Лариса Соболева - Бизнес-план неземной любви

На ее заявление Толик рассмеялся:

– И он же украл сестру? Извини, это… бред.

– Дорогой мой, ты не знаешь современный преступный мир, а он претерпел изменения, вернее, сознание людей изменилось. То, что казалось раньше невозможным, становится нормой. Не удивлюсь, если завтра мы найдем труп Эдгара, бывшего дружка Евы. Тогда я этого Романа…

– Все же, Кристина, воспользуйся моим добрым советом: попробуй изменить правила – и договоришься с Тимкой.

– Почему я должна что-то менять? Я почти всегда права.

– Ты не почти всегда права, а всегда права, но дипломатия еще никому не помешала. Идем спать.

– Я еще посижу, подумаю.

Толик с шутливой угрозой постучал мизинцем по краю стола:

– Жена! Да убойся же ты мужа, наконец! Марш в постель!

Кристина надулась, обхватила руками колени, дескать, приказам ни за что не подчинюсь и не убоюсь. Хмыкнув, Толик подхватил ее на руки и, как она ни сопротивлялась, отнес на кровать. Упав рядом, он обнял ее двумя руками – куда ж тут протестовать? Кристина, прижавшись к Толику, промурлыкала:

– Ты тиран и деспот. Как я замуж за тебя вышла?

– Теперь терпи. Спать, спать.

Кристина уткнула нос в его грудь, прижалась теснее, думая, что ей выпал редкий жребий встретить понимающего и любящего человека. Он нивелирует конфликты, готовит еду, если она не приготовила, ждет ее вечерами, когда Кристина задерживается на работе, и никогда не упрекает. Это счастье, его надо беречь, а она делает много для того, чтоб он ее разлюбил. Толик прав: его жена маразматичка, даже дома не дает покоя ни себе, ни мужу. Все, о работе больше ни слова. Прошло немного времени, и Толик убаюкал ее своим мерным дыханием, отчего на душе стало тепло и покойно.

Казалось бы, имея координаты, отыскать человека просто, а в том, что правоохранительные органы хотят поговорить с бывшим другом пропавшей девушки, ничего особенного нет, всех знакомых просеивают. Прежде всего поехали в мастерскую, Зураб выяснил: Эдгар не пришел на работу. Вчера был только утром, отпросился, с тех пор его никто не видел.

– Где он сейчас может быть? – поинтересовался Зураб.

– Дома, – пожал плечами один из коллег Эдгара. – Или еще где.

– Друзья у него есть?

– Ну, так… Один часто заходил, звать Валек.

– Где живет Валек? – Опять пожимание плечами. – А в спортзал он ходит? Эдгар, я слышал, спортсмен.

– Наверное.

Помчались к Эдгару домой. Кристина помалкивала, Тимофей тоже с утра не дружил с разговорами. Зураб попробовал их растормошить:

– Эй, так и будете в молчанку играть? Надоело, честное слово.

– У нас процесс, – буркнул Тимофей, сегодня он сидел за рулем машины Кристины.

– Какой? – взревел Зураб.

– Мозговой, – буркнул Тимофей.

– Не вижу ваших процессов. Где они? Потом злиться будете, хоть побейте друг друга! Как муж и жена, честное слово!

А реакции не последовало. Ну и Зураб надулся.

Не оказалось Эдгара дома, сосед сказал, что видел его вчера со спортивной сумкой, выходил из подъезда. Зураб осведомился, есть ли у него родители и где живут. Сосед ответил, что никогда их не видел, женщины приходили к Эдгару, парни, а о родителях никогда не слышал.

– Сирота казанская, – скептически фыркнул Тимофей уже в машине.

– Ну, если и его нет в живых… – Кристина не договорила, а ее подтекст никто не понял.

– То что? – подался к ней корпусом Зураб, заглянул в лицо.

– Тогда это дело одних рук: Романа.

– Он не дурак, чтоб мочить людей, – не согласился Тимофей. – Мотив-то, конечно, у него есть, но я проанализировал на досуге, мотив мне показался слабым. Его, Кристина, поцеловала удача, а удачливые люди не ввязываются в мелочную борьбу из-за наследства.

– Ты не знаешь размеров жадности, – возразила она.

– А ты забыла главное: он приставил Марата к Эдгару, Марат убит, думаю, при выполнении задания Романа. Да иначе быть не может. Значит, не состыковываются наши подозрения.

– И ты забыл, – возразила она, но хотя бы без эмоций. – Роман грозился отправить папу на пенсию, угрожал Еве…

– Не убить же он грозился. Потом: человек, задумавший совершить преступление, будет молчать как рыба, а не трепаться, потому что не хочет отправиться на нары.

Наконец она соизволила посмотреть ему в лицо:

– Что ты предлагаешь?

– Нам нужен Эдгар. Желательно установить за ним наблюдение, но прежде надо найти его. Поскольку мы выяснили, что убийство Марата связано с нашими похищениями…

– Это еще не доказано, – вставил Зураб.

