Ангел ходит голым - Измайлов Андрей

Что есть, то есть. Живём однова. Кое-кто и не живёт уже. Ведь не только по ментовским крупицам, иных-других каналов информации — успевай собирать малину с куста. Досье! Хотя дело чисто ментовское. Было. До той поры, пока фигурант не стал объектом. А с внезапным успением адепта Ордена Макса Багдашова — уже дело чести.

Для нас честь — нравственный вектор и ориентир. Всё потеряно кроме чести! (Поверили? А зря! Не всё потеряно!)

И спроси её… Нет, не в ментовской жёсткой манере — с предъявлением косвенных улик, сверлящим взглядом, настольной лампой на скотче, пыльной водой в графине. Тем более с ней всё это уже было и быльём поросло. Спроси её в присущей нам мягкой манере: слушай, Лиль, а как ты это делаешь? как у тебя получается?

Ответ предсказуем: «Я же ведьма!»

Теперь у них, у женщин, высшая доблесть — припудриться ведьмой. Сами придумают, сами изобразят, сами поверят. Не дуры от природы подбавляют нотку лёгкой самоиронии вместе с загадочностью. Не веришь? И дурак! Веришь? И дурак! А она вся такая странная-оригинальная. Промыслового значения не имеет.

Лилька от природы отнюдь не дура. Настолько умна, что иной раз играет дуру просто виртуозно.

* * *

— Я же ведьма, Виталь! Разве не знал? Не знаешь?

— Знаю, знаю.

— Или не веришь?

— Верю, верю.

— А всем, кто пожелает ведьме зла, оно возвращается сторицей. Я не насылаю, нет. Как я могу! Автоматически происходит, очень быстро. Палец о палец не ударю.

— Всем-всем возвращается?

— Я же не изверг, Виталь! Тогда бы горы трупов, горы трупов! Не всем-всем. Только близким. Бывшим близким. Понимаешь? Ты ведь понима-аешь.

Понима-аю.

— А объясни мне, Лиль… — Естественней. Дружелюбней. Задушевней, но и равнодушней. Коротаем вечерок за беседой. — Макс-то чем тебе не угодил?

— Макс?

— Багдашов.

— Ах, этот!

Нэнси Синатра. Bang-bang. Песня. Как женщины убивают. Как они перестают любить. Как они уходят. Просто надо смотреть клип-ретро. Слышать, как она там произносит bang-bang. И всё станет понятно. Гм. Так вот, Нэнси Синатра — никто, а её bang-bang — ничто. По сравнению с Лилит Данияловой и с её «ах, этот!»

Поверьте на слово. (Поверили?)

— Ты же ему… благоволила.

— Да? Очень может быть. Я многим… благоволила. Ты же в курсе, Виталь. И что этот Макс?

— Умер.

— Я в курсе.

— Ты была при этом.

— Была, да.

— И?

— Что — и?

— И всем, кто пожелает ведьме зла, оно возвращается сторицей.

— Виталь? Ви-та-лик? Ты всерьёз? Или сейчас валяешь дурака?

— Сейчас всерьёз валяю дурака.

— И дурак! Смешной… А что касается Макса… Нет, всё с ним было замечательно. Пикантненько. Только, знаешь, стал он меня угнетать в последнее время. Если б ты только видел, как!

— В его последнее время.

— Опять ты!.. Прекрати всякую чушь!

Всякая чушь. Стал угнетать. Если б только видел…

* * *

Видел. Видел, как.

Hotel «Все флаги». На Конюшенной. All inclusive. Охрану обеспечивает ЧОП «Цепь». (Перекрёстное опыление!) Хозяин — барин. Барин — Макс Багдашов.

Нынче барин с дамой. О-о, какая дама, какая дама! Донна!

Мои «цепные» сразу с поста доложились.

Ужин? Ужин, ужин.

Данке щён, всё было чудесно.

То ли ещё будет. Работаем до последнего клиента. Господа, развлекайтесь! Хозяин-барин вас покидает. Обещал донне показать свои новые ируканские ковры.

Очаровательница! Прелестница! Право, у него губа не дура!

— Прошу вас, донна! Ступеньки…

— Ковры? Будь проще, Максик. В нумера, верно поняла?

— Во-первых: Макс. Во-вторых: не нумера — нумер, нумер-люкс. В-третьих: возражения?

— Не вижу, почему бы не посмотреть на ируканские ковры благородной донне. В нумере-люкс. Если там всё будет столь же чудесно, сколь ужин…

Будет, обязательно будет!

И стало так.

Мои «цепные» доложились. На словах.

Имеющий уши слышит. Полбеды.

А глаза? Имеющий глаза видит. Беда-а, просто беда!

* * *

— Глянь, старина, глянь! Классное видео, м? Не на мою задницу смотри (само совершенство, сам знаю). Ты глянь, как Лилька исполняет! Прямо на ируканских коврах!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

— Гх-хм. Гр-р-рхм. М-макс, зачем?

