В лабиринтах дождя - Оксана Алексеевна Ласовская

света здесь. Зал был огромным, отделанным в красных тонах. На некотором расстоянии друг от друга стояло штук восемь игровых столов, у каждого из них толклись люди. Играли в основном мужчины, а женщины их подбадривали. У игроков на лицах застыло какое-то маниакальное выражение, они, затаив дыхание, наблюдали за маленьким шариком, крутящимся по рулетке.

— Больные какие-то… — пробормотала я, медленно пробираясь от одного стола к другому и вглядываясь в лица людей. Сердце стучало в груди, ускоряясь всё больше и больше. Израненные ноги в узких туфлях горели огнём, и я еле сдерживалась, чтобы не морщиться при каждом шаге.

Обойдя все залы, я с облегчением покинула казино и нырнула в дожидающееся меня такси. В следующих казино всё повторилось в точности.

Около двух часов, уставшая и больше всего на свете мечтающая уснуть, я поправила макияж, глядя в маленькое зеркальце, и вошла в очередную обитель зла — казино «Роялс».

Пробираясь от стола к столу, я украдкой зевала и, наверное, именно поэтому потеряла бдительность, не заметив двух мужчин в кожаных куртках, идущих в мою сторону.

— Девушка, отойдёмте в сторону, — раздался голос за спиной, и кто-то сильной рукой сжал мой локоть. Сердце ухнуло куда-то вниз и затрепетало испуганной птицей. К щекам прилил жар, а руки, наоборот, похолодели.

— Что вам нужно? — пролепетала я, подняв голову и посмотрев в лицо горилоподобному мужику с приплюснутым носом и жёстким выражением чёрных глаз.

— Идёмте со мной, — велел он и потащил меня к какой-то двери.

— Отпустите меня! — заверещала я и принялась извиваться в его руках, пытаясь освободиться. Но всё было напрасно. Я чувствовала себя мухой, попавшей в лапы гигантского паука.

— Иди-иди! — подтолкнул меня в спину мужик, и вскоре мы вошли в небольшой кабинет.

Каблуки тут же утонули в мягком ковре, которым был застлан пол. Прямо напротив двери стоял массивный, явно дорогой стол из тёмного дерева. За ним, сцепив руки в замок, сидел немолодой мужчина, в чёрном костюме и такого же цвета рубашке, без галстука, с расстёгнутой верхней пуговицей.

— Отпусти её, — велел он «горилле» и кивнул мне на диван, стоящий у противоположной стены. — Присаживайтесь.

На негнущихся ногах я подошла к дивану и примостилась на его краешке с неестественно прямой спиной.

— Что вам от меня нужно? — спросила я и не узнала свой голос.

— Нам? — вскинул брови мужчина. — Это вам что от нас нужно?

— Я совершеннолетняя и имею право посещать казино!

— Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулся одними уголками губ мужчина. — Да только вы пришли сюда не играть, впрочем, как и в восемь предыдущих казино, которые вы посетили за сегодняшний вечер.

— Откуда вы знаете? — одними губами спросила я, судорожно соображая, как выбраться из этой ситуации.

— У нас существует корпоративная этика, — усмехнулся мужчина. — Так что вам от нас нужно? Решили устроить проверку?

— Я ищу подругу! — выпалила я и, увидев интерес в глазах мужчины, принялась врать: — Два месяца назад Алина пристрастилась к рулетке и теперь спускает в казино все деньги. А у неё сын маленький! Сегодня она получила зарплату и исчезла. Мне позвонила её мать и, рыдая, попросила найти дочку. Вот я и отправилась по казино.

— Не нашли? — спокойно поинтересовался мужчина.

— Нет, — стушевалась я, поняв, что он не поверил ни единому моему слову.

— Ай-яй-яй, — покачал он головой. — Как нехорошо!

Он замолчал, и в кабинете установилась тишина. Сердце бешено стучало в груди, в ушах шумело, и вообще я понимала, что долго такого напряжения не выдержу, просто бесславно потеряю сознание.

— Детка, а тебе мама не говорила, что врать плохо? — вдруг спросил мужчина. — Не хочешь, значит, сказать правду… Ну что ж, тем хуже для тебя. Побудешь у нас, подумаешь о своём поведении и, может, тогда скажешь правду. Слава, — обратился он к «горилле», замершему у двери, — отведи её в подвал. И советую тебе не сопротивляться, — жёстко взглянул он на меня, — если не хочешь, чтобы твоя очаровательная внешность не пострадала. Слава очень сильный, он руку одним движением пальцев сломать может.

— Но я говорю правду! — попыталась возразить я, однако слушать меня никто не стал. Слава подошёл и, ухватив меня под руку, одним рывком поднял на ноги. — Поймите, я вам ничем не опасна! — крикнула я, впадая в истерику. Меньше всего мне хотелось сидеть в каком-то подвале. Алинка, если я не вернусь к утру, конечно же, поднимет тревогу, но меня вряд ли найдут здесь.

— Иди, кукла! — рявкнул «горилла» и поволок меня по коридору. Я едва поспевала за ним на своих каблуках, глотая слёзы.

Внезапно мне на глаза попалась дверь с писающим мальчиком. И я испытала огромное желание побывать там.

— Подожди! — крикнула я, тормозя, упираясь ногами в пол. — Позволь мне зайти, очень надо.

Слава остановился и уставился на меня. Его взгляд не отражал ничего, но я была уверена, что он напряжённо думает.

— Иди, — втолкнул он меня в туалет, видимо, решив, что оттуда я не сбегу.

Закрыв дверь на защёлку, я, как ни странно, почувствовала себя в безопасности. Хотя бы некоторое время у меня есть, чтобы подумать. Мне никак нельзя в подвал, я должна выбраться отсюда.

— Не дрейфь, всё получится, — сказала я своему перепуганному отражению в зеркале и, сняв туфли, открыла дверь. Слава стоял напротив, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Чего ты так долго? — недовольно прогудел он и попытался опять ухватить меня за руку.

Но не тут-то было. Я увернулась и, когда Слава, удивлённо взглянув на меня, повернулся ко мне всем корпусом, заехала ему острым каблуком туфли в лоб, а он, взревев, ухватился за лицо, тогда я согнула ногу и заехала коленкой в «причинное» место. Слава повалился на пол, натужно хрипя. Изо лба его шла кровь, но ему было не до этого. Обеими руками он закрывал своё мужское достоинство, опасаясь очередного удара, и корчился от боли.

Бросив туфли рядом с ним, я босиком заметалась по коридору. Бежать в зал не имело смысла, там меня сразу схватят, поэтому я рванула в противоположном направлении, надеясь отыскать чёрный ход. Но коридор неожиданно закончился тупиком. Вокруг не было ни одной двери, лишь большое окно.

На мгновение я замерла, прислушиваясь, и вдруг до меня донеслись крики и топот ног. Выбора не было. Рванув на себя створку окна, я высунулась из него по пояс и поёжилась от ледяного ветра. Я находилась на четвёртом этаже, рядом с окном проходил довольно большой карниз. Мысленно перекрестившись, я шагнула на него и, держась руками за стену и стараясь не думать о высоте