Чудо-вищная история - Сандра Грей

дуешься? Не могу я так…. Как можно в наше время оставаться безразличным к чужим проблемам? А вдруг с этой девушкой случилось что-то ужасное? Что если ее похитил маньяк и теперь издевается над ней в своем подвале? Бекки-Бекки, нельзя быть такой бессердечной.

— Что ты такое говоришь? Пффф… Маньяк, в нашем-то 21 веке? Крис, кажется, тебе пора перестать смотреть всякие ужасы. Но… Ты прав, прости, видимо после работы, меня все раздражают. Конечно, нельзя оставаться безучастным.

— Оу, да…. И я не останусь, еще как, не останусь.

Его губы растянулись до самых ушей. Улыбка застыла на лице, но внутри стоял непроницаемый гнев. И он знал на ком можно отыграться за то, что его настроение улетело в тартарары. Так что теперь в голове созрел новый жуткий план, как довести человека до грани отчаяния.

Глава 11

Слом.

— Эвелин, милая, пора вставать. Ну же, открывай глазки, — над ухом раздался нежный, глубокий голос. — Давай, проснись, у меня для тебя сюрприз.

Неохотно она повернулась на бок и медленно потянулась. Глаза разлеплять так и не хотелось, но когда до мозга дошел сигнал о том, кому принадлежал этот голос, то пришлось резко прийти в себя. Она проморгалась и посмотрела на светловолосого парня, что лежал на кровати слишком близко к ней. Все такой же красивый, каким и был раньше, Кристофер очаровывал, и сердце трепетало в груди. Хотелось вытянуть руку и коснуться гладковыбритой щеки, но вспомнив события прошедших дней, оставалось только молча смотреть.

Эвелин все еще не смогла оправиться после того, как этот человек сначала пытал ее водой, а потом ни с того ни с чего начал целовать, будто это было в порядке вещей. На самом деле, именно этот поступок напугал ее сильнее чем все то, что делал Крис до этого. С того момента, когда отчим надругался над ней, она не переносила подобного рода действий. Ей была отвратительна даже сама мысль о том, чтобы заняться с кем-то любовью. Хотя на сессиях с психотерапевтом, эта тема и затрагивалась вскользь, но никаких положительных сдвигов не было. Потому девушка готова была терпеть боль и унижения, но прикосновения к себе вызывали куда больше ужаса. В тот момент, когда чужие губы впивались в нее, ей казалось, что он не остановится и сделает что-то такое, способное сломать шаткую психику.

После того дня, когда она отвергла его, прошло некоторое время. Кристофер больше не проводил время в подвале. В знак наказания, он только приносил еду и воду, после чего без единого слова выходил. Эвелин тоже не общалась с ним, не желая провоцировать. Эта тягучая атмосфера полной изоляции, словно она была заперта в тюрьме, вынуждала плакать по ночам от своего безвыходного положения. Но имелись и свои плюсы в одиноком заключении. Теперь удалось сосредоточиться на своих мыслях и пожалеть о тех поступках, которые когда-либо были совершенны. Ценность жизни стала иметь вес. И не только это. Эвелин мечтала изменить свою жизнь, начать все с чистого листа. Например, переехать в другой город и устроиться на хорошую работу, или попробовать поступить в колледж. В конце концов, она вдруг поняла, что ей очень нравится пение. Можно было бы пойти на курсы, а потом выступать на публике. Эти мысли вселяли надежду. Однако ожидание того, что с тобой могут обойтись иначе и твоя жизнь не зависит от тебя, все же вызывало приступы паники.

И вот, когда прошлой ночью она легла спать от бессилия, не имея даже понятия, во сколько именно, то сегодняшнее пробуждение вызвало удивление. Кристофер, что лежал рядом так близко, сам вытянул руку и хотел погладить ее по щеке, но Эви резко дернулась, снова отвергая его. Из-за чего желтые глаза вспыхнули от ярости, на шее заиграли жилки. Он прикусил губу и поднялся с кровати, продолжая испепелять ее взглядом.

— Значит вот как? Когда я прибил ту с*ку Аманду, ты и бровью не повела, а теперь вдруг шарахаешься от меня, будто я конченный ублюдок. Ладно, я умываю руки. Раз уж я тебе до такой степени отвратителен, то теперь можешь общаться с Кевином, — пожал плечами Крис.

— Нет, все не так! Дело вовсе не в тебе, а во мне. Ох… — она прижала руку ко рту. — Кто это?!

В темном углу на полу лежал потрепанного вида человек. Эвелин даже не сразу обратила на него внимание, так как тот был похож на кучу тряпья. И лишь когда эти тряпки вдруг зашевелились и издали стон, то удалось понять, что это кто-то живой. Бомжеватый мужчина, с перепачканным пропитым лицом, перепутанной между собой серой бородой и черным синяком под левым глазом, был совсем не к месту. Он уже начал приходить в себя, поэтому закряхтел и зашевелился. Тогда в руках Криса сверкнули искры от электрошокера, которым собирался воспользоваться, если что-то вдруг пойдет не так.

— Как же кто? Я же сказал тебе, что это Кевин. Оу, Кевин, дружище, а это Эвелин, но можешь называть ее просто Ви, — он помахал ему.

Эвелин испугано прижалась к стене, не собираясь подходить ближе к этому странному и грязному человеку. Но Кристофер сам подошел к нему и похлопал по щекам, помогая быстрее прийти в сознание. Бомж закашлялся и весь сжался, когда увидел перед глазами этого ужасного человека. Он поднял руки вверх и заверещал:

— Пожалуйста, мистер, не трогайте меня! Я ничего вам не сделаю!

— Еще бы, ты мне чего-то сделал. Эй, Кевин, успокойся, своими криками ты пугаешь даму, — улыбнулся Крис и отошел, встав посередине комнаты.

Его взгляд бегал с одной стороны в другую, словно был чем-то увлечен. Кристофер повстречал бомжа в подворотне одного захудалого бара, что находился в небольшом городке за несколько сотен километров от родного дома. Как нельзя кстати, мужчина оказался падок на деньги и алкоголь, тогда хирург предложил свозить его в магазин и накупить чего душа пожелает. Не смотря на то, что такое предложение могло показаться подозрительным, но лишенный здравого смысла человек без крова и денег, легко согласился. Очевидно, что до магазина они так и не доехали.

— Итак, раз уж вы оба оказались здесь, то придется сделать выбор, кого из вас оставить. Одно из главных правил этого подвала: здесь может находиться только один пленник. И что же мне сделать, если вас теперь двое?

Эвелин поняла к чему он ведет, и мгновенно бросилась к его ногам. В памяти всплыл момент из прошлого, когда Крис избавился от предыдущей пленницы