— Старина-а! Не истолкуй превратно! Исключительно на память! Долгими холодными вечерами одинокий дедушка Багдашов, бывало, включит… Ах, есть что вспомнить!

— Гх-хр-х. А она знает?

— Догадывается. Не девочка, не вчера родилась.

— Шантаж?

— Не наш ме-етод, старина! Ещё прокурора, похожего на человека, вспомни! Фу, старина! Говорю же, просто на память! И разве этим её расшантажируешь?!

— А мне — зачем?

— Разве не понравилось? Может быть, тазик?

— Какой тазик?

— Ну, или в ванную.

— Спасибо, нет.

— Так чего? Не понравилось?

— Ничего так…

— Во-от! Копию тебе сделать?

— Зачем?

— Дык одно дело делаем. Дык?

— В принципе да.

— Ух, как сказал, старина! В принципе! В Гавриле! Служил Гаврила охрандосом, Гаврила принцип охранял!

— Слышь? Ваши ковры прекрасны. Но мне пора.

* * *

Или зря тогда от копии отказался?

Хотя…

Именно, что хотя. Отвечая на вопрос «что делал?».

Стал угнетать. М-да. Гнёт — тело, давящее сверху. Там, на видео, и другие позиции… Камасутра.

Нет, зря отказался. От хотя бы копии. Хотя…

— Опять превратно меня понял, Виталь. Угнетение… Смотри! Например, мне говорят: «Мы голодны!» И я пойду и сделаю бутерброды. Но если мне говорят: «Пойди и сделай бутерброды!», я не пойду и не сделаю… Ой! Бутерброды тебе сделать? Ветчина, рокфор, майкопская, ещё какая-то хрень в холодильнике. Йогурт. А то хлещешь коньяк на пустой желудок.

— Благодарствую. Разве какой-нибудь рыбки…

— Вот рыбки нет. Рыбки — нет. И прекрати!

— Всё-всё. Даже не начинал.

— И не начинай.

— И мысли не было! Мы не голодны. Хотя… Пойди и сделай бутерброды!

— Не дразнись!

— Не буду.

— Так сделать? Или нет?

— Нет… Значит, стал тебя Макс угнетать. В последнее время.

— Просто он злой. Вот ты — добрый. А он — злой.

— А я — добрый?

— Добрый.

— Но сложись всё наоборот, ты бы сейчас вечеряла с Максом, а я…

— Ты? Был бы спроважен. В последний путь. И я бы пробросила мельком: «Ах, этот!». Я же ведьма!.. Тьфу на тебя, Виталь! Умеешь ты!..

А ты-то как умеешь, Лиль! Уклони очи твои от меня, потому что они волнуют меня…

— Ой! Мобилка! Мобилка! Где она мурчит? Где-где?! Что-то не сориентироваться! Я такая бестолковая! Засунула… Ну, где же, где?!

Где-где!

— В спальне.

— Ой, точно! Я же прилегла, пока ты не заявился! Бегу-бегу-бегу!

Она — прилегла. Она — бегу-бегу-бегу!

Просто невозможно! Потому что это выше сил! Хоть опять в ванную! На минуточку! Руки помыть, руки! «Раффаэлло» клятое…

— Юлик!!! Ю-у-у-улик!!! Прилетел?! Сели?! А я жду, жду! Конечно! Ко мне! Жду-жду-жду! Я соскучилась!

Голос твой сладок, песня голубицы в ущелье скалы под кровом утёса!

* * *

Юлик.

Пока всё идёт, как идёт. Как должно. Как должно!

Истинно, истинно говорю вам, не претендуя на копирайт: если вами никто не манипулирует, вы в руках профессионалов.

Адепты Ордена, нашего Ордена, профи. Даже выведенные за штат. Бывших, известно, не бывает.

Юлий Берш. 27 лет. Голкипер сборной. Прибыл рейсом из Дубая. Вместе с командой. После сборов. Три товарищеских матча с местными раскоряками. 11:0, 1:0, 0:0. Тренер Флавио Пикколо выразил сдержанное удовлетворение состоянием основного состава.

Валюта у Юлия.

Твоя Лилит.

Нам всё известно, всё!

* * *

В этой стране стало страшно жить. Недавно случайно нашла в Интернете базу данных поиска людей http: //syim.com/baza. И главное, сделали вроде как для поиска утерянных родственников. Но здесь вся информация о каждом из нас: переписки с друзьями, адреса, телефоны, место работы, и, что самое страшное, есть даже мои обнажённые фото (правда, не знаю откуда). В общем, испугалась очень. Но есть такая функция, как «скрыть данные». Воспользовалась и всем советую не медлить. Мало ли, что эти придурки могут сделать дальше!