Убийства в пляжных домиках - Питер Боланд

Грег расхохотался:

– Очень на него похоже! Но нет. Да и потом, у него не было времени. Полиция допросила нас сразу, как только пожар потушили. И не отпускала, пока каждый не дал показания. Фрэнка в ту ночь на косе не было – он просто не мог ни на кого надавить или дать всем сценарий, как отвечать.

Ну конечно, она могла бы и сама догадаться. Фрэнк никак не мог оказаться на косе Мадфорд-Спит раньше полиции.

– А после пожара?

– Мне об этом неизвестно. Почему вы спрашиваете? Думаете, Фрэнк в этом как-то замешан?

– Я всего лишь стараюсь быть объективной. К тому же образ жизни Малкольма явно не совпадал с желаниями Фрэнка. Вы сами только что видели его реакцию на вашу сушилку. Представьте, как он относился к необычному домику Малкольма.

Грег сложил руки на груди.

– Как бы мне ни хотелось обвинить Фрэнка – он действительно тот еще засранец и любитель портить всем настроение, который считает себя лучше остальных, – я считаю, что если б ему правда мешал Малкольм, он бы заявил об этом открыто. Сомневаюсь, что убийство в его стиле. Фрэнк бы сделал все по закону. И выселил бы Малкольма с помощью бумажной волокиты.

Слова Грега звучали логично. И все собранные на данный момент доказательства тоже говорили об этом. Да, Фрэнк хотел выселить Малкольма, но только по правилам – хотя он и так это практически сделал, предложив ввести новый закон, чтобы Малкольм не мог оставаться на косе круглый год. Только это дало обратный результат. Вопрос стоял в том, был ли готов Фрэнк зайти так далеко и нарушить правила, даже больше, нарушить закон худшим из возможных способов.

Грег продолжил:

– Мы здесь не так долго живем, но, на мой взгляд, Малкольм был скорее как водоросли на пляже. Раздражают, но никакого вреда не наносят, а вскоре ты и вовсе к ним привыкаешь. Дети обожали его дом.

Фиона улыбнулась от такого сравнения:

– Что ж, не буду больше отрывать вас от футбола. Разве что вы не вспомнили что-нибудь странное? Что угодно?

Грег потер подбородок. А потом крикнул жене, все еще кормившей ребенка на террасе:

– Сара, ты не помнишь ничего странного в ночь перед пожаром?

Сара покачала головой:

– Нет, ничего. Только комары летали.

Фиона поблагодарила Динов и пошла обратно: ей еще предстояло опросить остальных владельцев домиков. Но она никак не могла избавиться от ощущения, что эта затея ни к чему не приведет. Она, похоже, нашла единственную семью на всей косе, которую не зажал в своем пухлом кулаке Фрэнк и его приспешники, но все равно возвращалась с пустыми руками. Фиона надеялась, что Сью и Дэйзи повезло больше.

Глава 39

В понедельник торт к утреннему кофе так и стоял на прилавке нетронутым. Глазурь, отчаянно боровшись, таяла на жаре, стекая по краям бисквита. А виновник? Напоминающее лазер солнце уже нагрело ртуть, которая поднялась в градуснике почти до двадцати двух градусов, а ведь на часах было всего девять утра. Такими темпами к полудню асфальт станет таким же мягким, как глазурь, которая грозила превратиться в жидкость. Фионе, Сью и Дэйзи ужасно не хотелось этого признавать, но для торта было слишком жарко. Слишком жарко вообще для всего. По-хорошему надо было убрать десерт в холодильник.

Входную дверь они оставили открытой нараспашку, надеясь на освежающий ветерок, но в магазин он практически не залетал. Вскоре им придется закрыться наглухо, чтобы не впустить жару, потому что прохладного воздуха на улице не останется вовсе.

На пороге появился Корзинщик:

– Ну что, вам достаточно жарко?

Фиона внутренне застонала, и ее раздражение лишь усилилось, как в кипящей кастрюле, накрытой крышкой. С раннего утра она чувствовала себя вялой и медлительной: подруги сравнивали заметки, или, точнее, записи после вчерашних титанических усилий с интервью. Начали они еще вчера, собравшись у Фионы, но около полуночи сдались, решив закончить утром. Зацепок было мало – точнее говоря, их не было вовсе, и сегодня лучше не стало.

– Не хотите торт? – предложила Дэйзи, указав на тающую массу крема, глазури и бисквита.

Корзинщик покачал головой:

– Увы, но нет. Иду охладиться и собираюсь раскошелиться на прекрасный фруктовый лед. Только сбегаю к газетному киоску, он там отличный. Пока-пока!

