Виктор Меньшов - Купи себе Манхэттен (= Бабки на бочку)

- Не спеши, - остановил его я. - Эти суки чем-то прикрылись, теперь не знаю, как мы до них доберемся.

- А может, хрен с ними? Пускай сидят?

- Ага, пускай сидят, - не согласился я. - Они нас в спины расстреляют, когда мы выходить будем. Этих тварей так оставлять никак нельзя. Если бы у них оружия не было. Кстати, как перевяжешься, смотайся в подвал, если отступать придется, нельзя им оружие оставлять.

- Понял! - Димка метнулся вдоль коридора.

Запоздало грохнули выстрелы. Бандиты осторожничали, поэтому не целились, стреляли на звук, на голоса. Боялись, гады, головы выставлять. Я даже отвечать не стал, и так шума хватало. Больше, чем мы рассчитывали сначала. Это меня беспокоило. Надо было побыстрее убираться, пока не вызвали милицию, но оставить за спиной бандюг мы не могли, а вот как было их достать? Не идти же на них в атаку по коридору? Я немного отполз назад, завернув за угол, подальше от дурной пули. Тут же раздалось несколько выстрелов. Я тоже выстрелил. Надо было дать им понять, что высовываться опасно. Сидел я напротив лестницы на второй этаж. Я позвал:

- Эй, Манхэттен! Ты там живой?

- Живой! - отозвался сверху Манхэттен. - Стойте! Куда вы?!

- Коля, с Димой все в порядке? - раздался тревожный голос Ани.

- Папка! Пустите к папке! - подал голос и Виталька.

- Аня, у нас все в порядке, только вы не спускайтесь. И Витальку держи подальше. Здесь бандиты и очень опасно.

- Хорошо, Коля. Только вы там себе берегите.

- Мы стараемся.

Тут подошел Димка.

- Там оружия не так уж и много, но я возиться не стал, просто прострелил трубу с горячей водой, чрез полчасика там будет доверху. Да ещё разложил все по полу, чтобы побыстрее водичка дошла. Как минимум патроны сварятся.

- Ладно, молодец. Ты присмотри за этими гавриками да гранаты мне подай свои, я попробую их с улицы долбануть.

- Да ты что?! Пристрелят!

- А в коридоре сидеть - не пристрелят? Предложи что-то другое. Вот то-то. Засекай время. Через две минуты ровно прижми их, отвлеки. Понял?

- Давай, Коля. Только поосторожнее.

- Да уж сам себя под пули ставить не буду.

Я метнулся на выход. Постоял в дверях, щурясь на свет, потом побежал вдоль дома, стараясь двигаться тихо, пригибаясь под окнами, чтобы не увидели сверху. Я подошел вовремя, потому что оказалось, не один я такой умный. Из одного окна свисали чьи-то ноги, кого-то выпускали нам за спину, чтобы ударить с тыла. Через вход. Я присел за большой ящик. Теперь я смотрел только на стрелки часов и слушал. Вот раздался шлепок, кто-то благополучно спрыгнул. Потом на цыпочках побежал. Я весь собрался. Вот он уже рядом. Я выставил ногу, и здоровый бугай рухнул всем телом рядом со мной. Церемониться мне было некогда. Матч по греко-римской борьбе на этот раз не состоялся. Пришлось прибегнуть к помощи ножа.

Выпавший у парня пистолет я просто отбросил в сторону ногой. Оружия у меня только что из носа не торчало. Бегом, уже не очень заботясь о тишине, я бросился под то же окно, из которого десантировался добрый молодец. И почти тут же грохнули выстрелы в коридоре. Из комнаты ответили интенсивной стрельбой. Димка разыграл все так, как доктор прописал. Я привстал на цыпочках, страшно рискуя, заглянул в окно. В комнате находилось человек восемь. Четверо сидели в углу на корточках, они были безоружные. Еще четверо столпились у дверей в коридор, возле самодельной баррикадки, сооруженной из стола и ещё какого-то барахла.

Двое укрывались за нею, а двое стояли за косяками двери с двух сторон. Стреляли они из пистолетов. Правда, у одного был автомат, но стрелял он одиночными, как видно, с патронами у них было совсем худо. Но и нам ждать, когда боеприпасы у них совсем кончатся, было не с руки.

Я прицелился и бросил одну за другой три гранаты в сторону дверей и ещё одну, чтобы уж наверняка, в сторону стенки.

После этого я оглушительно свистнул, чтобы Димка успел отскочить, и сам бросился в сторону.

За спиной у меня грохнули взрывы. Зазвенели окна. Кто-то дико заорал, но крик заглушил ещё один взрыв, а потом ещё и еще...

Из окна повалил черный дым. Там что-то горело. Возле строящихся многоэтажек обозначилось какое-то движение. Я выругался. Мы допустили самую жестокую ошибку. Машину нашу мы оставили возле строящихся домов. Надо было торопиться. С другой стороны, где ещё нам было её оставлять? Разве только в рощице.

