Шампанское было лишним - Наталья Вячеславовна Андреева

на работе проблемы, и я решил с тобой проконсультироваться.

– Анекдот в тему. Приезжает альфонс из Сочи. А его приятель, который на заводе работает, спрашивает: «Ну и как, отдохнул?» А тот ему: «Отдохнул?! Вот представь, приезжаешь ты в Сочи. Выходишь на пляж. А там станки, станки, станки…»

– Папа!

– Женя, не кричи так, и в самом деле ведь смешно! – Алла не выглядела напряженной. Искренне смеялась, не забывая отдавать должное утке, запеченной с яблоками. Спелой антоновкой Снегиных угостили давние друзья, у которых на даче имелся прекрасный сад.

«Может, я пересерьезниваю?» – подумал Снегин.

– Вот ты на меня обижаешься, – отец внезапно сменил тон с игривого на деловой. – А я на тебя тоже в обиде. Просто так разве нельзя приехать? Только за консультацией?

– Я просто так приехал! – слегка надулся Снегин. – Мы приехали. Просто анекдоты твои с бородой. И несмешные. А моя история и в самом деле интересная.

– Хорошо, выкладывай, что там у тебя, – тяжело вздохнул отец.

– Меня прикрепили к спецгруппе…

– Опять? – всплеснула руками мама. – А синяк откуда, Женя?

Заметила все-таки! Хотя синяк с каждым днем выглядел все лучше.

– Так получилось, – буркнул Снегин. Не рассказывать же о драке в баре? Этак весь вечер мама будет охать и пообещает задействовать все свои связи, чтобы напавшие на сыночку хулиганы были наказаны. Меж тем он специально отметил в протоколе, что был в штатском и в свой выходной день. – Инцидент с синяком исчерпан, и тему предлагаю закрыть. Я об уголовном деле хотел поговорить, для расследования которого создали спецгруппу, и меня в нее недавно включили. Это чистая случайность, что я нашел важную улику и таким образом сдвинул расследование с мертвой точки. Потому что оно реально зависло.

– Скромность украшает мужчину, если только она не следствие глупости, – задумчиво сказал отец. – Просто так ничего не случается. Кирпич ни с того ни с сего на голову никому не падает. Помнишь Булгакова?

– Как не вспомнить, потому что этот номер от машины буквально свалился мне на голову!

– Но тебе, не кому-то еще. Другой бы мимо прошел. А ты что сделал?

– Сфоткал его.

– И что дальше?

– А дальше дело закрутилось. Вот представь. – Снегин на пару секунд прикрыл глаза, мысленно разбив пирамиду. Так ему проще было рассказывать. Факты, они же шары в беспорядке раскатились по зеленому сукну. И надо было все эти шары забить в лузы, ни одного не пропустив. Иначе отец не поймет, о чем идет речь, и не заметит самый важный шар. Главную улику. – Подозреваемый – уголовник. Отсидел семь лет по 162-й. – Бац! Красный в лузу!

– Разбой, – кивнул отец. – Продолжай.

– И недалеко от его загородного дома двое совершают дерзкое ограбление. Один под описание подходит. Машина, на которой грабители увезли деньги, загадочным образом исчезла. Но ее до этого угнали у соседа главного подозреваемого. Их только забор разделяет. На этом основании мы провели обследование помещения. В дом нас не пустили, но мы пошли в гараж. Интуиция мне подсказала, что улики следует искать там. Мы и в самом деле нашли чемодан, в котором курьер вез деньги. И балаклаву, похожую на те, в которых были грабители. – Снегин перевел дух: серия закончена. Предстоит еще один подход.

– Но для статуса подозреваемого этого маловато. Есть что-то еще?

– Да. Свидетель. Девушка показала, что владелец гаража, в котором мы нашли важную улику, о курьере знал. О том, куда и когда он прилетает с этим чемоданом. То есть для смены статуса со свидетеля на подозреваемого этого вроде бы достаточно. Тем более что девушка согласна на очную ставку. – Он закатил крайне важный шар, и отец правильно все понял.

– Было бы все так просто, ты бы ко мне не пришел, – улыбнулся он.

– Все правильно. Потому что результаты экспертизы меня, честно сказать, озадачили.

– Ну, продолжай, – отец сразу стал тем, кем он был на работе: следователем.

Снегин заметил, что Алла тоже внимательно слушает. И, мысленно забив в лузу черный шар, продолжил рассказ:

– Чемодан оказался тот самый. Бирку либо забыли снять, либо не сняли ее намеренно. К тому же экспертиза обнаружила микрочастицы краски с банкнот. Деньги везли без упаковки, просто набили ими чемодан. Но деньги исчезли. Зато в чемодане нашлась тельняшка подозреваемого. ДНК полностью совпадает. Эксперты утверждают, что тельняшка эта пропитана потом. Вроде бы все сходится. Подозреваемый принес в гараж чемодан и решил переодеться. Взмок бедняга от трудов праведных. Мужчина грузный, чемодан не такой уж и легкий. Подозреваемый снял балаклаву, тельняшку, выгрузил из чемодана деньги и машинально засунул тельняшку туда. В то же время на балаклаве совпадений ДНК не обнаружено. Более того, эксперты утверждают, что она… новая. То есть ее ни разу не надевали.

