Раймонд Чэндлеp - Детектив Филип Марлоу

- Ну как? - спросил Бриз, когда изложил все это.

- Два вопроса не вполне ясны, - сказал я. - Почему Тиджер бежал и почему Филлипс жил на Курт-стрит под вымышленным именем?

- Тиджер бежал, потому что старик-лифтер сообщил ему, что Морнингстара убили, и он почуял, что дело пахнет керосином. Филлипс воспользовался именем Ансона, так как за его автомобилем гонялась налоговая инспекция, а он был практически нищ и в полном отчаянии. Это же объясняет и то, почему такой милый молодой болван, как он, ввязывается в историю, которая кажется темной с самого начала.

Я кивнул в знак согласия.

Бриз проводил меня до двери. Он положил тяжелую руку мне на плечо и крепко сжал его:

- Помнишь, ты распинался о деле Кассиди перед нами со Спрэнглером той ночью у себя в квартире?

- Да.

- Ты потом сказал Спрэнглеру, что никакого дела Кассиди не было. Оно было - только имя другое. Я его вел.

Он снял руку с моего плеча, распахнул дверь и улыбнулся мне.

- Что касается дела Кассиди, - сказал он, - и что я об этом думаю... я могу иногда навесить кому-то больше, чем он заслуживает. Что-то вроде выплаты с грязных миллионов пособия ломающимся на работе паренькам - вроде меня... или вроде тебя. Пока.

Была ночь. Я вернулся домой, влез в старую домашнюю одежду, расставил шахматы, приготовил коктейль и разыграл одну из партий Капабланки. В ней было пятьдесят пять ходов. Прекрасная, холодная, безжалостная игра, почти бросающая в дрожь своей молчаливой неумолимостью.

Закончив партию, я подошел к окну и постоял немного, прислушиваясь и вдыхая аромат ночи. Потом я пошел на кухню, сполоснул стакан, набрал в него ледяной воды и долго стоял возле умывальника, и пил воду маленькими глотками, и смотрел в зеркало.

- Ты - и Капабланка, - сказал я.