Я вошел в дом. Димка обнимался со своими. Рядом с ними стоял счастливый Манхэттен. Еще бы! Ему даже выстрелить ни разу не пришлось. Все пока было не так уж и плохо.

- Манхэттен, давай быстро дуй за машиной. Да бегом. Ты самый легкий, мы пока докостыляем. А всей оравой бежать, только людей зря пугать, да и по времени больше займет. Давай!

- Есть! - весело козырнул Алик и рванул через пустырь.

Мы с Димкой пошли в дом, велев Ане с Виталиком оставаться снаружи. Мы хотели забрать наши сумки и посмотреть, что там в комнате, может, кто-то ещё остался жив. Мы, конечно, могли нарваться на пулю, но сами понимали, что вероятность этого крайне мала. После четырех гранат Ф-1, взорвавшихся в не таком уж большом помещении, вряд ли кто мог остаться в живых, но все же...

Ходили мы зря. Зрелище было то еще. Димку даже вырвало. Меня самого пробил липкий пот и волной накатила дурнота, от которой я едва отдышался. Мы вышли в коридор и увидели бегущих нам навстречу Аню и Витальку.

- Дима! Там милиция! - выдохнула Аня.

У меня внутри все оборвалось. Мы переглянулись с Димкой, и я понял, что оба мы думаем одинаково. Я выскочил на улицу. Следом за мной Димка. Через пустырь, петляя как заяц, со скоростью близкой к скорости света, мчался Манхэттен. От подметок его можно было, наверное, запросто прикуривать. Причина его бегства находилась возле новостроек. Димка схватил бинокль, я вырвал его у него и увидел, что от домов отъезжают машины милиции, одна из которых направилась в сторону рощицы, отрезая нам путь к отступлению. Впрочем, они могли бы этого и не делать. Мы не стали бы бегать по пересеченной местности кроссы с милицией.

Вторая машина рванула вслед за Манхэттеном, который уже был близко к нам. Я выдержал паузу и, замахав руками Манхэттену, чтобы он взял правее, дал длинную очередь по колесам мчавшегося за ним автомобиля. Что самое странное - я попал. Автомобиль завихлял и завалился набок, залетев в какую-то рытвину. Из него быстро, как муравьи, повыскакивали милиционеры, как видно, изрядно испуганные, и, укрывшись за машиной, открыли стрельбу. Впрочем, нам это было по барабану. Манхэттен уже добежал, мы втащили его в дом, и теперь пули ментов только ковыряли стены.

- Смотри, они за цементовоз собираются перебегать! - закричал мне Димка, выглянув в окно.

Я посмотрел туда же и увидел, что менты перебегают в сторону цементовоза.

- Если они за него забегут, то оттуда до дома полшага.

- Не добегут... - отрезал я. - Дай им под ноги, загони обратно. А я сделаю все остальное.

Димка высунулся по пояс, ювелирно положив длинную очередь прямо под ноги ментам, отчего те сначала подпрыгнули на месте, а потом развернулись и дунули за свой автомобиль.

- Придурки! - выругался Димка, наблюдая за тем, как колышутся на бегу их задницы. - Кто их учил? Сейчас бы все легли как один.

А я тем временем, тщательно прицелясь, врезал длинную очередь вдоль цистерны цементовоза. Потом ещё одну. Из отверстий медленно потек цемент.

- Все, - удовлетворенно сел я на пол. - Теперь там такая лужа натечет - мало не покажется. Да пока застынет.

- А чего радоваться? - меланхолично спросил Манхэттен. - Все одно они нас возьмут. Уйти мы не сможем так и так.

Тут он был прав. Своим ходом уходить нам было некуда. Да и бессмысленно.

- Может, транспорт потребовать, соврать про заложников? - спросил Димка. - Прошло же в Лабинске.

- В Лабинске прошло. А тут Москва. Найдется какой-нибудь придурок, который прикажет стрелять на поражение. Нет, мы не можем рисковать Аней и Виталиком, - возразил я.

- А что делать?

- А я знаю? Попробуем что-то придумать, - пожал я плечами.

- А если не придумаем? - уныло спросил Манхэттен.

- А если не придумаем, то отпустим Диму и Аню с Виталиком, как заложников, а сами попробуем прорваться.

- Да нас к тому времени так обложат, что мы шагу не сможем сделать.

- Ну, это мы ещё будем поглядеть, - возразил я.

- Слушай, они за автоматы взялись, - обеспокоенно сказал Димка. - Как бы моих случаем шальной пулей не зацепило.

- Сейчас уладим, - кивнул я головой.

Я осторожно выглянул и заорал:

- Эй, менты! Не стреляйте! Дайте слово сказать - не пожалеете! Не стреляйте, говорю!

- Выходите с поднятыми руками! Тогда и разговоры будут у нас с вами! раздался мальчишеский голосок.

- А ты, сопляк, помолчи! Пускай, кто старший, поговорит. Есть о чем поговорить, обещаю и отвечаю.

- Ну, говори, я послушаю, - раздался басок.

- У нас в доме семья в заложниках! Не стреляйте! В них попадете начальство по головке вас не погладит!