Луч правды во мгле лжи - Мария Арслановна Мусина

экране было написано: Антон. Бывшие косяками ходят. Я не стала отзываться.

– Сколько лет вы были вместе? – спросила я.

– Одиннадцать месяцев…

Наш душещипательный разговор прервал звонок оперуполномоченного Кости:

– Ты готова со мной встретиться? Прямо сейчас?

Вопрос был лишним. Я скомкано попрощалась с Ольгой. Она смотрела на меня своими лучистыми глазами. На этот раз они выражали явное недоумение. Нам еще было что сказать друг другу. А я вдруг ни с того ни с сего уезжаю. И она не знала почему. И чтобы узнать это, ей придется долго думать. Но она так ничего и не придумает. Не поймет.

– Мы еще встретимся. Обязательно! – пообещала я.

Прозвучало как угроза. Я этого не хотела. Даже секунду поколебалась, надо бы было что-нибудь добавить дружественное, доброжелательное, но все же молча развернулась и ушла.

Как отнесется Василий к тому, что я встречалась с его бывшей? Наверняка она меня выдаст. Тем более что мы и не договаривались держать эту встречу в секрете. А не она выдаст – так Инга. И не в лучшем свете могут это невинную встречу описать. Самой сказать?

Лучше сознаюсь. Сегодня же вечером!

Хорошо, что Костя назначил мне встречу не на краю света. Сегодня день скитания по пробкам и посещения мною разнообразных точек общепита – изматывающее сочетание, особенно для сидящих на диете. Костя с аппетитом наворачивал борщ.

– Вкусный?

– Ага, – кивнул.

Не отрываться же от коллектива! Заказала борщ и себе. Сидела, ждала. Не борща, а когда Костя доест свою багровую пищу.

– Ты сегодня молчаливая, – благодушно заметил оперуполномоченный.

Я кивнула.

– И деликатная.

– Ты меня с кем-то путаешь. Я не только сегодня деликатная.

– Ага, скажешь тоже. В общем, так. Киллер был дилетантом. Во всяком случае, кажется таковым.

– В обоих случаях?

– Оружие одно и то же. И почерк.

– С той только разницей, что Прошкину убили в подъезде, а Леру в квартире.

– Это неважно. Дамы были вполне обеспеченные. «Светские львицы», как таких обычно называют. На содержании у мужей.

– Вообще тогда непонятно, зачем Прошкина наезжала на Ларису Верещагину. Обеспеченная дама, не нуждающаяся в деньгах, зачем ей участвовать в травле Верещагиной? Что-то тут не стыкуется.

– Но это уже ваши бабские дела – сначала к астрологам каким-то ходить, а потом разоблачать их предсказания.

– Верещагина уверяет, что Прошкина у нее не была на приеме.

– Но это она, Верещагина, так говорит. Я бы, например, прежде чем «разоблачать» – обязательно сходил бы на прием. Даже если это только прямая подстава – все равно обязательно надо увидеться, посмотреть человеку в глаза.

– Костя, но это ты. Сам говоришь: здесь бабство. Верещагиной нет смысла врать.

– Они там уперлись в стену, следаки и опера. Висяк – не висяк, а пока нет никакого просвета. Даже камеры не работали в подъезде. На подступах выявили одного чела, вроде совпадающего в обоих случаях. Но в кепке – лицо закрыто почти полностью. А потом, если чел не совсем уж дурак, зная про камеры на каждом углу, мог и переодеться перед вторым убийством. А этот совпадающий – просто человек в кепке. Мало ли кепок в городе?

– Я надеюсь, ты им не сказал, что эти убийства связаны?

– Сказал, конечно, – Костя удивленно посмотрел на меня.

– Что ты наделал! – Я пришла в ужас. – Ты выдал Верещагину! Она клиентка Ирки! Ты ее заложил! Их! И Ирку, и Верещагину! И меня!

– Вы там в игрушки свои играетесь, – вспылил Костя, – а люди делом заняты! Ты с ума сошла? Я, сотрудник правоохранительных органов, буду утаивать от коллег информацию об убийствах? Ты в своем уме?

– И что, они теперь вызовут на допрос Верещагину?

– Ну, наверное, вызовут.

Я схватилась за голову, растрепала всю свою красивую, аккуратную прическу. Хотела просто узнать подробности убийства Прошкиной и ее подруги, а оказалось, что подставила ни в чем не повинного человека, обратившегося ко мне и к Ире за помощью. Что теперь делать? Что делать?

– Они дела объединили? – спросила я.

– Пока – нет. Вызовут на допрос Верещагину, поговорят с ней, потом, может, и объединят.

– Что они ей скажут, откуда они узнали, что Прошкина на Верещагину наезжала?

– Ты чудная – сил нет, – вздохнул Костя. – Ничего они Верещагиной твоей объяснять не будут. Вопросы там не Верещагина будет задавать. А потом, что это, секретные сведения? О том, что Прошкина хотела вызвать Верещагину на детектор лжи, на передачу «Лучи правды» – полно народу знало.

В принципе, да, – лихорадочно соображала я, – в принципе можно в отказ пойти: не мы, не с нашей подачи следственным органам стало известно про отношения Прошкиной с Верещагиной. А может быть, действительно, не с нашей. Вон Ларисе уже звонили из передачи, грозились пришить ей убийство Прошкиной. Но все равно, как-то нехорошо получилось. Верещагина же специально нас просила-умоляла не давать информацию о том, что убили не просто гражданку Нефедову, а подругу гражданки Прошкиной – боялась, что свяжут эти два убийства и оба на Ларису и повесят. А мы связали и ничего толком взамен не узнали. Ну, дилетант киллер – и что? Сейчас вообще время дилетантов. Это никуда не ведущая ниточка. С другой стороны, Костя прав: убийства – не игрушки. Тем более не игрушки расследование убийств.

– Костя, – сказала я решительно, – ты должен съездить со мной к безутешному вдовцу Прошкиной.

– Нет!

– Ты должен, Костя! Раз уж ты нас с Ириной подвел, просто обязан! А мы потом поделимся полученными сведениями с твоими коллегами.

– Кто это «мы»? – пророкотал возмущенно оперуполномоченный.

– Ты! Конечно, ты!

Я тараторила, приводя «весомые» аргументы. Упомянула честное имя Ирины Осокиной и репутацию ее детективного агентства «Чистая вода» – не хочет же Константин, чтобы от Ирки отвернулись разом все клиенты, прознав, что она «сливает» инфу компетентным органам. Не забыла напомнить о том, какой я незаменимый помощник в деле правоохранительства – несколько опасных преступников задержаны не без моего прямого участия. Давила на Костину совесть: он именно от нас с Иркой получил ценные для раскрытия убийств сведения, связав их воедино, а долг платежом красен!

– В конце концов, придумай, что это убийство каким-то боком проходит по твоим делам, – выдвинула я конструктивную идею.

– Поучи меня еще оперативной работе, – проворчал Костя.

Наконец мы с Костей расстались, порешив, что он постарается. Мне даже на этот раз плакать не пришлось – Костя был готов сотрудничать. Почти готов. Посмотрим.

Может быть, Ира уже пришла в себя? Сможет запеленговать мне жужу? Я была готова к разговору. Но позвонил Василий:

– Немедленно домой!

Никогда он не разговаривал со мной таким тоном.