Диля Еникеева - Женщин обижать опасно

Алла молча курила, цедила коньяк и незаметно разглядывала его.

"Славка стал совсем седой... - с тихой грустью думала она. - Раньше я называла его "мой старичок". Больше никогда так не назову, потому что теперь он выглядит почти стариком, и ему это будет больно".

И в этот момент к ней внезапно пришло осознание, что её любовь к риску невольно причиняет боль близким людям, которые искренне переживают за неё и молча страдают, потому что боевая подруга не терпит вмешательства в свою жизнь.

Раньше Алла вообще не задумывалась, что думают люди о её поведении, с апломбом заявляя: "Веду себя, как хочу!"

Пока ещё она и сама не знала - как будет жить дальше, станет ли жить спокойно и размеренно, без прежних острых ощущений. Скорее всего, не станет. Характер - это судьба, - так говорит её психиатр. Человек может измениться после какого-то драматического события, но все же основной стержень личности останется.

Есть люди, которым нужна дополнительная порция адреналина в крови. Упорядоченной и предсказуемой жизнью они жить не хотят и не умеют. К таковым относила себя и Алла.

Но дело не только в её любви к будоражащему кровь чувству опасности. Сейчас многие люди ощущают себя потерянными и незащищенными. В прежние времена они чувствовали себя под защитой государства. Пусть это больше декларировалось на словах, пусть и раньше царил милицейский беспредел, но все же не до такой степени, как в настоящее время. А сейчас людям не на кого опереться. Не у всех есть силы и возможности решать проблемы самостоятельно. В теперешней жизни царит власть денег, но ведь они есть не у всех, а всего лишь у минимального количества граждан. А что делать остальным?..

У нее, Аллы Дмитриевны Королевой, состоятельной бизнес-леди, есть возможность помочь. Пусть не всем, а лишь тем, кого она знает, но ведь нужно с чего-то начинать. Если каждый, у кого есть возможность, поможет хотя бы нескольким людям, - и то дело. Может быть, и другие коммерсанты, вместо того, чтобы ради рекламы или замаливания грехов отстегивать энные суммы на мифическую благотворительность, помогут нескольким конкретным людям и перестанут переводить деньги на какой-то счет, с которого потом все будет разворовано.

Поставив бокал на столик, она улыбнулась Славе. Чуть поколебавшись, встала с кресла, подошла к нему и погладила его по голове здоровой рукой. Уткнувшись лицом в её грудь, Слава замер. Еще несколько месяцев назад, ощутив губами её грудь, пусть и через одежду, он бы тут же почувствовал желание. Сейчас - нет.

Может быть, в нем что-то умерло, когда умирала любимая женщина... Может быть, он уже примирился с тем, что потерял ее... Сейчас он не думал об этом. Ощущая знакомый аромат её духов, тепло её тела и упругую мягкость груди, Слава вообще ни о чем не думал. Он только хотел, чтобы она стояла, легко касаясь его волос и прижимая его к своей груди.

- Славка, а ведь я тебя люблю, - проникновенно произнесла Алла.

Он тут же вскинул голову, вглядываясь в её лицо и пытаясь понять почему она это сказала? Просто хотела утешить? Но нет, Алла смотрела на него с непривычным ему выражением нежности. Именно так смотрит женщина, признаваясь мужчине в своих чувствах, и именно таким тоном произносит слова признания.

- Правда-правда люблю, - повторила она. - Я только сейчас это поняла. Вернее, нет, я поняла это восемь месяцев назад, когда ты разделался с Саввиной бандой. Ты тогда спал, а я лежала рядом и думала, что ты единственный мужчина, который захотел понять меня и понял. Только ты догадался, что в моей душе уже много-много лет саднит незаживающая рана, и потому я веду себя как оторва. Ты понял, кто я на самом деле, и жалел меня. И мне это было совсем не обидно. Я благодарна тебе, Слав. Ты никогда не использовал меня, как другие мужики, только для койки. Хотя в койке с тобой было здорово...

Она села к нему на колени и обняла за шею. Примерно так же было у них в самый первый раз, в его машине, когда Алла внезапно почувствовала, что хочет этого мужчину, которого видит всего второй раз в жизни. И когда она это вспомнила, её снова обдало знакомой жаркой волной.

Ломая ногти, Алла стала торопливо расстегивать молнию на его брюках. Проделать это одной рукой было трудно, молнию перекосило и заклинило, а Слава так обалдел, что даже не пытался ей помочь. Потом спохватился и рванул молнию, сорвав бегунок. Он вмиг забыл о своих печальных размышлениях и опять потерял от неё голову, как бывало все эти четыре года.

- Обожаю, когда ты меня раздеваешь, - прошептала она, когда лишние одежды наконец оказались на полу. - И как же я тебя люблю... И люблю с тобой трахаться...

