День писателя - Анна Велес

ее. Теперь она думает, как все исправить. Из-за того, что у нее самой такие трудности, у Алинки даже начался кризис. Я тут же оставила ее в покое. Сейчас совсем не время для выяснения отношений. Когда она исправит сюжет, сразу все наладится.

В практике Савелия точно еще никогда не было настолько дурацкого дела. И настолько идиотского мотива. Ладно, у Ирины явно какое-то отклонение психики. Она считает себя автором произведений подруги, при этом думает, что использует Алину как литературного раба. И наказывает за непослушание…

— Ага… — глубокомысленно выдал он. — А покушения? Это для чего? Это в тех случаях, когда вы считали, что Алина слишком сильно сопротивляется вашей критике?

— Что? — женщина напряглась. Более того, на ее лице появилось выражение крайней обеспокоенности. — Покушения? На Алину кто-то покушается? Господи… Как? Когда? Вы же что-то сделали? К ней приставлена охрана или еще что-то такое?

Странно, но сейчас он Ирине поверил. Но не успел следователь хоть что-то сказать по этому поводу, как Ирина засобиралась.

— Мне срочно нужно к ней! — она застегивала пуговицы на шубке и даже достала из кармана перчатки. — А если с Алиной что-то случится? А кто тогда допишет роман? Что мне-то тогда делать?

Савелий решил, что он сам уже на грани сумасшествия.

— Сядьте, — распорядился он. — Никто никуда не идет. Так значит, вы отрицаете, что покушались на Алину Хореву? Только писали ей угрозы и терроризировали ее оскорблениями? А кто пытался выпихнуть подругу на проезжую часть? Или кидал с крыши ее дома горшок с цветами? А газ в квартире?

Ирина недоуменно нахмурилась.

— Извините… — тон у нее снова стал вполне себе адекватный. — Вы в своем уме? Это что за дичь? Такие покушения бывают только в дешевых детективах. В сериалах. Да…Мы как-то даже составили список самых идиотских покушений на одной из встреч нашего литературного кружка. Вы, как я понимаю, его видели? Этот список? И это совсем не смешно!

И вдруг ее озарила новая мысль.

— Подождите-ка! — Ирина мило улыбнулась. — Вы следователь, и вы приезжали к Алине, когда нашли тот труп… Вы ее мистер Дарси? И она попросила вас запугать меня? Она не собирается на самом деле менять сюжет? Это все из пакости, да? Вполне в ее стиле!

Мистер Дарси… он? Савелий не сразу, но вспомнил, что это персонаж романа Джейн Остин. Кажется, Алина ему что-то оттуда цитировала. Да! Точно, когда она его отшила. И теперь эта безумная женщина так его назвала. Только это вообще женский роман. Ирина считает, что у него с Алиной отношения? Интересно… Или эта Ирина опять бредит? Запросто.

Савелий ее уже наслушался. Придется показать даму специалистам. А еще помучиться, доказывая, что именно лучшая подруга Алины на нее же и покушалась. Какой только смысл признаться в том, что Ирина писала все эти жуткие письма, но отрицать покушения? Или в следующий раз ее иначе повернет? Откажется от своих слов и будет настаивать на том, что только пару раз попыталась убить подругу?

— Ирина, вы задержаны по подозрению в покушениях на Алину Хореву, а так же в написании в ее адрес писем оскорбительного характера, — официально закончил он разговор. — Сейчас вас проводят в камеру предварительного содержания, куда по вашему желанию может быть вызван ваш адвокат.

— Что значит, задержана? — осведомилась женщина. — Мне через час старшего с подготовительных курсов забирать!

— Боюсь, это сделает кто-то другой, — Савелий направился к выходу. Общение с Ириной его угнетало.

Глава двенадцатая

За окном почему-то все никак не темнело. До апреля всего день, солнце садится все позже. Но Алине именно сейчас нужна темнота. Сидеть в полумраке, не включая свет, прятаться в нем. От всего этого. От проблем, эмоций. Даже от себя. Стать на время незаметной, маленькой и одинокой. Хотя нет… Это обычно Алина любила свое одиночество, всегда заполненное мыслями, идеями, сюжетами. Сейчас… Ей как раз совсем не хотелось быть одной.

Хоть кто-то был бы рядом. Отвлекал, возможно, даже раздражал. Но так точно было бы лучше. Только в квартире не было никого, кроме девушки. Гриня еще не вернулся из следственного комитета, Егор не брал трубки. Наверняка ему сейчас не до нее. А Ирка…

Алина сжала в руках смартфон. Больше всего на свете ей хотелось прямо сейчас позвонить подруге. Он же там одна! Не вот так, в родном доме, в своем привычном мирке, а в пустой холодной камере. Где Ирке просто по определению не место. Позвонить, вот так, через расстояние, дотянуться, поддержать, поделиться теплом. Как они делились почти всю свою жизнь, все годы дружбы с самого детства.

Наплевать на все. На эти Иркины слова, на дурацкие письма. На запреты и закон. Просто услышать голос подруги, просто сказать ей: я с тобой, держись, я вытащу тебя оттуда. Вот только… скорее всего, у Ирки отняли смартфон…

Алину это угнетало. Она по пальцам могла перечесть случаи, когда плакала в своей жизни. Сейчас ей хотелось реветь в голос, надрывно, размазывая слезы по щекам. Плакать, пока не начнет икать и не лишится сил. Или пока не появится хоть кто-то, способный ее упокоить. Где же Гриня! Почему так долго? Она не продержится здесь одна!

Будто отвечая на ее мысленный призыв, кто-то позвонил в дверь. Алина вздрогнула. Испугалась. Не резкого звука. Неизвестности. Ведь у Гриши есть ключи, он бы звонить не стал. А больше она никого не ждет. Значит, там, за порогом кто-то чужой. Чего ей сейчас точно не нужно от слова «совсем».

Но все же девушка встала с дивана, отправилась открывать дверь. Наверное, сейчас даже встреча с маньяком-убийцей лучше, чем эта тишина кругом и это незнакомое холодное одиночество.

Но гость оказался не маньяком.

— Ты… — Алина как-то забыла о существовании Савелия.

Следователь шагнул в квартиру, посмотрел на писательницу. Она выглядела сейчас непривычно хрупкой и робкой. Нуждающейся в защите. Или просто в человеческом тепле.

— Ты ела? — спросил он почти ласково.

Алина явно удивилась его тону, но в ответ лишь мотнула головой.

— Я могу приготовить, — предложил он.

— Кусок в