Синдром звездочета - Елена Ивановна Логунова

— И еще половинку золотого медальона, которая должна совпасть с той, которая оставлена банку.

— Ага! Так полмедальона уже у нас! Осталось найти серьгу — и можно ехать в Швейцарию!

— Ты не о том думаешь, — оборвала я полет мечты и фантазии. — Сейчас наша задача не в том, чтобы наложить лапу на сокровище.

— А в том, чтобы найти того, кто сам хочет наложить на него лапу и устраняет потенциальных конкурентов, понимаю, — согласилась подруга. — Но это сейчас…

Похоже, кто-то уже настроился на предстоящую поездку в Швейцарию.

— Ладно, давай пока сосредоточимся на задаче номер один, — сказала Ирка. — Что будем делать? Очевидно, наследники золота в банке — Чижняки, непонятно только, почему они его до сих пор не забрали. Совсем недавно поездки в Европу обходились недорого и организовать их было несложно…

— Может, они не знали об этом вкладе? Столько времени прошло, информация могла затеряться в веках и не дойти до нынешних Чижняков.

— И тут вдруг все выяснилось? Как?

В голове плеснула рыба-мысль:

— А пусть Архипов пороется в аккаунте Верочки! Она же была тревел-блогером. Не заезжала ли недавно в Швейцарию?

— Гениально, Холмс!

— А пока — спать. — Теперь уже я зевнула.

— Ладно. Как проснешься — сразу дуй к нам, — потребовала подруга. — Я разбужу Архипова пораньше, чтобы к твоему приезду уже был какой-то результат.

— Ага-уа. — Я снова зевнула и отключилась.

В смысле, сначала оборвала связь, а потом с чистой совестью уснула.

Холмс сделал свое дело. Пусть теперь Ватсоны поработают.

Глава десятая

— Похоже, твоя догадка верна. — Архипов торжественно развернул ко мне ноутбук с открытым на нем аккаунтом покойной Верочки. — Vera veris действительно недавно побывала в Швейцарии! Ездила туда на поезде из Италии, с озера Комо, и подробно рассказала в постах обо всех этапах своего маршрута, за исключением одного.

— Ну! — поторопила его Ирка, потому что мхатовская пауза затянулась.

— Она ни словом не обмолвилась о том, что посетила тот самый банк! Хотя среди снимков города, сделанных во время прогулки, выложила и его фото. — Вадик пролистал галерею и открыл изображение старинного каменного здания с колоннами, а потом увеличил картинку, чтобы можно было разглядеть, что написано на золоченой доске у входа-портала.

— Можно предположить, что Верочка была на экскурсии в банке и узнала вещички в витрине. Степан ведь вполне мог показать невесте хранившиеся в семье старинные украшения — половинку медальона и непарную серьгу. Увидев такие же предметы в швейцарском банке и услышав их историю, Верочка догадалась, что никому не известные претенденты на столетний вклад — Чижняки, и осмотрительно не стала об этом рассказывать в своем блоге, — рассудила я.

— Но поделилась с кем-то этой информацией, когда вернулась в Россию, — продолжила мысль подруга.

— Не со Степаном, — подхватил Архипов, — хотя именно ему собиралась сказать об этом тем самым роковым утром!

— Кому же она могла сообщить об этом еще до встречи со Степаном? — задумалась я. — Близкому, чужим такие тайны не доверяют.

— Этому близкому, кем бы он ни был, тоже доверять не стоило. Похоже, именно он тут же решил грохнуть Верочку и быстренько организовал ей смертельный перекур, — заметила Ирка.

— А потом одного за другим убрал всех остальных Чижняков, избавляясь от возможных конкурентов, — добавил Вадик.

— Кирилл! — встрепенулась подруга. — Жених Верочки, которого мы оставили без внимания. Не он ли наш преступник? Верочка могла поделиться с ним тайной.

— Она-то могла, — засомневалась я. — Но мог ли он добраться до Степана, его отца и Юли? Я сильно сомневаюсь, что новый жених был вхож в семейство старого.

— Проверим, — пообещал Архипов и хотел что-то добавить, но ему помешал громкий стук — в квартире под нами стальная ложка несколько раз встретилась с чугунной батареей.

— Тетушка сигналит, — сообразила я и высунулась в открытое окно.

Этажом ниже из окошка уже торчала тетя Ида — точь-в-точь деревянная фигура воинственной девы на носу корабля, а вместо бушприта — стальная ложка в вытянутой руке.

— Леночка, к Ирочке пришли молодые люди! — покричала она мне и скрылась в комнате.

— Что еще за молодые люди? — неодобрительно покосилась я на подругу. — Влюбленный Кружкин уехал, так ты себе новых поклонников завела?

— Ах, если бы! — легкомысленно отмахнулась Ирка. — Это всего лишь наш мальчик Витя пришел. Не знаю, почему твоя тетя говорит о нем во множественном числе.

Обогнув заново построенную Вадиком колонну из барахла, она прошла к двери, распахнула ее и высунулась на площадку, на взгляд с лестницы тоже наверняка уподобившись устремленной вдаль корабельной деве. Нам на обозрение остался только ее монументальный тыл.

— Забыла узнать у тебя, как произошло обрушение Вавилонской башни? — спросила я Архипова, опасливо глядя, как Ирка, стоя на одной ножке, качает другой в опасной близости от упомянутого сооружения. — Это была трагическая случайность?

— Ни в коем случае! — Вадик помотал головой. — Я сам ее обрушил, чтобы надежно похоронить под завалом свой мобильный. Не хотелось, чтобы в полиции аппарат у меня забрали и рылись в нем. Мало ли что там можно найти при большом желании.

— Резонно. — Я посмотрела на предусмотрительного товарища с уважением.

— Ну, живее, живее! В вашем возрасте по лестнице нужно взлетать, а не тащиться! — Ирка, по большей части остающаяся за дверью, нетерпеливо поторопила кого-то.

Явно не одного Витю. Выходит, тетушка не зря упомянула молодых людей во множественном числе.

— Заходите. — Ирка сделала шаг назад, приглашая кого-то в квартиру художника.

— Да я на минутку. — Из дверного проема высунулась голова. — Всем здрасьте.

— Говори уже. — Подруга снова поторопила «нашего мальчика».

— Говорю, — согласился Витя. — Я обошел еще четыре ломбарда, отчет пришлю, но там пусто, звезду им даже не приносили. В пятом тоже по нулям, но после него на меня напали.

— Как напали? — нахмурилась Ирка.

— Ну как нападают? Налетели в подворотне трое или четверо, я не разобрал. По башке дали, карманы вывернули, бумажник забрали, пинать стали, спасибо, пацан какой-то подскочил, заорал, разогнал их…

— Один разогнал четверых? — не поверил Архипов. — Карате-пацан, что ли?

— Нет, он просто такой же… — Витя замялся, оглянулся и позвал кого-то: — Да подойди ты!

В ответ послышался удаляющийся топот — кто-то спешно бежал вниз по лестнице.

— Такой же бандит? — уточнил дотошный Вадик.

— Да нет, в смысле, той же национальности. Он заорал на них на своем языке — они и умотали.

— Интересно, — пробормотала Ирка. — но непонятно, а впрочем, не важно. Не ходи больше по скупкам, раз это опасно. Давай я расплачусь с тобой за отработанное время. — Она похлопала себя по бокам, сообразила, что кошелек в