Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

– Я сперва не понял. Не догадался. Пришлось применить свои детективные способности. – Наконец он поддел ногой какой-то предмет. – Водитель автобуса вспомнил, что высадил тебя в Пуго. Я порасспрашивал людей – обеспокоенный брат ищет свою непутевую сестрицу – и наткнулся на обиженного парня в кафе. Он сказал, что ты его развела.

Шон бросил на землю чашку с чаем и наклонился, чтобы поднять свою находку. Я успела увидеть золотой блеск цепочки Марты, прежде чем он сжал ее в кулаке и сунул себе в карман.

– Детская ошибка, Али. Я думал, ты лучше усвоила мой урок. Ты позволила себя заметить. – Перестав смеяться, он нахмурил брови и поморщился, словно воспринял это как личную обиду. – Он видел, как ты садилась в машину к этому мужику, Паскалю, который, как я выяснил, живет в Сен-Этьен. Тут я сообразил, что ты работаешь вместо Лулу, а дальше все просто. Даже удивительно, что я так долго провозился.

Он не спеша пошел дальше. Калитка была не заперта, и он пнул ее ногой, словно мяч. Она с лязганьем открылась.

– Заходи, познакомься с Катей, – сказал он, и на его лице отразилось предвкушение, какое-то мстительное веселье.

Кто моя замена? У меня было лишь несколько секунд на раздумья. Но я заранее знала, что мне жаль эту незнакомую женщину и что глубоко в душе я трепещу от страха за нее. Похоже, мне в какой-то мере удалось освободиться. Он охотился на беззащитных, неуверенных в себе, а я уже знала, что не принадлежу ни к тем, ни к другим.

Эта девушка – женщина – была на глубоком конце бассейна; она лежала спиной на воде в облаке волос, лениво двигая бледными руками и ногами. Ее бикини выглядело знакомо – у меня были точно такие же, сконструированные из треугольников и веревочек. Все черные бикини примерно одинаковы. В этом-то и смысл – оставаться безликой. Ее глаза были закрыты, и она не сразу услышала Шона. На одно ужасное мгновение я подумала, что она мертва, что он убил еще кого-то и принес жертву мне, как кошка – мышку. Но он согнулся, опустил руку в воду и резко вытащил, плеснув в нее водой.

Подняв тучи брызг, она встала, оказавшись спиной ко мне.

– Эй! – со смехом возмутилась она, обрызгав его в ответ. Потом, проследив за его взглядом, она шлепнула руками по воде, отчего пошла рябь, и повернулась.

Залитая солнцем вода в бассейне была ярко-синей, с редкими вкраплениями белого. В ней, немного исказившись, отражались каменные стены «голубятни». Свет искрился и отскакивал от поверхности воды, рассыпаясь на тысячу блесток. Если слишком долго смотреть в воду и не моргать, возникнет ощущение, что смотришься в перевернутое зеркало – перестаешь понимать, где начинается и кончается небо, что реально, а что – нет.

Несколько мгновений, обуреваемая сомнениями, я не могла пошевелиться, словно меня парализовало, и я лишилась всех эмоций. Словно внутри у меня что-то рассыпалось на части. А потом, когда онемение ослабло и кровь снова начала циркулировать, меня накрыло оглушительной волной облегчения, какой-то бездумной, безрассудной радости.

Женщина в бассейне была спокойна, по ее лицу было сложно что-то прочитать. Она грызла кончик пальца, наблюдая за моей реакцией. Шон сел на борт, болтая ногами в воде и тоже наблюдая за мной.

– Как дела? – спросила она.

Эта бездумная радость лишь мгновение оставалась чистой и незамутненной. Она сменила цвет на красный, затем на черный. Я просто стояла там, не в силах ничего сказать или сделать. Я чувствовала, как потяжелело лицо, я не могла заставить свои губы шевелиться. Горло сдавило. Мне стоило неимоверных усилий распрямиться.

– Я и забыла, какой прекрасный здесь бассейн, – сказала она. – Иногда в бассейнах без подогрева вода слишком холодная, но здесь температура просто идеальная.

– И не так много хлорки, – сказал Шон.

– Да, люди часто слишком сильно хлорируют воду. Большая ошибка. Хотя все эти «естественные» бассейны с подсоленной водой мне тоже как-то не очень. Вылезаешь оттуда, благоухая чипсами.

Она подплыла к бортику и вылезла из воды, подтянувшись на руках. На спинке шезлонга висело полотенце – то, которое сегодня утром оставил Роб. Она вытерла им волосы и небрежно бросила на землю рядом с собой.

– Ты только взгляни на нее, – сказал он. – Она лишилась дара речи. Не знает, что ей теперь делать.

Она смотрела на меня с чем-то вроде любопытства. Подняв руку, она положила ее на голову. Мои ноги превратились в кисель. Было такое ощущение, что меня вот-вот стошнит. Меня подмывало рухнуть на землю и свернуться калачиком или накинуться на нее, столкнуть в бассейн и удерживать под водой. Я хотела ее убить. Я сжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Я пыталась сосредоточиться на боли, ощутить ее как нечто острое и реальное, заставить лицевые мышцы сокращаться.

Я сглотнула комок в горле.

– Прости меня, – сказала я, и слова прозвучали почти нормально. Я сделала несколько шагов к ближайшему шезлонгу и медленно опустилась на него. – Знаешь ли, немного нервирует, когда тот, кого ты считал погибшим, внезапно оживает. Так что… – я воздела ладони к небу.

Мне удалось заставить свой голос не дрожать. Мой тон был легким, даже воздушным, непохожим на рвущийся изнутри крик.

– Значит, ты не умерла, – сказала я. – А ты ее не убивал. – Я обращалась к ним не по отдельности, а одновременно, как будто уже инстинктивно знала, что сейчас будет.

Лулу хихикнула.

– Все едва не пошло наперекосяк. Я должна была просто удариться головой, но ты увидела, что я дышу, и Шону пришлось импровизировать.

– Но так получилось даже лучше, – сказал он.

Лулу легла на шезлонг. Надела широкополую соломенную шляпу и огромные солнечные очки в стиле семидесятых, почти полностью скрывающие лицо.

– Мы тебя подставили, – почти по-доброму сказал Шон. – Понимаешь?

Он хотел, чтобы я начала задавать вопросы. Но я не могла. Не сейчас.

– Ты не расскажешь ей? – Лулу взяла тюбик солнцезащитного крема, выдавила немного на ладонь и начала мазать им ноги. – Объясни, что мы сделали.

Шон все еще ждал, и на его лице отражался голодный азарт.

Я вздернула подбородок и издала протяжный вздох.

– Вы это спланировали? В тот вечер, когда встретились после нашей поездки к тете Мэри?

Лулу защелкнула крышку тюбика и бросила его на землю.

– К тете Мэри, – передразнила она меня. И тогда я поняла, что недооценивала ее.

Я мысленно вернулась в тот день на пляже в Сент-Сесиль. Это я приметила Лулу. Она сидела «У Рауля», под хлопающим