентом к профессору Северину. Нам назначено, – громогласно заявила Яна. – Наши фамилии…

О своем визите Цветкова договорилась лично с профессором.

Охранники сверили их фамилии по своим спискам и пропустили машину.

Холл психиатрической клиники поражал чистотой и каким-то жабьим шиком. Пол под мрамор, но не мрамор, лепнина на стенах, но не лепнина, а дешевая формованная пластмасса, покрашенная золотой краской. Большие, якобы глиняные, пластмассовые горшки с искусственными цветами с огромными глянцевыми, ядовито-зелеными листьями. У Яны невольно зачесалось в носу при виде такого количества пылесборников.

– Это не мавзолей? – шепотом поинтересовался Данила.

Их встретил крупный мужчина с волевым лицом и тяжелым взглядом.

– Клара Леопольдовна? – сразу же вычленил он самое яркое пятно в этой компании.

– Здравствуйте, профессор! Это вот мой муж, собственно, ваш пациент, – пренебрежительно махнула Цветкова рукой на Олега Адольфовича. – Иосиф Леонидович.

Иосиф Леонидович в это время передвигался по холлу маленькими, аккуратными шажками, стараясь наступать только на плитку и ни в коем случае не на плиточный шов.

– Понятно.

– А это… – Клара Леопольдовна навалилась всем своим накладным бюстом на мускулистого Данилу и зарделась как девочка. – Друг нашей семьи Руслан. Без его помощи мне уже никак. И моральной, и физической… Сами видите, в каком состоянии мой бедный Иосиф. Йося, давай быстрее! – подбодрила Яна.

– Да, я понимаю… – кивнул психиатр.

– Неровно, неровно… – бубнил себе под нос Олег Адольфович и следовал за ними.

Кабинет профессора Северина был просторен. Профессор тут же уселся за письменный стол из массива дерева темного цвета. Яна такие терпеть не могла. Напротив стола находился темно-зелёный кожаный диван внушительных размеров. Такие диваны Яна тоже терпеть не могла. Стеллаж с документацией, шкаф с книгами медицинской тематики. Бесшумно идущие напольные часы с маятником и солидный металлический сейф с электронным замком.

– Присаживайтесь, – указал профессор своим гостям на этот страшный диван.

Яна попыталась сесть как всегда, закинув ногу на ногу, но увеличенная талия, живот и бедра не дали ей этого сделать. После нескольких неудачных попыток она успокоилась и жеманно прислонилась к Даниле.

Олег Адольфович не садился, нервно прохаживался около дивана.

– Знаете, профессор, он нервничает в чужих, незнакомых помещениях, ему надо осмотреться. Вы не против?

– Я? Конечно нет… Пусть осматривается. Понять бы степень коммуникабельности…

– Иосиф все больше погружается в какой-то свой мир, и всё реже удается до него достучаться. – Яна сделала скорбное лицо и тут же плотоядно улыбнулась, посмотрев на Данилу – друга семьи.

– Ничего-ничего… Иногда случаются чудеса, – успокоил ее профессор.

– Чудеса случаются за деньги, – холодно зыркнула на него Яна, несколько подаваясь вперед. –