Екатерина Черкасова - Маска, я тебя знаю

- Давай я все приберу,- вызвалась Ира.

- Мне страшно здесь оставаться, - сказала я. Мне

пришло в голову, что такое в доме могли сделать только в расчете на то, что меня уже нет в живых. От этой мысли мне стало и вовсе плохо. Я опустилась на кровать, меня тошнило, кружилась голова. Мне показалось, что я вот-вот упаду в обморок.

Тут вмешался Анри. Он распорядился:

- Ты здесь прибери, а я отвезу Настю к себе в "Шератон" и вызову врача, она совсем бледная, вот-вот грохнется в обморок.

Мне было все равно, куда ехать, и я согласно кивнула.

- Только возьмите мои таблетки, мне нельзя

пропускать,- попросила я Анри.

* * *

Он привел меня в свой номер в "Шератоне", посадил на кровать и сказал:

- Ничего не бойся. Я скоро вернусь с врачом или по меньшей мере поищу, чем перевязать твою ногу.

Мое бедро, открытое шортами, выглядело и впрямь ужасно. Я

вытащила из кармана телефон и сбросила на пол одежду. Вванной я нашла белый махровый халат с вышитой золотом буковкой S в обрамлении лавровых веток на кармане и завернулась в него. В поисках пакета для прачечной, чтобы положить туда мою одежду, выпачканную в крови, я открыла шкаф. Там были аккуратно сложены майки, рубашки, шорты. На вешалках педантично развешены отглаженные брюки. Я подавила в себе искушение сбросить халат и надеть майку и шорты Анри: мы оба худые, правда, он почти на голову выше. На дне стояла сумка, и я зачем-то раскрыла ее. То, что я там увидела, повергло меня в шок. Я осторожно, не прикасаясь ни к чему, осмотрела содержимое. Там лежал пистолет неизвестной мне марки, прибор ночного видения, который я опознала благодаря просмотру боевиков, навороченный фотоаппарат со сменными объективами, какие-то неизвестные мне приспособления. В боковом кармашке лежало удостоверение. Я только успела открыть его и увидеть фотографию Анри, как голос над моим ухом громко произнес:

- Что-нибудь ищешь?

В голове у меня зазвенело, отвратительно запахло жжеными перьями, и я провалилась в небытие.

* * *

Я слегка пришла в себя, но еще была оглушена. Веки стали такими тяжелыми, что я не могла открыть глаз, голоса доносились словно сквозь вату в ушах. Где-то далеко, в тысяче километрах от меня, зазвонил телефон. Судя по тому, что Ира говорит по-русски, это Юра. Яне хотела, чтобы он приезжал, видел меня такой беспомощной. Голоса становились громче, я воспринимала обрывки разговоров. Они говорили, что испугались, когда у меня начался припадок. Потом голосов стало все больше, они умножались в геометрической прогрессии, удваивались эхом, звуки то ускорялись, то бесконечно растягивались. Наконец кто-то, чей голос я даже не смогла узнать, сказал, что надо дать мне мои таблетки. Кто-то засунул мне в рот гладкие продолговатые капсулы, приподнял мою голову и дал запить водой. Япослушно глотнула и провалилась во что-то черное, мягкое, резиново-тягучее.

* * *

Когда я проснулась и открыла глаза, то оказалась в белой комнате казенного вида. Больничная кровать, белая тумбочка, на ней принесенные кем-то цветы, белые занавески на окнах. Вошла медсестра и принесла поднос с едой.

- Доброе утро, мадемуазель,- поздоровалась она.- Как вы себя чувствуете?

Голова болела, во рту страшная сухость, но я сказала:

- Хорошо, спасибо. А где я? Ничего не помню.

- Вы в госпитале имени Мохаммеда Пятого,- ответила любезная медсестра.- Вас привезли вчера вечером с отравлением. Вы находились в коме, без сознания. В очень тяжелом состоянии. Хвала аллаху, дежурил доктор Мустафа Халиди, он вас и спас. Он сказал, что если бы меры были приняты хотя бы на час позже, то вы бы уже не выкарабкались. Между нами, только не говорите, что я вам сказала,- доверительно прошептала словоохотливая сестра, - у вас наблюдалась остановка сердца и остановка дыхания. Три часа вы провели на аппарате искусственного дыхания, пока не задышали самостоятельно. Что же вы, милая, травиться задумали, выпили столько сильнодействующего снотворного? А сейчас позавтракайте, и я принесу капельницу.

Она степенно удалилась, а я попыталась осмыслить сказанное. Какое отравление? Какие сильнодействующие снотворные? Меня хотел убить человек на скутере, потом мы поехали в "Шератон" и в номере Анри я нашла оружие. Анри! Может, он и есть тот, кто за мной охотился? Его не было в то утро с нами, он не вышел из машины, чтобы его не могли узнать марокканцы в пункте проката. И он так охотно привел меня к себе в номер. Но кто же устроил обыск на вилле? Я чувствовала, что окончательно запутываюсь. Внезапно меня охватила паника: чересчур уж любезной показалась медсестра, чересчур светлокожей, как европейка. И что за капельницу она собралась мне ставить?