– Практически доказано, его величество случай вряд ли напроказничал с Маратом, тем более парня даже не ограбили. Так вот, следует подключить к поискам Эдгара уголовный розыск, ребята ведь занимаются убийством Марата, а оно относится к нашему делу. Одни мы, как оказалось, не справляемся.

– А как же договор со Щегловым? – озадачилась она. – Он просил сохранить в тайне…

– Кристина, – протянул Тимофей недовольно. – Какая тайна? Все, в данном деле уже тайн быть не может: два убийства, похищение и пропажа человека. Ты не доверяешь ребятам?

– Доверяю, но если похитители поймут, что их обложили, мне страшно подумать, какие действия последуют с их стороны.

– А кстати! – подпрыгнул Тимофей. – Мы давно не пили чай у папы Жало. Почему он молчит? То звонил через каждые два часа, а тут вдруг в подполье ушел. Мне это не нравится.

– Хочешь сказать, он что-то скрывает от нас? – насторожилась Кристина.

– Хрен его знает. Давайте навестим папу. И вообще, к Гришке давно пора приставить помощника, он же следит за домом только днем и вечером. А грязные делишки делаются ночью.

Тимофей развернул машину, вдруг с заднего сиденья раздалось:

– А мама?

– В смысле? – повернула вполоборота голову Кристина.

– Как хотите, а я бы приставил людей к маме, Роману, Альбине и даже к папе Жало. Раз все равно ребят подключим, то почему не приставить, а?

– Лично я «за», – сказал Тимофей.

– А я бы их всех под арест взяла, – буркнула Кристина.

– Но как посмотрит на предложение приставить сыщиков наш Щеглов? – на тяжком вздохе произнес Тимофей. – Он же дружбан с папой, Романом и мамой. Представьте, какой ор поднимет… крыша управы взлетит.

Ух, как он подписывал бумаги! Широким росчерком. Если б Даниил Олегович видел процедуру со стороны, он бы наверняка собой залюбовался. Нет, пришел бы в восторг от гордого вида, от презрения в глазах, когда смотрел на сыночка. Собственно, подписывался предварительный договор ввиду срочности, так сказать, обязательства сторон, то есть одна сторона обязуется дать означенную сумму, вторая – продать предприятие за эту сумму. Позже оформят, как положено, документы, на это, слава богу, сын согласился. Перед подписанием Роман остановил его:

– Папа, ты хорошо подумал?

– Я подумал, – сказал Даниил Олегович гордо. – Ты хочешь отнять у меня предприятие, отнимай. Только оно сейчас в простое, я передам тебе его, но с одним условием: все выплаты из-за тараканов лягут на тебя.

– Ничего, справлюсь. Почему не поговоришь со Щегловым, если не доверяешь Мокрицкой?

– Условия диктуют мне жесткие правила. Я и так передоверился, а похитители в курсе всего.

– Это твое заблуждение. Отец, ты снова действуешь неразумно, хоть раз в жизни посмотри назад и признай, сколько ты сделал ошибок.

Папа держался с достоинством:

– Не учи меня.

– Хорошо, – усмехнулся Роман. – Но ты тоже учти: назад дороги не будет, поэтому в будущем не упрекай меня.

Даниил Олегович выскочил в приемную, пригласил юриста, чтоб тот проверил составленные сыном документы, подписал. Юрист побежал по своим делам, а Даниил Олегович задержался:

– Деньги когда будут?

– Завтра к вечеру.

– В таком случае, – он суетливо схватил бумаги со стола и потряс ими, – завтра и получишь свою часть.

– Как скажешь, – не забеспокоился Роман. – Пока это всего лишь бумажки, они не оформлены должным образом, так что ты можешь уничтожить их, если пожелаешь.

Бросая в кейс бумаги, Даниил Олегович с нарочитым восхищением, которое вовсе не соответствовало истинным чувствам, произнес:

– Молодец, сынок. Ты настоящая акула капитализма, зубастый.

– Весь в тебя, – парировал Роман.

– Папу родного съел с потрохами.

– Ой, не надо про еду, – поморщился тот.

Даниил Олегович не попрощался, выбежал от сына, по дороге к автомобилю цедил сквозь зубы:

– Ничего, я-то поднимусь. Мне это – раз плюнуть. Я-то поднимусь, и тогда посмотрим, кто будет шашкой махать.

Кого не жаждал увидеть в офисе, так это людей Щеглова. Даниил Олегович соорудил кислую мину, вернее, она сама прилипла к физиономии, нехотя пригласил троицу в кабинет, сел за стол и поднял брови, мол, с чем пожаловали, господа дармоеды? Тимофей легонько подтолкнул Кристину, она поняла намек: мадама, работай языком. Заметив неадекватное поведение хозяина этого кабинета, Кристина заговорила почти ласково: