Улика № 13 - Анна Князева

– Вы рассказали все, что было нужно. – Стерхова поднялась и протянула ему руку. – Благодарю вас!

Вернувшись в машину Штурма, она попросила отвезти ее к Следственному управлению, где остался ее автомобиль. Там, прощаясь, погладила Илью по руке:

– Ты очень хороший мальчик. Спасибо тебе и не сердись. Если бы мне было лет на десять меньше, я бы в тебя влюбилась.

Глава 24

Абьюз

Звонок рассыпался трелью внутри квартиры, из-за двери под номером двадцать два послышались торопливые шаги.

– Кто там? – спросил женский голос.

– Откройте, пожалуйста, Следственное управление.

Дверь открылась и в неширокую щель высунулась голова в бигуди.

– Вы – следователь? – Брови женщины взлетели на предельную высоту. – Что вам нужно?

Стерхова предъявила удостоверение и сказала как можно убедительнее:

– Всего лишь поговорить.

– О чем? – спросила женщина, при этом щель между косяком и дверью нисколько не увеличилась.

– Впустите меня, пожалуйста, на лестничной площадке говорить неудобно.

– Проходите. – Хозяйка отступила в глубь прихожей и распахнула дверь.

Стерхова вошла и огляделась.

– Собственно, меня интересует только ваша квартира.

– Я купила ее несколько лет назад, – запереживала та. – Сделка прошла без сучка и задоринки. Историю помещения проверял юрист и не обнаружил ничего подозрительного. Из нежилого его перевели в жилое еще в конце девяностых, так что с оформлением все законно.

– Нисколько не сомневаюсь. – Стерхова ободряюще улыбнулась. – Вы в курсе, что когда-то здесь было фотоателье и оно имело культурологическое значение?

– Никаких запретов или ограничений при оформлении не нашли, – еще больше разволновалась хозяйка. – Пожалуйста, не пугайте меня! Зачем вы пришли?

– Только за информацией. Никоим образом не подвергаю сомнению ваши права на собственность.

– Ну, слава богу! – Женщина жестом пригласила пройти в комнату. – Какая информация вам нужна?

– Хотелось бы осмотреть квартиру.

– Ах, это! Пожалуйста. – Хозяйка направилась дальше по коридору. – Квартира не такая большая, всего шестьдесят метров. Две комнаты, кухня.

Они вошли в небольшую гостиную и Стерхова указала на высокую двухстворчатую дверь, выпадаашую из общего антуража и похожую на портал в иные миры.

– Куда ведет эта дверь?

– Никуда, – с улыбкой сообщила хозяйка. – Когда-то она соединяла эту комнату с соседней. До революции весь этаж был одной господской квартирой. Теперь вместо нее – четыре. Что касается двери, она была заколочена, и я велела заложить ее кирпичом. Но дизайнер посоветовал оставить дверь, как декоративный элемент. Не правда ли, она придает комнате торжественную аристократичность?

– Вне всяких сомнений, – сказала Анна. – Не знаете, кто живет по ту сторону стены?

– Представления не имею. Я вообще здесь никого не знаю. Как мы теперь живем? На работу – с работы. Ни здрасьте, ни до свидания. Да и живу я здесь на так уж долго. Меня никто не затоплял, мне затоплять некого, подо мной подвал. Кстати! Идемте, покажу.

Они перешли на кухню, хозяйка приблизилась к стене, открыла небольшую дверь и включила свет в помещении, похожем на чулан. Стерхова ощутила, как быстро забилось сердце. Ожидая увидеть запылившиеся полки с банками, она вдруг увидела, как женщина стала спускаться по каменным ступеням вниз.

– Следуйте за мной! – сказала хозяйка, и её голос эхом отозвался в тесном пространстве.

Анна тоже стала спускаться, шаг за шагом углубляясь в подвал.