Я подхватилась и заметалась по палате. Телефона нет, одежды тоже.

На мне короткая рубашка, у кровати тапки. Денег, естественно, тоже нет. Я выглянула в окно: второй этаж над главным входом, вокруг снуют люди, подъезжают машины. Да, здесь не спуститься. Я чувствовала слабость, но страх придавал мне сил.

Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Он пуст. Я выскользнула

и бесшумно двинулась вперед, читая на ходу дверные таблички. Дверь

с надписью "Кастелянша" я открыла и, убедившись, что там никого

нет, зашла в помещение, заваленное горами постельного белья, белых

халатов. Поколебавшись, выбрала светло-зеленую хирургическую форму,

рубашку и брюки, поверх накинула белый халат, а в довершение нацепила

медицинскую шапочку, под которую спрятала свои слишком светлые и бросающиеся

в глаза волосы. Стараясь выглядеть уверенно, я прошла по коридору

и отметила, что на меня никто не обращает внимания. Для убедительности

я прихватила лежащий на столе медсестры стетоскоп и повесила его на

шею. Теперь меня не отличить от молодых врачей и практикантов.

Но как выбраться из больницы? То, что естественно в стенах больницы, станет сразу заметным на улице. Я нашла телефон, возле которого никого поблизости нет. Но кому звонить? Ни номера отеля, где живут Ира и

Юра, ни справочного. Я присоединилась к стайке практикантов под предводительством грузного пожилого араба в отлично накрахмаленном халате. Мое появление осталось незамеченным. Однажды он обратился ко мне по-арабски с каким-то вопросом, но я промычала в ответ невразумительно, и он понял, что

я просто не знаю предмет. Затем я тихонько выскользнула через служебный

вход приемного отделения. На улице стояло сразу несколько машин "Скорой помощи" в ожидании вызова.

Я открыла дверцу первой из них и села рядом с водителем, пожилым усатым марокканцем.

- Отель "Кэмел",- скомандовала я, придав голосу уверенности. Мне необходимо увидеть Иру, чтобы по меньшей мере взять у нее ключи от дома.

- А путевку?- спросил усач.

- Какую путевку?- разоралась я на него.- Там человек умирает, турист, между прочим.

Он резво тронул с места:

- А ты кто? Что-то я раньше тебя не видел.

- Француженка из Марселя, работаю по контракту.

- То-то я смотрю, на нас не слишком похожа, да и французский нездешний,- успокоился водитель.

Я оставила его у отеля, а сама быстро проскочила на второй этаж. Слава богу, Ирка на месте, она только что проснулась. Увидев меня в таком костюме, она вытаращила глаза. Явлетела в номер и захлопнула за собой дверь.

- Ключи у тебя?

- У меня. А ты...

- Дай мне во что-нибудь переодеться,- прервала я ее.

С ее согласия я порылась у нее в шкафу и выбрала длинную шелковую юбку на резинке и топик. Это мне велико, но сойдет. Все же лучше, чем хирургическая форма.

- Поехали,- бросила я на ходу, увлекая за собой не успевшую умыться Ирину.

Мы проскочили под носом у водителя "Скорой помощи", тот меня не узнал, и взяли такси.

- Где моя машина?- спросила я Иру.

- Там же, у "Шератона",- умница Ира не задавала лишних вопросов.

- Мы туда не поедем,- решила я и велела водителю

ехать в ближайший прокат машин.- Надеюсь, мои деньги

и карточки у тебя?

- Да, да. И телефон тоже. Он-то тебя и спас,- Ира указала на свою объемистую сумку, куда влез бы не только сотовый телефон, но и, наверное, ядерный чемоданчик.

Я ничего не поняла, но расспрашивать не стала. В конторе по прокату машин я протянула свою золотую карточку и попросила открытый джип. Клерк поискал мое имя в компьютере и спросил.

- Мадемуазель, вы намерены пользоваться "Фольксвагеном-Гольфом"?

- Нет, можете забрать его на стоянке у отеля "Шератон".

Ключи,- я протянула руку Ире, и она довольно быстро нашла в своей сумке ключи и бросила их мне на ладонь.

- Вы планируете остановиться по прежнему адресу?

- Да.

- Извините, вам не понравился "Гольф"?

- Почему же, понравился. Только джип- это, как бы вам сказать, круто,я несла полную чепуху. Но не могла же я сказать, что не могу появиться у "Шератона" за автомобилем,к тому же ярким, как красный сигнал светофора.

Мы пересели в джип и вернулись на виллу. Я включила чайник, чтобы приготовить кофе, и села на террасе напротив Иры.