... Когда Георгий Новицкий хотел произвести нужное впечатление, - он умел его произвести. И добиться своего, не мытьем, так катаньем. Именно это произошло три года назад, через неделю после того, как Регина устроила сцену в вестибюле Лефортовского нарсуда.

Серафима была дома одна и, услышав трель дверного звонка, удивилась кто бы это мог быть? Открыв дверь, увидела на площадке мужа с букетом её любимых желтых тюльпанов.

"А ведь по примете желтый цвет - к разлуке", - подумала она, глядя на мужа.

Гоша смущенно улыбнулся и протянул ей букет:

- Пустишь?

- Конечно. - Взяв из его рук букет, Сима улыбнулась в ответ. Она даже не пыталась скрыть своей радости - он принес именно те цветы, которые любит жена, и это следует понимать как шаг к примирению. Только удивилась почему в этот раз Гоша не открыл дверь своим ключом? "Наверное, просто забыл ключ", - быстро нашла она оправдание.

Муж повесил пальто в стенной шкаф и на секунду замешкался, не зная, куда пройти - в их спальню или на кухню? Эта заминка не ускользнула от её внимания, и Серафима поняла, что рано обрадовалась.

"Этот дом для него уже чужой, и он ждет приглашения, будто гость, - с грустью сказала она себе, следуя за мужем на кухню. - В спальню ему идти не хочется - слишком интимно, по-семейному..."

Чтобы заполнить паузу и дать Гоше освоиться в новом качестве, Сима поставила тюльпаны в вазу и занялась приготовлением кофе. Муж сел за стол, дождался, пока жена поставит перед ним его любимую кофейную чашечку, а себе нальет чаю и сядет напротив.

- Сима, я тебя люблю... - начал он.

- Я тебя тоже, - откликнулась она.

- Но сейчас нам лучше не жить вместе.

- Почему?

- Я тебе потом все объясню.

- Это из-за того, что на тебе висит большой долг?

- Да, - кивнул муж. - И не только. Есть ещё некоторые обстоятельства, о которых тебе пока лучше не знать. Со временем узнаешь. А сейчас лучше, чтобы мы с тобой были разведены. Тогда к тебе никаких претензий.

- Но, Гоша, мы всегда преодолевали трудности вместе, - возразила Серафима. - И в этот раз я хочу быть с тобой плечом к плечу.

- Ты болеешь... - покачал он головой.

- Но я не настолько беспомощна, как ты думаешь.

- Ты женщина, и я не хочу втягивать тебя в свои дела. Я сам заварил эту кашу, сам и буду её расхлебывать.

- Нет, Гоша, - твердо произнесла Серафима. - Мы всегда все проблемы решали вместе, и сейчас будем решать их вместе.

- Пойми, Сима, мне будет проще, если у меня будут развязаны руки. Я должен быть уверен, что ни ты, ни Регина с Сережей не пострадаете.

Она помолчала, раздумывая. Ее порадовало, что муж заботится о них. Развод уже не пугал. "Видимо, Гоша все обдумал и нашел способ выйти из сложной ситуации с наименьшим риском для близких людей".

- Если ты так решил...

- Да, я так решил. - Голос мужа был тверд. - Так будет лучше для всех нас.

- Ладно, - согласилась Сима. - Тебе лучше знать.

- Нам нужно развестись как можно скорее. Эта квартира останется тебе и детям, я скоро отсюда выпишусь, и никто не заставит вас отдать её в счет моего долга. Все три автомобиля записаны на вас, их тоже не будут требовать в погашение долга. Свою машину я уже переоформил на другого человека. Наш загородный дом я тоже на днях переоформлю.

- Большой у тебя долг?

- Большой, - вздохнул он.

Серафима не стала его упрекать. Она вообще никогда не упрекала мужа, что бы тот ни делал. Какой смысл осыпать упреками! - что случилось, то случилось, словами тут уже не поможешь. Гоша рискнул, а в итоге проиграл. Это может случиться с каждым - бизнес занятие рисковое.

- А как ты думаешь его выплачивать?

- Что взять с банкрота? Частично я погасил долг, а больше нечем.

- Тебе не угрожают?

- Угрожают. Но от угроз денег на счетах не прибавится.

- Ты не боишься?

- Не боюсь.

Сима с горделивой улыбкой посмотрела на него - все ж её Гоша настоящий мужчина - смелый, решительный, отважный и мужественный. Ошибся, но готов сам исправить собственную ошибку и принять всю тяжесть на свои плечи.

- Мне пора. - Отодвинув кофейную чашку, муж поднялся. - Судебное заседание через неделю. Я приду один. - Видимо, он хотел предупредить её вопрос. - И ты приходи одна. Регина почему-то ведет себя как плохо воспитанный подросток. Честно говоря, я был шокирован её поведением.