Помещение оказалось просторным, с неожиданно высоким потолком и массивными балками. Стены, выложенные грубым камнем, испускали прохладу. Посреди располагался большой дощатый стол, на котором стояли банки с домашними заготовками. Такие же заполнили два стеллажа у сены. В большом помещении они выглядели сиротливо.

Хозяйка задержалась у стола и повела рукой.

– Вот такое везение. По сути, квартиру я купила только из-за этого подвала.

– Впечатляет, – заметила Анна. – Здесь все так и было?

– Стены во время ремонта не трогали. А вот пол раньше был земляным, поэтому на нем сделали бетонную стяжку.

– Спасибо, – тихо сказала Стерхова, и холодок пробежал по ее спине. Она поняла, что это место скрывает куда больше тайн, чем можно предположить.

Во дворе дома номер семь, шагая к подворотне, Стерхова заметила впереди мужчину, который направлялся туда же. Со спины она узнала артиста Лаврентьева.

Сначала решив окликнуть его, она тут же передумала.

«Что он здесь делает?» – подумала Анна.

Задержавшись, она подождала, пока он выйдет на улицу, и только после этого прошла через подворотню и села в свой автомобиль.

Всю дорогу до Следственного управления, Стерхова думала про Лаврентьева и его визит в дом номер семь. Неужели она что-то упустила? Недосмотрела, не заметила важную деталь? А, может, Ларентьев и есть преступник? Тогда ей, как профессионалу, грош цена.

В кабинете Анна появилась в плохом настроении, однако Семенов смог его улучшить, сообщив, что нашел историю болезни Тепляковой и даже говорил с ее лечащим врачом.

– Старуха держится бодро – еврейка лет семидесяти пяти. Умная женщина и, главное, все помнит. Она – театралка, была поклонницей Тепляковой.

– Говорите, Игорь Петрович! – поторопила его Стерхова.

– В общих чертах старуха рассказала, что пациентка, ввиду болезни, была подвержена чужому влиянию. Она назвала диагноз, но какой-то очень мудреный, я его не запомнил. Вам лучше самой с ней поговорить. Вот телефон, позвоните. – Семенов положил на стол листок с номером телефона.

– Съезжу туда, – сказала Анна. – Запишите адрес диспансера и полное имя врача.

– Какие будут поручения? – осведомился Игорь Петровч.

– Столярный переулок, дом семь. Найдите полный список жильцов и, пожалуйста, побыстрее.

– Здесь, в Питере?

– Разумеется.

– Сделаю. Что еще?

– Пока ничего. – Забрав со стола листок, Стерхова направилась к двери.

Предъявив удостоверение, Анна въехала через КПП во двор психоневрологического диспансера и направила машину к старому зданию, окруженному высокими деревьями. Мрачная архитектура стационарного корпуса казалась воплощением всех страхов и тревог, которые здесь обитали. В коридоре её встретил крепкий санитар и проводил в кабинет врача.

Там, за обычным канцелярским столом, сидела пожилая полная женщина с крашенными хной волосами. Увидев Анну, она приветливо улыбнулась.

– Добрый день. Вы Анна Стерхова? Я – врач Раиса Исаевна Левитина. Кажется, вас интересует Теплякова? Именно так вы сказали, когда договаривались о встрече.

– Все верно, – ответила Анна, присаживаясь на предложенный стул. Расскажите все, что о ней помните.

Раиса Исаевна задумалась, и её лицо осветилось доброй улыбкой.

– Конечно же, я хорошо помню Тамилу Теплякову. Она была великой актрисой. Когда-то я не пропускала ни одну ее премьеру.

– Были ее поклонницей?

– О да! – кивнула Левитина. – Её талант был уникален. Я видела Теплякову в «Вишнёвом саде», в «Чайке» и в «Стеклянном зверинце». Она была душой своего театра и, к великому сожалению, нашей пациенткой.

– Часто обращалась за помощью?

– Два раза в год, в конце