И прежде чем кто-нибудь из подруг успел попросить принести мороженого и им, Корзинщик быстро ретировался – возможно, именно по этой причине.

Это означало, что им предстояло вернуться к проверке фактов, стоя у прилавка в душном магазине и слушая из динамиков телефонов горькую правду. В каждом интервью без исключения не попадалось ничего нового. Менялись голоса и произношение, но сама история – нет. Пока не прибыли пожарные машины, никто ничего не видел и не слышал. Ни в одной записи не было даже намека на зацепку. Почти двести тупиковых разговоров теперь занимали память их трех телефонов.

В одиннадцать часов Фиона нажала на кнопку «стоп» на самом последнем интервью.

– Мы зря потратили время.

– Но мы должны были это сделать, – успокоила ее Сью. – И вычеркнуть задачу из нашего списка.

– Да, знаю. Просто хотелось бы, чтобы это было не зря.

Дэйзи не согласилась:

– А это и не было зря! Тебе довелось увидеть, как против Фрэнка использовали его же оружие. Мне бы хотелось на это посмотреть.

– И мне, – добавила Сью. – Кстати о Фрэнке, одна мысль не дает мне покоя. Мы ничего не упускаем? Самого главного?

Фиона не понимала, что они упустили. Она думала, что они вели расследование скрупулезно и тщательно.

– В каком смысле?

– Он постоянно твердит, что у него было свое охранное предприятие. А в расследовании проблема как раз в камерах наблюдения, точнее, в том, что на них ничего нет. Как это возможно? Если кто и знал, как сломать камеру видеонаблюдения, так это Фрэнк.

Мысль была неплохой. У Фрэнка определенно имелись необходимые навыки, но вопрос с камерами уже был решен.

– Мы же относили записи Фрейе, – напомнила Фиона. – И кроме наших друзей-браконьеров все было в порядке. Никто не трогал записи с ночи пожара. Не представляю, как Фрэнк мог бы сделать что-то такое, чего бы не нашла Фрейя. Он должен быть просто гением в компьютерах. А Фрейя в этом деле лучшая.

Дэйзи достала телефон и начала искать:

– Так, ну вот: на сайте проверки компаний говорится, что Фрэнк – бывший директор фирмы под названием Right Stuff Security. Он вышел на пенсию, но компания все еще существует.

Сью вытащила свой телефон и набрала в поисковике название. Покапавшись на сайте несколько минут, она уныло сообщила:

– Ну да, ты права. Эта компания не подходит. Они системами видеонаблюдения не занимаются, техникой тоже. Скорее поставкой кадров – вышибал.

– Кто кого вышибал? – не поняла Дэйзи.

– Думаю, как в ночных клубах, – ответила Фиона. – Это объясняет поведение Фрэнка на косе. Он привык решать, кого пускать, а кого нет. И всю жизнь провел, разбираясь с нежелательными элементами, поэтому и не хочет подпускать никого из них близко к косе.

– Черт! – не смогла сдержать разочарования Сью. – Он так подходит на роль убийцы Малкольма! Можете представить, как такой, как Малкольм, пытается пройти в ночной клуб? Фрэнк бы его и на километр не подпустил.

– Но это не значит, что Фрэнк его убил, – не согласилась Дэйзи.

Сью уже готовилась поспорить, как тут в магазин влетела Софи Хэйверфорд в огромных солнечных очках, которые закрывали половину лица, и в развевающемся платье в цветочек. Драматично замерев в дверях, она схватилась одной рукой за косяк, чтобы сохранить равновесие, а другую руку прижала тыльной стороной ко лбу, изображая викторианскую даму, которая вот-вот упадет в обморок. Если бы рядом стоял подходящий диванчик или шезлонг, она бы непременно на него рухнула, и устрашающая высота каблуков ее туфель в этом бы помогла. К счастью, Софи сумела выпрямиться и, пошатываясь, вошла в магазин.

– О, Фиона, Дэйзи, Сью. Случилось нечто ужасное!

Фиона на ее мелодраматичный тон не купилась. Софи в нем была профи и размахивала им, как джедай – мечом, заставляя людей покориться ее воле. Кроме того, у Фионы не было настроения. В последний раз, когда кто-то произнес фразу «случилось нечто ужасное», все дело оказалось в крутящейся сушилке. А что случилось у Софи? Супермаркет «Уэйтроуз» заменил слишком много товаров в ее заказе? Или она не может найти конец скотча? К тому же