Бац! Это главное, что Снегин хотел сказать. Снова черный в лузу.

– И что? – пожал плечами отец. – Купили в запас и не воспользовались.

– А тебе не кажется это странным, папа? А пропавшая машина, номер от которой оказался на полке, в кладовке, в московском баре? Тоже, кстати, принадлежащем подозреваемому. Вроде бы все сходится на нем, но что-то мне мешает поверить в то, что Паша-Тяж после стольких лет «мирной жизни» вдруг решил развязать. – От волнения Снегин проговорился: назвал имя.

– А ты не допускаешь мысли, что чемодан ему просто подбросили?

– Допускаю. А тельняшка? Ведь чтобы ее достать, надо побывать в доме. А подозреваемый, как я уже сказал, уголовник. Волк матерый. Он нас-то к себе в дом не впустил, московскую полицию, несмотря на то что имелось разрешение на обследование.

– Ну, что вас он не впустил, как раз не удивительно. А вот тельняшка… Да, раздобыть ее мог лишь тот, кто состоял с фигурантом в близких отношениях.

– Вот! Круг, таким образом, замкнулся. Одна из консуматорш узнала от охранника, что скоро он встречает ценный груз, и решила этой информацией воспользоваться в корыстных целях. Она же ездила к подозреваемому на «грядки».

– Куда? – мама посмотрела на Снегина с удивлением.

– Девушки, которых Паша-Тяж принуждал к интиму, называли это меж собой так. – Снегин невольно покосился на Аллу. Где она и где харассмент? – По описанию один из грабителей вполне мог быть женщиной. И я, кажется, знаю ее имя. Но доказательств нет. И я хочу тебя спросить, папа: можно ли прибегнуть к методу недозволенному? Не в рамках оперативно-разыскных мероприятий? Иными словами, помнишь эпизод с Кирпичом?

– «Место встречи изменить нельзя»? – отец на лету поймал мяч.

– Да. Когда Жеглов подложил вору в карман кошелек. А Шарапов своего наставника за это осудил. Скажи мне как следователь, кто из них прав?

– Как следователь я тебе отвечу так: безусловно, Шарапов. Нельзя фабриковать улики. Но как твой отец и просто как человек скажу – прав Жеглов. Вор должен сидеть в тюрьме. Видишь ли, Женя, мы с мамой люди старой закалки. Родились и выросли в Советском Союзе, тогда же образование получили и даже поработать немного успели до его развала. Тогда тоже были убийцы, воры и взяточники. Но ни один убийца, вор и взяточник не добирался до теплого места во власти. Все они рано или поздно садились. И нас поэтому гложет обида. На несправедливость. И я, бывает, иду на сделку с совестью. Да, и не смотри на меня так. Поэтому если есть возможность взять ублюдка за жопу – возьми. Способ незаконный? Если ты уверен в своей правоте и в том, что это сработает, – делай.

«Партия!» – подумал Снегин. Он сомневался, услышит ли от отца именно такой ответ. Но теперь все встало на свои места. Надо свести Анжелу с Лео. И пусть парень ее «добьет».

– Я тоже за Жеглова, – сказала вдруг Алла. – Правильно он сделал, когда вору кошелек в карман подкинул.

– Вот видишь? – подмигнул отец. – Это уже другое поколение. У них с моралью вообще заморочек нет. Алла, я не хотел вас обидеть.

– А я не обиделась, – пожала плечами Алла. – Мой отец был бизнесменом. А меня в наследницы готовили. Спасибо за утку. Очень вкусно. – И она мужественно воткнула чайную ложечку в торт.

Мама Снегина расцвела. В общем, визит к родителям прошел продуктивно. Снегин надеялся, что так же пройдет и следующая рабочая неделя. И точка в деле об ограблении на стоянке в аэропорту будет, наконец, поставлена.

Но Паша-Тяж не сломался. Он упорно твердил, что чемодан впервые увидел в своем гараже в тот же день и час, когда его нашли муровцы.

– Не мое это. Подбросили.

– Когда подбросили?

– А я почем знаю? Там темно, я по углам не шарю. Машину загнал – и баиньки.

Оснований взять его под стражу не нашлось: адвокат Танжерова отбился. Даже вопрос о домашнем аресте не стоял, не говоря уже о смене статуса. Все, что удалось, – это взять с Танжерова подписку о невыезде.

Снегин узнал об этом в понедельник вечером, когда всех собрали на очередное совещание.

– И что будем делать? – подполковник вопросительно смотрел на подчиненных.

– А Танжерову