Топор богомола - Котаро Исака

– Пап, у тебя безумный взгляд.

– Что бы ты сделал, если б когда-нибудь встретил их снова?

– Если б я снова встретил их? Не знаю, а что бы я должен был сделать? Я думал об этом. Если бы я когда-нибудь вновь где-то с ними столкнулся, был бы я с ними дружелюбен, или попытался бы им отомстить?..

– Хороший вопрос.

До того момента, как Кацуми заговорил о самой возможности быть дружелюбным со своими обидчиками, в голове Жука-носорога был только один вариант поведения, но он притворяется, что задавался тем же вопросом.

– Знаешь, что однажды сказал Джон Кеннеди? «Прощай своих врагов, но никогда не забывай их имен».

– Вот как…

– Полагаю, это означает, что ты можешь простить их, но по отношению к ним нельзя терять бдительности.

– Или, может быть, это означает, что ты должен помнить их, чтобы добраться до них и отомстить им в следующей жизни… Нет, ну только посмотри на себя: ты цитируешь Кеннеди! Это впечатляет.

– Ну, не то чтобы он сказал это мне лично… Может быть, на самом деле он вообще никогда этого не говорил.

– Ты такой умный… Трудно поверить в то, что ты мой сын.

– Да ладно, пап, ты гораздо больше достоин восхищения, чем я.

Это признание поражает Жука-носорога, как неожиданная атака. То, что произошло с ним вчера на автобусной остановке, тоже было необычно, но слова Кацуми еще более необычны.

* * *

О том удивившем его случае на автобусной остановке… Это произошло на окраине Макиоки, все еще в пределах Токио, но далеко от центра города, гораздо ближе к границе с соседней префектурой. Тихий район, где мегаполис еще не поглотил зеленые островки природы. Жук-носорог отправился туда по работе. Однако это была не его работа в компании, производящей и поставляющей канцелярские товары, а одно из заданий, полученных им от врача. Та его работа, которая не имеет ничего общего с гуманизмом или законом.

Сначала врач долго уговаривал Жука-носорога согласиться на одну операцию. Тот ответил, что если б это было возможно, он предпочел бы больше никогда не выполнять операций.

– Это процедура с высоким риском.

– Я уже столько раз говорил вам, что не хочу выполнять и такие процедуры.

Выражение лица врача, как обычно, не изменилось.

– Вы испытываете чувство вины?

Жук-носорог не был уверен, что точно знает, на что похоже чувство вины и как оно ощущается.

– Возможно, – коротко ответил он.

Затем попытался задать себе вопрос, что так сильно его беспокоит. Когда подобного рода работа стала ему настолько неприятна? Не то чтобы это когда-нибудь доставляло особенное удовольствие, но именно так он всегда выживал: получал задание и выполнял его.

– Жизнь драгоценна, – наконец отважился он.

– Это что, какой-то политический лозунг? – В глазах врача вспыхнуло презрение. – Я – врач, и вы хотите сказать мне, что жизнь драгоценна?

– Вы – один из тех, кто раздает задания наемным убийцам и отнимает жизни, а не спасает их, как делают обычные врачи, разве нет? – Жук-носорог просто выпалил первое, что пришло ему на ум. «Жизнь драгоценна. Разумеется, это так». Он всегда знал эту простую истину. Но также верно и то, что мы, люди, отнимаем жизни у других существ, чтобы съесть их. И правда в том, что, когда в какой-нибудь отдаленной стране происходит массовая гибель детей, это не слишком сильно нас трогает, потому что мы заняты своими делами. А это означает как раз обратное – ценность жизни относительна. Это Жук-носорог тоже хорошо понимал.

– Когда у человека есть семья, это прекрасно, – безэмоционально сказал врач.

– У меня нет никаких иллюзий насчет того, что я могу искупить то, что натворил.

– Разумеется.

– Единственное, что я могу сделать, – это больше не совершать подобных вещей.

– Каких вещей?

– Таких, о которых мне было бы стыдно рассказать моему ребенку.

– Однако хирургическое удаление злокачественных опухолей вовсе не является чем-то плохим.

– Да, согласен, но с меня хватит.

Они продолжали ходить по кругу. Жук-носорог сбился со счета, сколько раз между ними происходил один и тот же разговор, одни и те же переговоры, которые заходили в один и тот же тупик. Что он знал наверняка – так это то, на чем закончится их дискуссия.

– Но вы же понимаете, Миякэ-сан, что пока не можете отказаться от своих регулярных процедур.

«В вас были сделаны инвестиции. Если вы уйдете сейчас, кто-то потеряет деньги. Никому не нравится проигрывать. Так что весьма вероятно, что они разозлятся. Если вы попытаетесь просто умыть руки, разгневанная сторона, вне всяких сомнений, будет действовать безжалостно, и не только против вас, но и против вашей семьи. Так что продолжайте работать, еще совсем недолго».

«Ты должен подчиниться. Доходы должны сравняться с расходами».

Всегда одно и то же объяснение. Врач тщательно подбирает слова, но суть никогда не меняется.

– Если вы предпочли бы избежать хирургического вмешательства, то, возможно, я мог бы предложить вам другое лечение.

С этими словами врач действительно предложил ему другое задание: отправиться на фабрику в Макиоке и забрать определенный предмет.

Жук-носорог понял, что ему предлагается компромисс, и согласился.

Фабрика находилась у подножия горы. Ни о какой системе безопасности или охране в этом заброшенном здании и речи не было. Жук-носорог обошел его и обнаружил на задней стене окно с покрытой ржавчиной рамой, которое он смог без труда взломать. Протиснуться через узкое отверстие внутрь было немного сложнее, но в целом проникнуть на фабрику было просто. Он оказался в просторном цеху, в центре которого располагалась конвейерная лента с механическими рычагами, установленными по обе стороны. Эти рычаги показались Жуку-носорогу похожими на огромные стоматологические инструменты, и он представил себе громадного великана с широко открытым ртом, лежащего на конвейерной ленте.

Судя по информации из «медицинской карты», которую показал ему врач, нужное ему помещение располагалось в глубине здания. Жук-носорог без проблем нашел его и открыл дверь. Вот тогда-то он едва не попался в ловушку.

Когда он потянул дверь на себя, внезапно раздался какой-то шум. Жук-носорог отпрянул назад, пригибаясь к самому полу. Над его головой что-то просвистело, как выпущенная из лука стрела. В следующее мгновение он увидел, что это на самом деле была стрела. Воткнувшись в стену, она вибрировала.

Оказалось, что в комнате был установлен тактический арбалет, который выстреливал при открытии двери. С тех пор как Жук-носорог начал заниматься этой работой, люди говорили ему, что он все делает по старинке, а он отвечал им, что иногда старомодные способы – самые эффективные. Это все равно